Часть шесть
К тому же, беседа не угнетала, не приходилось лихорадочно подбирать слова и бояться, что можешь не понравиться свекрови. К счастью, тема их возможного родства вообще не затрагивалась. Говорили о лавке, Мелинда интересовалась, что новенького из женских штучек появилось в продаже, Скотт намекал, что на днях проведает отца Авис, и она не смогла открыто сказать ему, что папа не любит гостей, так намекнула, но видимо слишком тонко. Очень много подшучивали над Ларсом, вспоминая, каким он был шебутным в детстве и кто бы подумал, что из него выйдет толк и ему доверят учить маленьких оборотней перекидываться из одной сущности в другую?
- А что, это сложно? – заинтересовалась девушка.
Она ничего не знала об обязанностях Ларса в клане, и это не удивительно. Оборотни не слишком охотно сближались с людьми, а все, что связано с обращением, серьезно оберегали. Видела, что за Ларсом с азартом бегает малышня, но мало ли, может он их просто сладостями приманивает? А тут вдруг оказывается, что он ответственный за такой важный процесс!
- Поначалу сложно, - ответил Ларс. – Маленькие оборотни не умеют себя контролировать и если слишком заиграются могут надолго остаться в звериной сущности. Есть вероятность, что не выйдут из нее вообще.
- Правда?
- В нашем клане такого не было, но у других случалось, - кивнул Ларс.
– Поэтому начинать обучать перекидываться нужно как можно раньше.
- А если ребенок перекинется до того, как вообще начнет понимать, что происходит?
- До трех лет оборотни обычные дети, - улыбнулся Ларс.
В этот раз его улыбка снова была лукавой, приятной, и запеченный картофель, который как раз попробовала Авис, показался вкуснейшим. Нет... самым вкусным из всего, что она когда-либо пробовала. Девушка сделала мысленно галочку «попросить рецепт» для папы (он кулинарный мастер), и снова вернулась к беседе.
- До трех... - повторила машинально, и вспомнила, что когда их семья год назад перебралась в это поселение, за ними по дорожке бежала малышня. Смешные, чумазые от долгого пребывания на улице под солнцем, дети с интересом рассматривали новичков, а Авис угостила их пирожками, которые испек в дорогу папа. Она, конечно, знала, что здесь живут оборотни, знала, что из породы кошачьих, но и предположить тогда не могла, что кормила практически из рук саблезубых тигрят.
- А дальше уже моя работа, чтобы в человеческой сущности они оставались обычными детьми, - продолжил Ларс.
- То есть, ты не просто учишь их перекидываться?
- Я так же учу их контролировать звериные инстинкты.
И вот здесь представилась прекрасная возможность уточнить один важный факт, причем так, чтобы никто не догадался, что именно ее интересует на самом деле...
Авис сделала глоток лимонада, который, видимо, специально приготовили для нее, потому что эти оборотни, как оказалось, пьют в основном воду и молоко, и, рассматривая крыло курочки на своей тарелке, поинтересовалась:
- Давно?
Мелинда и Скотт то ли не расслышали, то ли вопроса не поняли, повернулись друг к другу и начали вести переговоры: чего бы хотелось попробовать в первую очередь, какой кусочек выбрать, потому что для второй половинки самого вкусного не жалко. А Ларс, прочертив большим пальцем некий контур у девушки на ладони, уточнил:
- Что «давно?»
- Давно ты их учишь?
Он задумался, и Авис решила, что он мысленно перебирает свои годы, и начала считать про себя: один, два...
Пауза на размышления была столь длинной, что она уже подбиралась к двумстам пяти годам летоисчисления Ларса, когда он соизволил ответить:
- На этой должности я всего три года.
Что?! Как?! А про возраст?!
Хотелось все это крикнуть, хотелось гневно топнуть ногой, но девушка только попыхтела дракончиком, потому что по глазам Ларса было понятно – он ждал именно этой реакции!
- Хорошо, - она сделала еще глоток лимонада
- А до этого ты чем занимался?
- Тебя интересует что-то конкретное или начать с того периода, когда я стал рисовать пейзажи?
- Ты рисовал пейзажи?
- Ну да. Ты еще на них засмотрелась в прихожей.
- Это были пейзажи? - удивилась девушка, и только после этого поняла, что Мелинда и Скотт уже ничего не обсуждают, а жадно прислушиваются, а она совсем не планировала обсуждать творчество их любимого сына вслух!
Тем более такое творчество, когда похвалить не за что, а ссориться неохота. Но оборотни смотрели на нее выжидательно, и она поняла, что что-то по этому поводу все-таки придется сказать, припомнила, что там висело – нечто красное, зеленое, оранжевое. В общем, нечто.
- Твои... пейзажи... - сделала глоток лимонада, и свежая мысль таки появилась. – Яркие!
Ее восторженный отзыв заглушился хохотом оборотней, и девушка почувствовала, что стремительно краснеет. Они догадались, что она думает на самом деле. Конечно, догадались. Было так стыдно...
- Ох, Авис, - Мелинда вытерла выступившие от смеха слезы
- Если бы ты увидела, с каким восторгом их рисовал маленький Ларс, ты бы поняла, почему они висят на самом видном месте.
Маленький Ларс?!
Девушка покосилась на него, попыталась представить и не смогла. Разве такие крупные мужчины могут быть маленькими?
Но вслух сказала другое:
- Мой папа тоже нахваливал суп, который я сварила когда-то в детстве. Так искренне нахваливал, и ел с таким аппетитом, что я еще долго кичилась собой и своими талантами, а потом во время ссоры со Стейси, узнала правду. Оказывается, я забыла суп посолить, добавить мяса, вместо лука зажарила луковицы тюльпанов, и папа, получается, хлебал кипяченую воду с разваренной морковью.
- Отец очень любит тебя, - сказала женщина, и с любовью посмотрела на сына.
- Я могу снять свои рисунки прямо сегодня, - тот притворился обиженным.
- Попробуй, - пригрозил ему отец, и хотя голос прозвучал очень строго, Авис заметила, как улыбнулся Ларс, и отчего-то сама улыбнулась.