Манджиро и Харучиё
Соулмейт AU, в котором один из соулмейтов чувствует боль при отдалении от соулмейта, а другой при приближении к нему.
Пэйринги: Т/и+Манджиро, И/п+Харучиё. (Постараюсь оба шипа описать в равной степени)
И/п — имя подруги.
***
Главная черта устройства этого мира каждому второму кажется крайне нелогичной.
Один человек испытывает боль практически постоянно, а другой до встречи со своей родственной душой живёт припеваючи, но зато потом не желает приближаться к ней. И ещё один нюанс: пока оба соулмейта не смирятся со своей судьбой, боль не прекратится.
Именно поэтому вполне не безосновательно чуть ли не половина людей крайне негативно относится к данным фактам.
К таким относилась и Т/и. Она была, мягко говоря, недовольна подобным обстоятельством жизни.
— Ну вот скажи, И/п, тебе не кажется это глупым? — негодовала она, общаясь со своей лучшей подругой.
— Что именно? — спросила девушка, потеряв нить философских рассуждений подруги.
— Соулмейты! Боль там всякая. Это же откровенный бред!
— Ты слишком резка, — осадила её И/п, — может нелогичность и есть, но это не повод так говорить. Тем более, ты же у нас «везунчик», тебе ли жаловаться?
«Везунчиками», или по-другому «счасливчиками», звали людей, которые чувствуют боль при приближении соулмейта, который ещё не объявлялся.
Они ничего не чувствуют, поэтому контраст ощущений при появлении родственной души позволяет легко её вычислить.
— Ну а ты — нет. Тебе плохо всегда, разве не логично, что ты должна быть согласна со мной? — парировала Т/и, — тебя не поймёшь.
Девушка глубоко вздохнула и положила голову на парту.
— А вот тебя легко понять, — улыбнулась И/п, — Ты всему на свете стремишься найти научное объяснение. Для тебя всё должно быть логично. Поэтому и негодуешь.
Т/и промолчала, но про себя отметила, что подруга-то права. Отец полицейский с юных лет привил девушке применение в любой ситуации научного подхода.
И/п, наоборот, всегда любила фантазировать. Игнорируя практически постоянную боль, она жила мечтами и грёзами о прекрасном будущем, неотъемлемой частью которого был её соулмейт, который одним своим касанием избавит девушку от дискомфорта и поклянётся ей в вечной любви.
Т/и к такому мировоззрению относилась не очень позитивно. Но стоило отдать ему должное: именно благодаря разному восприятию мира девушки начали своё общение и дружат вот уже 8 лет, с тех пор, когда их споры на всевозможные темы в детском саду стали неотъемлемой частью их жизни.
Прозвеневший звонок заставил девушку отвлечься от нахлынувших воспоминаний.
Подруги сосредоточились на уроке.
***
Школьный день пролетел быстро и незаметно.
И/п и Т/и отправились по домам, которые находились в двух шагах друг от друга.
Дом Т/и находился чуть ближе к школе, поэтому небольшую часть пути И/п преодолевала одна.
Девушки приблизились к дому Т/и, заметив возле него полицейскую машину. Навстречу им из автомобиля вышел мужчина, в котором Т/и узнала коллегу отца.
Лицо его было нахмуренное и печальное. Он приблизился к девушкам.
— Т/и, мне нужно тебе кое-что сообщить, — напряжённым голосом произнёс он.
— Что случилось? — тревожно спросила девушка.
— Постарайся держать себя в руках. Твои родители… они… попали в аварию и… погибли.
Т/и словно оглушили. Мир будто пошатнулся. Она с широко распахнутыми глазами и раскрытым ртом уставилась на полицейского. И/п, не менее шокированная, схватила подругу за руку, боясь, что та может потерять равновесие или, того хуже, сознание.
— Т-Т/и, Т-ты как? — обеспокоенно спрашивала она, заметив перемену в поведении девушки.
Т/и почти не слышала И/п. В уши будто набили вату. Всё словно в тумане плыло перед глазами.
Потом девушка заметила, что асфальт быстро приблизился к её лицу, мир словно опрокинулся, сознание медленно погрузилось в темноту…
***
Открыв глаза, Т/и увидела знакомый сиреневый потолок. Потом взгляд зацепился за розово-фиолетовые обои и белую прикроватную тумбочку.
Девушке не составило труда сообразить, что она в спальне И/п.
До неё донеслись всхлипы. Чувствуя лёгкую головную боль, Т/и повернула голову на источник звука, на хозяйку комнаты. И/п сидела на стуле рядом с кроватью, закрыв лицо руками.
— Эй, — тихо позвала Т/и, зная, что на более длинные реплики сейчас у неё просто напросто не хватит сил.
И/п повернулась к кровати, опустив руки. Т/и заметила, как на её щеках блеснули слёзы.
Их взгляды, взволнованный- Т/и и затравленный- И/п, пересеклись.
Девушка быстро вытерла слёзы и обняла подругу.
— Ты упала в обморок, Т/и, я так переживала! Ты спала 2 часа, тебя тот дядя сюда принёс, он помог… — тараторила И/п дрожащим голосом, вновь начиная плакать.
— Всё-всё, — произнесла Т/и, с небольшим усилием положив ладонь на спину подруги.
Т/и поняла: было что-то ещё, раз подруга так расстроилась.
— Что случилось? -твёрдо спросила она, дав понять, что настроена непременно выяснить, в чём дело.
— Мне полицейский сказал… кое-что… — отстранившись, произнесла И/п.
— И что же? — решительно спросила Т/и, приподнимаясь на локтях.
— Мой папа…был там…
— «Там» — это где? — не понимая переспросила девушка.
— В… машине, — игнорируя слёзы, сказала И/п.
Т/и словно ударило током. Казалось, она только по-настоящему осознала, что произошло. Слёзы подступили к глазам.
— И-и что с ним?! — протараторила Т/и, чувствуя, что воздуха стало не хватать.
— Он… в больнице, в коме…
Т/и выдохнула, оперевшись на спинку кровати:
— Живой…
— Да, но всё сложно, — прояснила И/п, заражаясь облегчением подруги, — ты пока со мной и мамой будешь жить.
«Вот почему я здесь, а не у себя» — догадалась Т/и.
— Ясно, — сказала она, взяв подругу за руку, — мы это переживём. Вместе.
***
Вскоре наступил день похорон.
И/п и Т/и заранее обговорили, что пригласить стоит лишь родственников и самых близких друзей погибших. За 2 прошедших дня Т/и успела восстановиться после обморока, правда теперь она чувствовала постоянную, но не навязчивую боль во всём теле. Ощущения трудно было выразить словами, поэтому она решила не привлекать к этому ничьё внимание; подруги навестили отца И/п. Тот всё ещё не очнулся.
Сейчас девушки провожали в дом приехавших, выслушивая однотипные соболезнования, которые уже порядком раздражали их.
На самом кладбище руководство процессом взяла в свои руки тётя Т/и, поэтому подруги смогли уйти в сторону и вздохнуть наконец полной грудью.
Ни Т/и, ни И/п не проронил ни слезинки за этот день. Казалось, все эмоции уже были выплеснуты, и сейчас внутри у обеих была лишь давящая пустота.
— А это кто? — тихо спросила И/п у подруги, незаметно указывая на того, кто привлёк её внимание.
Она заметила человека, стоящего в отдалении от всех.
По силуэту можно было догадаться, что это парень. Он был одет в чёрный спортивный костюм, лицо частично скрыто маской, а волосы- капюшоном.
— Не помню его, — недоумевая, шепотом произнесла Т/и, — я встретила всех людей, его точно не было.
— Хочешь сказать, он просто здесь ошивается? — разозлившись, спросила И/п.
— Похоже на то.
Вдруг Т/и быстро выразительно взглянула на подругу, призывая её молчать, и посмотрела в сторону, откуда к девушкам приближалась мама И/п.
— Устали? — обратилась к ним она, — можете сесть в мою машину и дождаться конца похорон там
Женщина протянула девушкам ключи от машины. Её взгляд выражал сочувствие.
— Да, спасибо, — улыбнулась И/п, беря ключи, — так и поступим.
Подруги пошли к машине, проходя мимо загадочного парня.
И/п внезапно чему-то удивилась и посмотрела на него. Они встретились взглядами.
Девушка поняла, что привычная боль в теле начала утихать.
На секунду девушка замерла, но сразу же продолжила следовать за подругой, которая заметила её замешательство.
— И что это было? — спросила Т/и, когда они дошли до машины.
— Да так, ничего. Потом объясню, — сказала И/п, снова мельком посмотрев на парня.
Тот, взглянув на наручные часы, направился к выходу с кладбища.
И/п всполошилась и обратилась к Т/и:
— Слушай, давай домой пойдём. Пешком. Сейчас! — протараторила она.
— Ладно, — согласилась девушка, заметив, что подруга ведёт себя крайне странно.
«Часом, не этот ли парень виноват?» — подумала Т/и.
Идти домой им пришлось бы недолго, да и не хотелось на похоронах задерживаться.
Перед ними по дороге шёл тот самый незнакомец. Он периодически оглядывался по сторонам, ускоряя шаг.
И/п взволнованно предложила идти быстрее.
— Мы, случайно, не следим за тем парнем? — вполголоса спросила Т/и.
— Прости… — опустила голову И/п, — просто… сложно объяснить…
На их глазах парень завернул за угол дома.
Т/и безмолвно посмотрела на подругу, как бы спрашивая: «Куда идём?»
Та, покраснев, кивнула в сторону поворота, первой свернув вслед за незнакомцем.
«Чёрт, становится больней» — подумала Т/и, но промолчала, следуя за ней.
Подруги потеряли объект преследования из виду, но И/п уверенно продолжала путь, словно зная, куда идти, с каждым шагом всё больше выпрямляя спину, будто избавляясь от груза, тяготящего её.
Т/и же, наоборот, чувствовала себя всё хуже. Она сжала руку подруги, пытаясь отвлечься от чувства боли.
Вскоре они приблизились к заброшенному зданию на краю улицы.
«Нет, нет, только не туда!» — мысленно взмолилась Т/и.
«Сюда!» — твёрдо решила И/п, указывая рукой на вход.
Они осторожно заглянули внутрь.
— Следили за мной, значит, — раздался в помещении голос.
— Нет! — автоматически воскликнула И/п, не давая Т/и заткнуть её, заходя внутрь.
«Во что мы ввязались?! Валить надо, а не внутрь заходить!» — с испугом подумала Т/и, схватив подругу за руку и потянув к выходу.
— Стоять, — произнёс вышедший на встречу тот самый парень.
Т/и почувствовала себя ещё хуже, чем до этого.
По комнате раздались шаги. К незнакомцу подошёл парень с белыми волосами почти до плеч. Одет он был тоже во всё чёрное, под его словно мёртвыми глазами были мешки.
Он спросил у своего приятеля:
— Санзу, это они, что ли?
— Да, Майки. Они увязались за мной, — кивнул тот.
Майки перевёл взгляд на подруг и направился в их сторону.
Т/и стало ещё хуже. Она почувствовала, как подкашиваются ноги.
Девушки не заметили, как Санзу встал за их спинами и закрыл дверь, отрезав им путь к отступлению.
— П-простите, мы сейчас уйдём, — пробормотала Т/и.
Она почувствовала, что подруга задрожала.
— Т/и, — обратился к ней Майки.
«Блин, они и имена наши знают! Плохо дело!»
— Д-да?
— Знаешь, что случилось с твоими родителями?
Девушки замерли в испуге.
Т/и почувствовала ком в горле.
— Твой отец повязал нашего друга, — спокойно продолжил беловолосый, — и поплатился за это.
Т/и с трудом стояла на ногах. И/п удержала её и спросила:
— А…мой… — она замолчала, не в силах говорить.
— А твой отец там оказался по чистой случайности, — как ни в чём не бывало произнёс Санзу.
— Н-нет, не может быть… — прошептала она, во все глаза уставившись на парня.
— Ты!.. это правда?! — злобно спросила Т/и, указав рукой на Майки.
— Ага, — беззаботно ответил тот.
— Ты! — крикнула девушка.
Она шагнула было в его сторону, но, почувствовав новый прилив боли, остановилась, на секунду теряя равновесие.
— Т/и! — И/п с криком бросилась к подруге.
— О, так ты-мой соулмейт? — нахмурившись, произнёс Майки, — да, ваша семейка приносит мне только проблемы и боль.
Та в ответ молча с ненавистью уставилась на него.
Майки шагнул в сторону девушки.
Т/и с криком села на колени.
— Может, мне убить тебя? — спросил Майки, вынув из кармана пистолет.
Через секунду девушка почувствовала холод металлического дула, упирающегося в висок.
— Нет! — раздался крик Санзу, — Майки, если ты убьёшь своего соулмейта, больно будет всю оставшуюся жизнь!!! Не убивай их!
«Их»? — подумала И/п, замирая в испуге, — он догадался?»
— Ладно, — вздохнул парень, убирая пистолет, — проваливайте и не переходите мне дорогу, иначе поплатитесь жизнями.
Санзу открыл дверь.
И/п помогла подруге встать. Они направились к выходу.
Санзу, когда девушки подошли к двери, заметил, что И/п старается обходить его, держа дистанцию.
«Боится за меня?» — подумал он, будучи уверенным в том, что она тоже догадалась о родстве их душ.
И/п, взглянув на него напоследок, вышла из здания.
— Чтоб я хоть раз ещё с ним пересеклась, — прошипела Т/и, оправившись от недавних событий.
— Прости, не надо было туда идти, это всё из-за меня, — прошептала И/п.
Она чувствовала себя виноватой в произошедшем.
«Какая же я эгоистка! — сокрушалась девушка, — ей и так плохо, а я ещё хуже сделала! Тут и тысячи извинений не хватит.»
Т/и промолчала, решив пока не комментировать её слова.
Такой опустошённой она себя ещё никогда не чувствовала.
