Первый шаг в последний путь

Жизнь пролетит меж тебя,

Все ровесники уже поженились.
Ты всё лежишь на спине,
Себя в душе ненавидишь.
Пока не полюбишь себя,
Останешься в жизни один.
Бросят тебя все друзья,
Для всех уж стал неродим.

Бездарен - 1501.

_____________________________________________
Тридцать первого октября, когда в актовом зале активно проверяли работу колонок и светильников, Сынмин, который как обычно пришел раньше своих друзей бездумно бродил по длинному школьному коридору. Он выглядел как бродячий ребенок, который заблудился в огромном мире. Несмотря на праздник, прям сильно хорошего настроения у него не было. Сынмин остановился в конце коридора рядом со входом в актовый зал, где по-прежнему было пусто, и провел рукой по своим темным волосам, осветленным на концах. Ким расстегнул верхнюю пуговицу пиджака, так как чувствовал духоту. Несмотря на то, что под пиджаком никакой рубашки или футболки у него не было, он пока не стремился застегнуть пиджак обратно, о так как коридор был абсолютно пуст. Походив по коридору ещё немного он услышал как кто-то начал подниматься по лестнице. Ким, застегнул пуговицу на пиджаке и продолжил свою прогулку по коридору. Вскоре в коридоре показалась макушка с длинными волосами покрашенными в платиновый блонд. Девушка была одета в короткое бардовое платье выше колен с пышной юбкой и открытыми ключицами это был заезженный образ вампира. Этой девушкой была Розе. Рядом с ней шел какой-то высокий парень из ее класса, которого звали Уджин. Парень не выбивался из образа девушки и тоже был разукрашен под вампира. Розе сразу увидела бывшего друга и что-то шепнула Уджину, который тут же кивнул и, развернувшись, ушел:
- Мин-и, привет! - с чересчур наигранной улыбкой и добротой сказала девушка, подходя к Сынмину. Только она его так называла. К слову, Киму никогда не нравилось это прозвище. А точнее ему не нравилось это прозвище, произнесенное из ее уст:
- Что тебе надо? - холодно спросил Сынмин, даже никак не отреагировав на чересчур наигранный тон невысокой девушки:
- Ну чего ты так сразу, Сынми-ин? - вновь  протянула его имя Розе, хитро улыбаясь:
- Разве я не могу просто так подойти к своему другу и спросить как у него дела? - она сделала самое невинное выражение лица, на которое была способна:
- Мы больше не друзья, - намонил ей Ким, не договариваю, что, скорее всего они никогда и не были друзьями, ведь нормальные друзья не смеются над тобой и специально не ранят своими тупыми шутками. Девушка тут же сбросила с себя маску дружелюбия, обнажая свою змеиную гнилую натуру:
- Ты всегда был эгоистом, - холодно сказала она. Да, вот и полезла из нее вся гниль. Сынмин никогда не был эгоистом, но каждый раз подобные слова Розе все равно задевали его за живое. Но в этот раз Ким, решил не поддаваться на ее выпады и специально улыбнулся:
- Спасибо, Розе, тебе тоже удачи, - хмыкнул он, а затем прошел мимо, пряча руки в карманы черыных брюк. Девушку это не на шутку взбесило:
- Твоя улыбка уродлива! Не улыбайся, тебе не идет, Сынмин, - фыркнула девушка, закатывая глаза. Она ещё раз фыркнула, а затем пошла обратно к лестнице, где её ждал Уджин. Затем пара скрылась из вида, видимо уходя на первый этаж. Блять. Сука, за живое задела. Сынмин почувствовал, как в горле появился комок, а с глаз мгновенно потекли слезы. Парень раздраженно размазал слезы по лицу и вновь растрепал свои волосы, делая это с очевидным раздражением и ненавистью.

***

Неприятный осадок после непродолжительной перепалки с Розе, будто остался в легких. Но, когда Ким увидел Бан Чана, тут же попытался прогнать все мысли, переключаясь на друга. Чану действительно шла новая прическа и новый черный цвет волос. Чанбин тоже уже пришел, но ненадолго убежал искать свою младшую сестру (у него две сестры одна старшая и одна младшая). Красная кожаная куртка Со лежала на лавочке, рядом с которой стояли Ким и Чан. Кристофер что-то комментировал по поводу того, что абсолютно все в школе постарались над костюмами для сегодняшнего праздника. Сынмин слушал его, но не от всего сердца. Его взгляд гулял по толпе, выслеживая Чонина. Почему-то парень думал, что учитель не придет сегодня и уже начал расстраиваться, когда внезапно до него донеслись слова Бан Чана:
- Что-то дядя задерживается, - он посмотрел на часы, а затем поправил пиджак, пряча запястье обратно:
- А он что, придет? - удивился парень, переставая проворачивать кольца на пальцах:
- Пф, чтобы Чонин пропустил бесплатную пирушку и возможность прибухнуть? Не смеши меня - фыркнул Крис. Благодаря дружбе с Чаном, Сынмин достаточно много знал о преподавателе, поэтому не сильно удивился, пожав плечами. Бан Чан продолжил что-то рассказывать, до тех пор, пока к парням не подошел Минхо. Хоть парень и сделал макияж как у зомби, Сынмин все равно смог понять, что некоторые синяки на его лице настоящие, но ничего не сказал, лишь поприветствовав друга. Когда Ли ушел искать Хана, Сынмин тоже решил пройтись, оставив Чана. Ким шел в сторону актового зала, где уже было много людей. Вокруг все лица сливались и выглядели чересчур одинаково, толи из-за грима, толи из-за того, что Сынмин просто словил деперсонализацию. Протиснувшись в актовый зал, случайно по пути уронив чью-то шляпу ведьмы, парень поправил осветленные пряди, опираясь спиной на стену у входа. Парень бегло проходился взглядом по присутствующим, лишь мельком ком заметив, Минхо в углу зала, который, видимо смог самостоятельно найти Джисона. Затем Сынмин перевел взгляд на другой конец актового зала, где стояли колонки и уже играла музыка, и чуть дрогнул от неожиданности, замерев. Возле сцены стоял их классный руководитель, который разговаривал с кем-то из учеников. Сынмин нервно начал хрустеть пальцами, смотря на преподавателя издалека. Это было.. Это нельзя было пописать, насколько Чонину подходил костюм, который он сегодня надел. Из-за его укороченного пиджака, который был украшен какими-то цепочками, были виден его торс с прессом. Ким проглотил несуществующий ком в горле, а, затем оторвался от стены, направляясь в сторону преподавателя:
- Здравствуйте учитель Чонин, - сказал Сынмин, подходя к классному руководителю, когда тот закончил говорить с учеником:
- Здравствуй, - еле сдержал смех учитель, а потом ярко улыбнулся:
- Мин, я же говорил, что вне уроков можешь ко мне нормально обращаться, - Ян назвал парня прозвищем, которым его могут называть только друзья. Ну, в целом, их можно считать, если не друзьями, то хорошими знакомыми. Сынмин уже достаточно давно был знаком с Кристофером, а тот, естественно, познакомил его со своим дядей - Чонином. Разница в возрасте, кстати, была не сильно большой, потому что учитель был старше учеников на пять лет, потому что устроился работать в их школу сразу после университета. Именно из-за такой небольшой разницы, они легко находили общий язык.

***

Подойти к классному руководителю ещё раз, Сынмину пришлось после того, как он, непонятно каким образом, успел накидаться неособо качественным алкоголем. Парень не мог объяснить себе этот внезапным порыв влить в себя алкоголь, но он просто чувствовал странную тяжесть в грудной клетке, а так же не мог выгнать из головы слова Розе, которые она сказала ему ещё до начала праздника. Но, когда Киму стало плохо, он понял, что Чанбина, который до этого все время стоял рядом, уже не было. От него даже нигде не осталась его кожанная красная куртка, которою, по всей видимости он унес с собой в неизвестном направлении. Сынмин перепил настолько, что даже через золпу школьников он без приключений пройти не смог. Он успел сбить с ног четырех ведьм, случайно толкнуть двух вампиров, уронить чью-то руку (кто-то сделал для костюма зомби муляж руки), а так же Ким умудрился упасть на пол, распластавшись звездочкой на прохлодному затоптанном полу, запнувшись о чью-то немаленькую сумку, в которой звякнуло несколько стеклянных полупустых бутылок. И все же Мин смог доковылять до Яна, который в этот момент общался с одним из других педагогов, которые в их классе не преподавали. Кажется это был молодой учитель физкультуры, которого звали Ли Хисын. Как только подросток начал шататься в поле зрения учителя физики, тот сразу прервал разговор с коллегой:
- Мин! Ой ебаный рот... - тут же на полуслове осекся Чонин, видя бледный оттенок лица парня:
- Сынмин-а, у тебя все в порядке? - спросил молодой учитель, оставляя Хисына, к которому уже начали клеиться подвыпившие старшеклассницы, и подошёл с Киму, придерживая его за плечо. Сынмир ничего не ответил, пытаясь держать равновесие. Наконец, спустя долгие минуты ожидая, когда Чонин так и не получил ответа, он наклонился чуть ближе к парню, чтобы перекричать биты музыки:
- Пойдем в коридор, - Ким еле-заметно кивнул, а затем учитель потащил его к выходу, буквально, как тряпичную куклу без каркаса и мягкого наполнителя. Перед глазами молодого парня остальные люди расплывались и будто-то двигались слишком быстро. При этом, все действия, которые совершал сам Ким, казались ему замедленными до предела. Когда учитель наконец-то смог вывести ученика в, на удивление полностью пустой, коридор музыка сразу утихла в ушах. Мин почти не мог стоять прямо, неосознанно опираясь отяжелевшим телом на классного руководителя:
- Ты, если пить не умеешь - лучше бы не пил, - подал голос дядя Чана, неосознанно хмыкнув Сынмину на ухо. Ким либо не услышал это, либо его мозг под действием алкоголя осознанно проигнорировал слова Чонина. Ким попросту не мог стоять на своих ногах, хотя усердно старался сохранить равновесие, ведь ему казалось, что он сейчас вполне адекватно стоит на своих ногах, хотя это очевидно было не так. Парень даже не понял, в какой момент он буквально скатился на пол, по пути зацепившись рукой за штанину Яна, невольно сложив ноги по-турецки, когда оказался сидящим на полу. Перед глазами комната немного плыла, заставляя чуть прищуривать глаза. Чонин осторожно опустился на корточки, поправляя одернутую парнем штанину. Он чуть наклонил голову, чтобы его голова была на уровне с головой ученика, пытаясь заглянуть ему в глаза:
- Мин, ты насколько плохо себя чувствуешь? Тошнит? Могу твоим родителям позвонить, - но Сынмин, лишь отрицательно качнул головой, хотя казалось, что он даже не слушал, что ему говорили. Ян Чонин все никак не мог поймать взгляд Кима, а все потому, что его взгляд неосознанно скользил по тонкой шее, острому кадыку, выделяющейся яремной ямке, по открытым красиво выпирающим ключицам, медленно проезжая мимо черного верха одежды, спускаясь к открытому торсу и явно накаченному в зале прессу. В нетрезвой голове даже на секунду мелькнула не совсем адекватная идея, отчего руки Сынмина неосознанно сжались в кулаки, будто заставляя держать свои руки на месте. Парень наконец медленно перевёл взгляд на шею, а затем поднялся к карим глазам напротив, который будто продолжали ждать ответа. Но ученик ничего говорить и не собирался, взгляд невольно скользнул от глаз к, немного по-детски пухлым губам, будто держать глаза на одном месте было слишком тяжело. Губы Чонина, казалось, елезаметно дрогнули, будто он собирался что-то сказать, но сдержался. А спустя несколько секунд Ким вновь поднялся взглядом к глазам физика. Карие глаза напротив явно уже давно заметили изучающие движения глаз по телу их владельца. Взгляд Чонина был, не то чтобы удивленным, скорее вопросительным. В воздухе висел так и не озвученный вопрос - "Что ты делаешь?". Сынмин разглядывал переливый в карих глазах, которые создавались будто из тонких ниточек, волокн или лучей, сходящихся в центре, где-то за зрачком:
- У тебя.. Глаза красивые, - вдруг тихо, чуть заторможенно, озвучил, казалось бы, очевидные сейчас для него самого, слова Сынмин. Зрачки напротив елезаметно увеличились, что давало неоднозначную реакцию. Казалось, что классный руководитель елезаметно покраснел, но может просто так казалось:
- Да и в целом.. Тебе идет этот наряд, - все так же заторможенно сказал рыжий парень:
- Тебе тоже, - отозвался Чонина, чуть кивая на недоконца застегнутый пиджак на голом торсе:
- Только сомневаюсь, что несовершеннолетним ученикам можно одеваться так, тем более в пределах школы, - чуть усмехнулся Ян, невольно подцепив длинным пальцем одну из цепочек на шее Сынмина:
- А я сомневаюсь, что молодым учителям можно настолько вызывающе выглядеть, - парировал Ким, кажется не замечая того, что натяжение цепочки на шее стало чуть туже:
- Но мне то возраст уже позволяет, - хмыкнул Чонин, переводя руку на плечо Сынмина, чуть надавливая пальцами над лопатками:
- А вы выглядите так, будто в любой момент готовы меня облапать или взглядом раздеть, - в ответ перешёл на вы Сынмин. Хоть алкоголь постепенно начинал рассеиваться в его голове, но трезвость ещё не настолько одолела его, поэтому смущение и банальные нормы приличий в разговоре с учителем все ещё не существовали в его голове:
- А ты против? - спросил Чонин, все ещё держа парня за плечи, переводя взгляд с его волос, крашенных в рыжий, на брови, а затем на глаза:
- Я такого не говорил, - отозвался Сынмин, после чего, пару секунд смотрел в карие глаза напротив, невольно улыбнувшись, незаметмы это:
- Мин, у тебя улыбка красивая, - вдруг сказал Ян, искренне улыбнувшись, чуть наклонив голову вбок. Но Сынмин внезапно изменился в лице, тут же неосознанно замирая на месте. Естественно физик заметил резкую смену настроения, и чуть потряс парня за плечо:
- Эй, Сынмин, ты чего? - но Ким не ответил, поджима губы. Красивая улыбка, серьёзно? Он же с улыбкой на монстра похож. Вернее, так ему всегда говорили окружение, которое было не самым лучшим, но, это ведь правда? В голове Сынмина сразу всплыли слова девушки с пепельными волосами, которые были сказаны несколько часов назад. Глаза неосознанно намокли и, парень чуть запрокинул голову, шмыгая носом, часто моргая, пытаясь согнать накатывщиеся слезы. Чонин понял, что словами он в данной ситуации ничем не сможет помочь, поэтому он аккуратно оперся спиной на стенку, утягивая Сынмина к себе, отчего тот буквально упал в объятия учителя. Оказавшись окруженным теплыми руками парня, Ким буквально расслабился и, впервые за долгое время, позволил себе заплакать при ком-то.