Первый шаг в последний путь

Дым из-под чужих колес,
И все палят на тебя искоса.
Вниз, вниз тянет тебя вагон метро,
И ты словно из космоса.
А где-то за сотни дорог
Только три ветки метро,
И манит своей простотой
Родной город!

Родной город - Нервы.

_____________________________________________
Предательский всхлип снова вылетел из измученного сигаретами горла. Хан закрыл рот руками, заглушая рыдания, когда услышал как открылась дверь в туалет. Парень тихо, насколько мог, поджал ноги к телу, чтобы его не было видно под дверью кабинки. Слеза вновь скатилась по щеке, переползла на руку и разбилась о кафельный пол. Все хорошо, это наверное уборщица, она сейчас уйдет! Тяжелый воздух с всхлипом залетел через рот. Человек подошел к кабинке и постучал три раза. В ответ звенящая тишина, с глубокими, сбившимися вдохами сквозь зажатые губы:
- Пацан, у тебя все нормально? - прорезав молчание, звучит голос какого-то парня. Хан не знал, кто это. В ответ Джисон, максимально сконцентрировавшись, положительно промычал в ответ, утирая рукавом зеленой толстовки, которую он так и не переодел, так как домой не заходил, глаза, которые уже сильно покраснели и опухли от повторяющегося движения:
- Я скоро вернусь на урок, все в порядке, - просипел Хан, понимая, что горло не выдерживает такой комбинации в виде бессонной ночи, пяти банок пива, четырех пачек сигарет, ночной блевотни в кустах и фиг пойми скольки часов истерики;
- Точно все хорошо, может к медсестре сходишь? - неизвестный парень за дверью неожиданно звучит слишком обеспокоенно по отношению к парню, учитывая то, что Хан его не знает. Джисон, опустил ноги на пол, поднялся и аккуратно открыл дверь, возле которой стоял парень. Это был тот самый новенький, который сидел на пятой парте. До этого Хан в школе его ни разу не видел. Джисон поднял свои красные глаза на парня, чье лицо выглядело по-кошачьи и, выдавив из себя привычную улыбку, произнес:
- Все уже хорошо. Прости, что помешал, тебя учитель отправил за мной? - в ответ ничего не последовало. В туалете тяжелой свинцовой тучью повисло мертвое молчание. Такое же мертвое, как и сегодняшнее состояние Джисона. Парень отвел глаза и подошел к раковине. Умыв лицо ледяной водой, под пристальным взглядом парня, который, кажется не особо торопился оставлять ученика одного в туалете, Джисон мельком посмотрел на парня в зеркало:
- Пацан, ты точно себя нормально чувствуешь? - вновь позвучал голос кареглазого парня. Его глаза, немного отдавали янтарным свечением, так что казалось, что из них вот-вот выползет какое-то насекомое. Как в тех самых сувенирах, в которых были разные скорпионы, бабочки, комары и букашки:
- Да, - не дав новенькому договорить, просипел парень. Развернувшись, Хан направился к выходу из туалета, подождав, пока парень с янтарем вместо глаз пойдет за ним. Такой молчаливой компанией они шли до кабинета. Такая тишина сразу напомнила Джисону траур. Только, в этом трауре он сегодня, как обычно, участвует один. Он даже Сынмину, Чанбину и Розе не рассказал о том, что случилось с его братом. Точнее, они даже не знают, что он когда-то существовал, не то, что его новым друзьям. Хан им всем просто ничего не сказал. Он привык всегда держать все в себе, играя на людях причудливого клоуна, у которого никогда не бывало проблем. Гул разговоров, сразу меняется на тихое перешептывание и переглядывание, когда учащиеся слышут шаги в коридоре. Дверь перед Ханом открывается, и  первый проходит в кабинет, за ним рядом идет новенький. Как только Джисон зашел, на него сразу устремилось двадцать три пары глаз, именно столько человек, не считая Хана, теперь училось в его классе (если считать ещё и этого новенького). Хан, стараясь не обращать внимания, на прожигающих его взглядом, одноклассников, быстро добрался до своего места и сел за парту. Накинув на голову капюшон, Джисон положил голову на скрещенные перед собой руки, прячась от всех в своем импровизированном домике:
- Ли Минхо, ты тоже можешь садиться, - раздался голос учителя, после чего новенький безразлично кивнул и сел на свое место рядом с Ханом. Повернутый к парню лицом Феликс собирался что-то спросить, ведь беспокоился за друга, но его прервал учитель, сделавший вид, будто ничего не произошло, и продолживший вести свой урок, до конца которого оставалось меньше десяти минут. Ён Бок мельком бросал взгляд то на Хана, то на его соседа по парте. Позже он получили ели видный кивок от Минхо и, немного успокоившись, повернулся обратно:
- Тебя же Джисон зовут? Ты как? - поближе к соседу наклонился Ли и встревоженно, но все ещё не особо эмоционально задал вопрос:
- Хуево, - просипел Джисон, не отрывая свою голову от рук, чувствуя, вновь, катящиеся по его лицу дорожки слез. Феликс, который тоже это услышал, сочувственно посмотрел на парня и, чуть позже, вернулся в нормальное положение. Больше, до конца урока, парня не трогал никто, кроме его собственных мыслей, копащившихся в его мозгах, как трупные черви по разлагающейся плоти.

***
На перемене, что длилась пятнадцать минут, парень снова просидел в, уже знакомой, кабинке туалета на четвертом этаже, прячась от вопросов друзей. Друзей? Своими друзьями он всегда считал только Бина, Кима и Розе. А можно ли ему считать Феликса и Хенджина (который сегодня отсутствовал) друзьями? Они помогают ему во время контрольный и самостоятельных работ, также всегда помогают с домашкой. Достаточно ли этого для полноценной дружбы? А, что, вообще, такое - дружба? В какой момент ты можешь понять и признать себе что какой-то человек является для тебя другом? Где эта грань между обычным знакомым и другом? Какие чувства вообще ты должен испытывать , чтобы понять, что эти люди действительно тебе дороги? Следующим уроком была физкультура, на которую Хан сам себе разрешил не идти. В конце концов, у него с собой не только рюкзака, но и формы нет, чего уж говорить про сменку, которую он не будет носить до зимы, а может и дольше. Ну, и, раз на физ-ре присутствовать необязательно, Джисон решил весь урок отсидеться на лавочке возле спортзала. В коридоре было пусто. Сквозь стены, сделанные из какой-то тонкой херни, была слышна ругань физрука и недовольный топот учащихся. Кажется они играют в волейбол. Хану плевать, у него никогда не было желания присоединяться к игре с классом. Неожиданно шаги, приближающиеся к выходу, становятся громче. Дверь из спортзала открывается и, на пороге стоит Феликс. Из-за своего миловидного личика, светлой одежды, которая была сегодня на нем, и его телосложения парень все больше походил на маленького мальчика в костюме пушистого облачка сахарной ваты. Джисон раньше не обращал внимания на запахи и парфюм, но сейчас он чётко ощутил запах сочного персика и запыленных книг:
- Привет, Хан,
- Привет, - прочистив горло сказал парень, посмотря на одноклассника. Блондинистый парень, на пару секунд спрятав и вынув руки из карманов, закрыв дверь, подсел на лавочку к Джисону:
- Хан, мы с Хенджином беспокоимся за тебя. Все нормально? Ты не отвечал на звонки, а сейчас пришел в таком состоянии в школу.. Ты можешь мне довериться, Сон...
- Он меня так называл, - уставившись немигающим взглядом на веснушчатого парня, которому он впервые доверился, вымолвил Хан. Слишком сильно хотелось в глазах напротив увидеть не глубокие карие, а серые, как пасмурное небо, глаза Су Хо:
- Кто называл? - стараясь лишний раз не дышать, чтобы не спугнуть раскрывающего свой внутренний мир парня, прошептал Феликс. Если бы тишина продолжила свинцовой тучей висеть в коридоре, она обязательно бы наэлектризовалась и, ударив кого-то током, убила бы, не оставив даже пепла, без шансов на возрождение:
- Су Хо. Он мой б-рат, - заикнувшись на полуслове, клешнями вытащил из своего сердца эти слова. Всего четыре слова. Целых три года Хан этого не произносил в слух. Он слишком устал томить в себе воспоминания о брате, уверяя Хэрин и Юнджин, что он все пережил. "Время лечит" - говорили они. Ага, конечно. Время нихера не лечит. Оно со временем может притупить боль и воспоминания. С каждым днём Джисону все тяжелее вспомнить черты лица старшего брата. Даже необычно красивые серые глаза тоже сильно исказились в воспоминаниях. Хан уже даже не уверен, были ли они серыми. Если бы не оставшиеся старые фотографии, парень подумал бы, что начал сходить с ума, и придумывать мертвому брату совершенно новые черты:
- С ним что-то случилось? Ему нужна какая-то помощь? Если вдруг, - начал судорожно шептать Ликс, хватаясь своими теплыми руками, за ледяные пальцы парня. Хан уже даже перестал молить Бога, что все это было сном и его брат на самом деле выжил. Джисон уже понимал, что он совершенно не может изменить тех слов, которые тогда сказал Су Хо. Сейчас он лишь может сожалеть о том, что, в силу маленького возраста , не поцеловал брата в лоб на прощание. Перебив друга, с наворачивающимися на глазах слезами, парень произнес:
- Уже нет. Он утопился три года назад, - Джисон собирался сказать, что сожалеть об этом не надо, что он уже забыл об этом, ведь такие фразы уже вошли в привычку, но его резко потянули в объятия. Феликс крепко обнял парня за спину, опуская подбородок на его плечо. Теперь Джисон мог убедиться, что призрачный запах персика и пыли не были плодом его измученного истериками и ночью без сна воображения. Парень явно использовал парфюм, потому что чем дольше Ён Бок держал Хана в объятиях, тем больше раскрывались ноты его духов, где уже проявлялись слива и белый мускус:
- Ты курить начал? - неожиданно сменил тему одноклассник. Джисон никогда не использовал духов, ведь понимал, что такое удовольствие не особо по карману их семье. Но, когда парень устраивался на летние подработки, он копил те деньги и пару раз покупал маме духи, которые стоили достаточно прилично. Те духи были яркими с нотами игристого. От Джисона обычно пахло не парфюмом, а естественными запахами , которые окружали его дома. Чаще всего Хан пах стиральным порошком, зеленым чаем с молоком, какими-то конфетами, которые он покупал для сестренки и земляничной гигиенической помадой. Сейчас от него пахло крепким зерновым кофе, пыльным, сырым и старым деревом и никотином. Хан, не отрываясь от его объятий, которые так долго были ему нужны, с какой-то благодарностью в голосе, за перемену темы, ведь постоянно думать о брате он уже не мог, прошептал:
- Три года назад, а сегодня просто "особенный" случай был,
- Спасибо, что рассказал. Ты не представляешь, как это важно, - Ён Бок отвел взгляд, поправив светлую челку, которая видимо выбилась из небольшой милой заколки, которую Хан вначале не заметил, а после резко, вновь, обнял парня. Джисон повторно обнял друга в ответ и смотря на дверь в спортзал тихо прошептал:
- Ты не представляешь, как для меня это было важно, - холодная слеза аккуратной дорожкой скатилась по щеке и, соскочив с подбородка, впиталась в светлую толстовку Ли. Кажется, теперь они действительно друзья. Теперь для Хана - запах персика будет ассоциироваться с поддержкой и теплом, даже в самую проморзглую и суровую зиму.

***

Звонок с перемены уже прозвенел, когда в столовой оставалось несколько человек, не успевших поесть за двадцатиминутную перемену. В этот раз Хан не просил её в туалете. После разговора с одноклассником в коридоре ему, и в правду, стало гораздо легче. Будто из него ненадолго выбили аппатию и навязчивое нежелание дышать. Он слишком долго носил это в себе. Сейчас парень тихо продолжал ждать Феликса, пока тот купит и выпьет воду. Именно поэтому они сейчас остались в столовой совершенно одни, не считая поварих и старую сумасшедшую уборщицу, покрасившую свои седые волосы в светло-фиолетовый цвет. В столовой царил привычный всем запах подгорелого картофеля (спрашивается, как они умудрились сжечь картофельное пюре) и мяса, неизвестного происхождения (все школьники просто надеялись, что это не собаки и кошки, которые часто заходили на территорию школы):
- Хан, может погулять в субботу сходим? - Феликс, стараясь как можно меньше кидать взгляд на друга, продолжал непринужденно делать вид, что ест картофельное пюре:
- А? - ладно, может ему и полегчало, но в облаках он летать не перестал. Хан попросил парня пока не рассказывать отсутствующему сегодня Хенджину о его переживаниях, поэтому тот до сих пор оставались в неведении у себя дома. Хан еду сегодня себе не взял. Аппетита не было. Во рту стоял вкус собственной кожи, из-за того, что Джисон неосознанно кусал щеки, язык и губы изнутри. Утвердительно кивнув парень, вдруг обратил внимание на Ликса, который в этот раз взял себе поднос с едой. Парень тихо разгребал пюре вилкой и, разделив катлету на маленькие кусочки, аккуратно поднес ко рту пустую вилку, после чего стал изображать разжевывание иллюзорной пищи во рту. Он тут же поднял глаза, в надежде убедиться, что его трюк остался незамеченным. Но тут Ликс увидел смотрящие прямо на него глаза Джисона. Совершенно все понимающие, в которых все ещё поблескивают сгустившиеся слезы, от которых взгляд парня казался ещё более похожим для щенячий. Хан понимал все с самого начала. С того момента, как он зашел на страницу Феликса. Этот парень... Ему действительно его очень жаль. Наверное, когда он написал ему, он надеялся уберечь его. Скорее всего он увидел в нем отражение Су Хо. Возможно первоначально Джисон видел перед собой не Ён Бока, а своего брата. Теперь запах книг и сочного фрукта будет навевать воспоминания сразу о двух важных для Хана людьми (только один навсегда останется на фотографии с черной лентой в углу). Сейчас все вдруг стало иначе. Ему действительно жаль, что Ликс столкнулась с такими проблемами и, хоть он и не знал причину этих проблем, он все равно догадывался видя, как другу важно общественное мнение. И ему жаль, что он знает причину такого поведения. Он жалеет обо всем, кроме того, что решился извиниться перед ней в коридоре. Он жалеет обо всем, кроме того, что дружит с ним. Он рад, что у него есть такой друг. Он искренне хочет помочь ему справиться со всеми этими трудностями и вынести из этого болота. Теперь он знает как нужно себя вести с такими людьми. Он признался ему в том, в чем боялся признаться даже себе. Наконец-то он понял, что значит "дружба". Он не допустит, чтобы с ним произошло тоже самое. Дружба - это старые книги в подгнивающем комоде в деревне у бабушки. Дружба - это свежие фрукты, от укуса которых по рукам течет сладкий сок до локтей.

***

После школы Хан решил проводить Ликса до его дома. Возможно это так называемый синдром спасателя. Он ощущал слишком сильное желание помочь другу, хотя для Джисона это было очень странным и необычным желанием ведь он всю жизнь был социофобом. И парень не мог себе объяснить этот волшебный порыв помочь парню. Звенящую тишину и напряжение прерывали только, изредка, проходящие мимо родителей со своими неугомонными детьми. Наконец Джисон не выдержал и осмелился начать нелегкий разговор:
- Ликс... - но светлый парень с хвостиком внезапно перебил его:
- У меня диагностировали нервную булимию, - Ён Бок повернул голову в сторону одноклассника и улыбнулся, будто объясняя свой внезапный порыв откровения:
-Ты рассказывал мне свой секрет, а я тебе свой, - конечно, Джисон догадывался. Парень уже слишком сильно хорошо был знаком с расстройством пищевого поведения. Он был слишком хорошо ознакомлен со всеми подробностями и вытекающими последствиями для шестнадцатилетнего парня. На пару секунд снова повисла мертвая тишина, пока Хан, вновь, не прервал её:
- Я чувствую, что уже успел привязаться к тебе, как собака. Я не хочу потерять тебя также.. У Су Хо тоже была булимия. За год до смерти, его положили в больницу с, почти полным, истощением организма. Но после этого он не остановился. Ликс, он обещал, но не сдержал свое обещание! Я не хочу, чтобы ты тоже...
- Хан, я-я.. Я обещаю, я поправлюсь, - парень обнял Джисона, прижавшись к нему всем телом. Феликс был эмпатом до глубины души. Он слишком остно чувствовал переживания других, от настроения окружающих его людей - почти напрямую зависело и его поведение:
- Р-ради тебя, и Хенджина. Я уйду в ремиссию.. Правда!
- Нет, - неожиданно резко ответил парень, не разрывая объятий, а лишь прижимая блондина ближе. Это выглядело так, будто одинокая мама прижимает к себе своего малыша, будто желая защитить его от всего, подставляя свою спину, как щит:
- Сделай это для себя! - одноклассники оба замолчали, аккуратно опуская руки. Феликс кивнул, смотря парню прямо в глаза:
- Может на чай зайдешь? - вдруг улыбнулся Ён Бок, поправляя челку, упавшую на карие глаза. Милая заколка действительно не выполняла свою работу, а служила лишь украшением на вызженных от краски волосах.

***

Квартира у Феликса была небольшая, но до невозможности уютная. Прям как те самые открытки, на которых изображают самую прекрасную сторону советского союза. Он жил в ней вместе с дедом, которого сейчас не было дома. Наверное, поэтому в этом доме приятно пахло старостью. Но именно той старостью, которая отдает ездой на ржавом велосипеде по деревне на закате, или парным молоком ранним утром под жужжание пчел из ульев, или холодным озером летним днем и свежей малины с куста, которую можно было есть, даже не промыв от жучков. Парни сейчас сидели в комнате блондина и пили зеленый чай из маленького чайничка для заварки лисотового чая- земляничный улун, сидя на небольшой кровати, заправленной старым мягким пледом в черно-красную клетку. Ребята долгое время молчали, пока парень с веснушками не прервал тишину, подтягивая к себе одну ногу, чтобы сесть на нее, опираясь ладонью на колено:
- Хенджин писал, что ему просто лень было сегодня идти в школу, но он хотел нам что-то рассказать. Сказал, что это что-то "пиздец важное",
- То есть он не заболел? - отозвался Хан, наконец-то начав чуть улыбаться впервые за сегодня. Кажется вот он - смысл дружбы. Ты можешь не только отвлекаться от своих проблем, но и поделиться ими. От кружек с зелёным чаем елевидно шел полупрозрачный пар:
- Может тогда позовем его, пусть тоже придет? - Джисон сам не понял, почему вдруг предложил это. Дружба - меняет людей в лучшую сторону. Парень всю жизнь считал себя интровертом, но все чаще с сегодняшнего дня начинает ощущать неожиданные порывы экстровертности. Хан даже борется со своим импульсивным желанием вновь, но уже без особой причины, обнять сидящего рядом Феликса. Ён Бок тут же улыбнулся, доставая телефон начиная писать в их группу, которую они на удивление уже успели создать за эти короткие пять дней знакомства, зовя Хвана в гости, тут же получая ответное сообщение скучающего парня с просьбой прислать адрес. Уже через минут десять на пороге его квартиры стоял улыбающийся Хенджин, с забавным хвостиком-пальмой на голове. Оказалось, что парень жил совсем не далеко от Феликса и почли большую часть времени от этих десяти минут парень искал адекватную и чистую футболку:
- Здарова! - темноволосый парень тут же накинулся на друзей с объятиями. Джисон вновь заострил внимание на запахе, который исходил от парня. От Хвана пахло гвоздикой, можжевельником и чем-то сладковатым, напоминающим ваниль. Запах казался теплым, напоминающим тепло, возле костра:
- Ну что, вы скучали по мне? - Феликс улыбался, начиная смеяться от того, что Хенджин слишком сильно сдавливал в объятиях друзей. Помимо тёплого запаха в комнате повис ещё один сладкий и в то же время земляной и будто могильный запах. Хан же замер, видя, что в проеме стоит тот самый новенький с кошачеподобным лицом. От парня исходил запах сладкой ваты и ананаса, но в нижних нотах было что-то, что давало запах опилков, древесины и земли. От этого парфюма сразу навоевались мысли о цырке, где все клоуны были как из фильма "Оно":
- Привет, Минхо.. - скомкано отозвался Джисон, завидев того в дверях, надеясь, что правильно запомнил имя темноволосого парня, с янтарным блеском в глазах. Ему все ещё было стыдно за то, что тот видел, Хана после истерики в туалете:
- О так вы уже знакомы? - вмешался Хван, проталкивая Ли Минхо в дверь, запахи парфюмов мягко смешивались в комнате и, хоть в начале казалось, что голова начнет болеть, от переизбытка ароматов, все было наоборот. Казалось, будто запахи просто витали в воздухе, мягко оседая на рецепторах, оставляя новые воспоминания, которые будут всплывать каждый раз, если ты уловишь хоть одну из этих нот:
- Позвольте представить - каменная и непробиваемая глыба, по совместительству мой друг детства, который теперь учится с нами - Ли Минхо! - видимо Хенджин сам не знал, что Минхо придет в школу именно сегодня, поэтому со спокойной душой прогуливал, не зная, что друг решит появиться сегодня. Парень в ответ недовольно фыркнул на друга:
- Нахера ты вообще меня притащил, ты же сам сказал, что Феликс только тебя позвал, - Несмотря на то, что Ли пытался ощетиниться как настоящий кот, по его глазам было видно, что ему скорее просто пока неуютно в новой компании, на что Ён Бок тут же улыбнулся, протягивая свою руку для рукопожатия:
- Да ладно, не парься, заодно и познакомимся. Раз Хенджин твой друг, думаю мы сможем с тобой сдружиться! - Ликс подмигнул парню, чуть толкая застывшего Джисона, чтобы тот тоже поприветствовал нового человека в их компании. Запах фруктов, специй, дерева, никотина и чая разлетелся по комнате, впитываясь в каждый уголок.