Первый поцелуй
Удар за ударом прекратились. Ребята больше не били друг друга по лицу, спине, не валялись на холодном песке, а Генка с Мелом больше не наблюдали за этой картиной.
«Всё же, это лучше, чем если бы они стрелялись» - пронеслось у каждого в голове.
— «Можешь сейчас придти к бухте, пожалуйста. И захвати то, что я давал тебе в подъезде» - чтобы Кислов использовал слово «пожалуйста», так ещё и в лс Румянцевой?
Именно это и поразило девушку. Похоже, случилось что-то действительно серьезное. Тем не менее, она быстро обувается и вышмыгивает из квартиры.
«Кислову снова нужна помощь».
***
Наверное, у каждого в голове крутится вопрос, почему же он первым написал именно Алисе? Он сам ответа толком не знает. Все его друзья пошли оказывать поддержку Хенкину младшему, а его оставили сидеть на камне около воды, которая вот-вот зальётся в его кроссовки. Он, конечно, не обижается на них. Просто сейчас ему хочется накуриться, а, с недавних пор, он привык это делать с рыжиком.
Возможно, роль этому сыграл её чат, что в переписках в ВК висел в самом верху.
Рыжая девица аккуратно спускается со склона. Смотрит себе под ноги, чтобы случайно не упасть, совсем не обращая внимание на Ваню, что с разбитой губой сидит и смотрит на эту особу.
— Господи, - прикрывая рот рукой, Лиса внимательно изучает лицо Кисы: разбитая губа, откуда сочится кровь, бровь с небольшим синяком и фингал чуть выше глаза, но ниже брови. - кто тебя так?
— Принесла? - отворачивает взгляд в сторону, словно он сейчас должен не распинаться перед рыженькой, а сидеть и слушать музыку, поглядывая в окно и делая какие-то зарисовки на полях тетради по геометрии.
— Да. Если хочешь, я бы могла закурить...
— Да, пошли. - и, быстро схватив её за руку, он ведёт её к их излюбленному месту.
***
Шум волн ласкал уши, а брызги, разбивающихся о скалы потоков воды, освежали лица своей прохладой. Одурманенный и наполовину трезвый разум Кислова не позволял ему сделать то, что он хочет и то, чего он сейчас жаждет больше всего. Дрожа, но аккуратно приближаясь к лицу девушки, он ждет хоть малейшего намека на взаимность, но ничего не получает. Она просто молча смотрит на его губы и не понимает, стоит ли ей сделать первый шаг.
Пару минут назад они скурили два с половиной косяка; один упал на землю и они решили, что лучше пусть он там и лежит. Киса так и не стал рассказывать, что же на самом деле произошло, а она не стала докучать его излишними вопросами.
Шершавые ладони обхватили шею девушки сзади, вызывая у нее табун мурашек, и притянули к себе. Сладкие, пухлые как зефир губы девушки слились в нежном поцелуе с мягкими, со вкусом сигарет и небольшим привкусом крови, губами парня. Она чувствует его дыхание на своей щеке, отчего не может не пройти новая волна мурашек.
— Стоит спрашивать, что случилось? - зеркалит его недавнюю фразу, не ожидая, что сейчас он будет ей что-то говорить.
— Да, сука, ментеныш. Его батя шпилил мою мать в своей машине на дне города. Представляешь? - он снова начинает копаться в карманах пуховой куртки, но перестаёт, когда её мягкая ладонь ложится на его руку, а девушка произносит:
— На сегодня хватит, Кис. - и улыбается своей нежной улыбкой.
Её губы приоткрыты, немного оголяют белые, ровные зубки и, совсем немного, острые клыки. Она выглядит красивой, особенной и просто какой-то не такой.
Он кое-как сдерживается, чтобы снова не прильнуть к её губам и снова не почувствовать сладкий привкус её губ, нежный запах кожи и не почувствовать её волнение.
— Может, ко мне?
— Ну, можно.
***
Дверь с тихим скрипом открывается, а в нос ударяет запах свежести и хлорки. Странное сочетание, но именно так пахнет квартира Кислова.
В комнате бардак: незастеленная кровать, постеры на стене с металл группами и остатки от, по всей видимости, таких же постеров. Скотч на стене и несколько фотографий с полароида.
Заходят они в комнату не так тихо, как попали в квартиру. Девушка с рыжими кудрями падает на скрипучую кровать, слыша под собой неприятный треск и ощущает в комнате запах травы и каких-то листьев. В первый раз всего этого не было.
Киса, почему-то, хочет быть с ней осторожен. Не хочет причинить вред и что-то в этом роде, так что, чтобы приступить, спрашивает:
— Ты уверена? - а она просто чмокает его в губы и начинает дразнить.
***
Солнце слепит в глаза. Лучи падают на растрёпанные волосы Вани и его карие стекляшки, что в данный момент обрисовывают контур и неровности кожи рыженькой. Она тихо посапывает, лежа на подушке недалеко от шатена, что-то бормочет во сне и сжимает край одеяла.
Ранним утром Лариса заходила в комнату сына, чтобы предупредить его о оладьях на столе. Но, заметя рыжую особу в постели сына, поспешила закрыть дверь и уйти на работу.
Много она видела таких девушек утром в комнате Вани. Много раз видела потрёпанные конверсы в коридоре. Так что, Ваня уверен почти на сто процентов, что женщина не будет его докучать вопросами:
— Это твоя девушка? - и улыбаться во все тридцать два.
Она перестала это делать примерно после пятой пассии в квартире. Либо привыкла, либо свыклась.
***
Проснулась девушка от грома на кухне. Кисы рядом не было, зато на телефоне висело пару десятков пропущенных от отчима и примерно столько же от матери. У младшего телефона ещё нет. Родители считают, что рано ему познавать мир интернета. Они даже не догадываются, что тот его познает ещё с класса первого, когда у одного из одноклассников появился сенсорный телефон.
Быстро собравшись и забрав последние вещи, девушка выбегает в коридор, где уже начинает обуваться.
— Уходишь? - спрашивает Кислов, выглядывая из-за дверного косяка.
— Да. Боюсь, родители будут искать. - и, не получив ничего в ответ, закрывает за собой дверь.
Почему-то Киса не ощущает на душе какое-то опустошение и грусть от быстрого ухода рыженькой. Похоже, он действительно не так сильно и влюблён в неё, как думал вчера вечером.
Но привкус сладких, мягких губ остались где-то на вкусовых рецепторах и юноша был этому даже рад.
***
— Я дома. - говорит Румянцева. Хотя, скорее это звучало как вопрос.
В ответ тишина, лишь несильный кашель и шорохи доносятся из её комнаты.
— Родители вчера весь вечер тебя искали. Где ты была? - сиплым голосом спрашивает братец, свешивая ноги со своей кровати.
— Тема, пожалуйста, скажи им, что я была на работе. - подбегает та и садится на корточки около Румянцева младшего.
— Но ты же была не на работе.
— Да, но, блин, солги им. Ты представляешь, что они сделают со мной? Проси всё, что угодно. - она бегает взглядом по комнате, чтобы парнишка не увидел её красные от травки глаза и не задал вопрос, на который она не может дать ответ.
— Я могу сделать это и просто так, Лис.
— Спасибо. - улыбается девушка, ретируясь уже к своей кровати.