17
Сколько не дави на газ, а автомобиль, казавшийся сейчас дырявым корытом, быстрее не поедет. Чонгук игнорировал красный свет, сигналы машин, звонящего Джина и оборачивался на звук телефона только для того, чтобы сверить время. Он уставился в лобовое стекло пустым взглядом и просто гнал. Все будто специально шло мучительно медленно и муторно.
Подъехав к назначенному месту, Чон ощутил прилив злости и, хлопнув дверцей машины, выбрался из неё. Тут же раздалось несколько выстрелов. Пули со свистом прошили туманный воздух.
— Блять, вот ненавижу пешек, — процедил Намджун, убрав палец с курка, — не в обиду, Тэ, тебя я ненавижу больше других. Бери пистолет, и пиздуй проверять труп. Похоже, я даже переоценил любовь твоего отца.
До того момента, пока в свете фар не появился Чонгук , сердце, казалось, и так не билось, а теперь оцепенело все тело, органы скрутились в один общий клубок, а мозг перестал функционировать. Глаза неустанно слезились.
Чон промелькнул вспышкой, миражом в тумане. Намджун даже не дал ему шанса приблизиться. После молчания пришли всхлипы, а за ними щемящая боль в груди, колкая, словно проткнули насквозь, раздробили каждое ребро.
— Мёртв, — отдался справа голос вернувшегося Тэхена.
М Е Р Т В.
Гортанные крики вырывались из груди, ноги стучали в сидения, руки оттягивали верёвки, которые до крови впивались в запястья.
М Е Р Т В.
— Клянусь, я застрелю сейчас эту суку, угомони её. — Намджун сжимал зубы, палец плавно возвращался на курок. Раздался новый выстрел.
Тишина снова воцарилась, заставив Розэ сломаться окончательно и потерять способность ощущать: слышать, видеть, чувствовать, понимать, все вокруг казалось самым страшным из кошмаров, но являлось самой жестокой из действительностей. Сознание выключилось, заставив ее ватное тело упасть, ударившись о стекло автомобиля.
Последние звуки отдались ревом мотора по перепонкам, и все исчезло во мраке.