first and last.

чонгук пришёл на следующее утро.

юнги встретил его ещё сонный, в одной растянутой футболке, которая еле прикрывает пятую точку, с взхломаченными волосами и забавно протирающий ладонями глаза. так и не скажешь, что ему двадцать шесть.

- я разговаривал с отцом вчера. он сказал, что сегодня поведёт меня знакомиться с будущей женой, - и улыбка такая надломленная, что ранит. мин просто притягивает того в объятия, поглаживая по волосам и шепча, что они что-нибудь придумают.

а у самого сердце кровью обливается, потому что ОНИ - всего лишь друзья.

истерика младшего сходит на нет через минут тридцать. он с милой улыбкой замечает, что "хен такой миниатюрный. особенно в этой футболке", а юн краснеет, замечая, что все это время сидел полуголым перед чоном. шутливо пихает в плечо и бежит в комнату, оставляя гука одного со счастливой улыбкой на губах.

казалось бы, нечего чонгуку улыбаться так ярко, плакать надо, потому что собираются женить против его воли, но сейчас ему почему-то легко. он верит, что они и правда что-то придумают.

а мин в это время стоит перед зеркалом в ванной и пытается привести себя в чувства, потому что лицо горит невыносимо и дышать трудно. влюбился как глупый пятнадцатилетний мальчишка и поделать с собой ничего не может. но холодной водой лицо освежает, приводит себя в порядок и вниз спускается - младшего чем-то кормить надо.

они завтракают в тишине омлетом с рисом, а потом просто сидят и смотрят друг на друга. мин придумывает план, потому что отдавать младшего какой-то там богатой смазливой девчонке совсем не хочется. хотя бы потому, что чон и самого этого не хочет. а гук в это время полностью в своих мыслях находится - он вспоминает свою маму.

- моя мама, - говорит чон, вырывая старшего из мыслей, - погибла три года назад. мы с самого моего детства были рядом, она научила меня японскому. благодаря ей я стал тем, кем являюсь сейчас. с отцом мы никогда не были дружины, он всегда приказывал. а мама просила и объясняла, почему это необходимо. я так по ней скучаю.

чонгук заплакал. сильный на первый взгляд парень, которого ничего не способно тронуть, теперь как маленький ребёнок уткнулся в ладони, стесняясь своих эмоций и полностью отдаваясь воспоминаниям. глядя на эту картину у юнги сердце сжималось, потому что ему было даже страшно представить, что сейчас чувствовал дорогой ему человек. он обнял его, как и часом раннее, поглаживая по спине. не находя слов, парень молчал, но, кажется, даже так его поддержка помогала - младший успокаивался. слез уже не было, просто неровное дыхание и редкие всхлипы.

- я не хочу так же, хен, - хрипит гук, обнимая старшего за талию и сжимая в своих пальцах его футболку на спине.

юнги даёт себе мысленное обещание, что сделает все возможное, чтобы чонгук никогда больше этого не чувствовал.