37.
Олег, осторожно придерживая Мадонну на руках, ловко вытащил ключи из кармана и попытался вставить в замочную скважину. Это оказалось сложнее, чем он ожидал — она была невесомой, но её тело расслабленно обмякло, а дыхание касалось его шеи, вызывая странные ощущения.
— Чёрт, Донни, ты могла бы хоть немного помочь, — пробормотал он, пытаясь не уронить её и одновременно открыть дверь.
Замок щёлкнул, дверь приоткрылась, и он наконец смог шагнуть внутрь. Тихо, чтобы не разбудить её, он ногой прикрыл дверь, а затем направился в спальню.
Положив её на кровать, Олег присел рядом и провёл рукой по её щеке. Мадонна что-то пробормотала во сне, её ресницы дрогнули, но она не проснулась.
— Ты упрямая, но всё равно моя, — сказал он еле слышно, убирая прядь волос с её лица.
Он медленно расстегнул молнию на её платье, помогая ей избавиться от неудобной одежды, и укрыл одеялом. Затем устало потер лицо и направился в душ, зная, что завтрашний день точно не будет спокойным.
Утро для Мадонны было сущим кошмаром. Голова раскалывалась, во рту пересохло, а малейшее движение вызывало приступ тошноты. Она с трудом приоткрыла глаза и застонала, натягивая одеяло на голову.
— Тихо, ради всего святого… — простонала она, чувствуя, как желудок сводит от перегиба с алкоголем.
Олег, стоявший у двери с чашкой кофе в одной руке и бутылкой воды в другой, только усмехнулся.
— Нужно было остаться дома, Донни, — сказал он спокойно, подходя ближе. — Но нет, ты же решила доказать что-то самой себе.
— Заткнись… — простонала она, закрывая лицо рукой.
Он сел на край кровати и протянул ей воду.
— Пей.
Она нехотя взяла бутылку, сделала несколько глотков и снова застонала, уткнувшись лбом в подушку.
— Я ненавижу тебя, — пробормотала она глухо.
— Это ты вчера уже говорила. Считай, что повторяешься.
— А ты бесишься? — лениво спросила она, приподнимая голову и щурясь на него.
— Я зол, но скорее на то, что ты не умеешь беречь себя, — спокойно ответил он, но взгляд его выдавал: внутри кипела злость.
Она закатила глаза и снова спряталась под одеяло.
— Давай договоримся, что впредь ты не будешь напиваться до отключки, — добавил он.
— Я подумаю над этим, — пробормотала она.
Олег только тяжело вздохнул, понимая, что спорить с ней сейчас бесполезно.
Когда спустя три часа Мадонна наконец пришла в себя, они оба поняли, что дальше тянуть с решением конфликта нельзя. Слишком долго всё копилось, слишком много несказанных слов висело в воздухе.
Они сидели за кухонным столом, напротив друг друга. Олег молчал, скрестив руки на груди, ожидая, когда заговорит она. Мадонна нервно крутила в руках ложку, постукивая ею о край чашки.
— Давай без лишних эмоций, — наконец сказала она, взглянув на него.
— Хорошо, — коротко ответил он, явно держа себя в руках.
Она глубоко вдохнула.
— Я хочу детей, Олег. Я готова.
Он вздохнул и потер переносицу.
— А я — нет.
Наступила тишина, во время которой её грудь резко вздымалась от злости, а его пальцы постукивали по столу.
— Почему? — спросила она, её голос был тихим, но в нём чувствовалось напряжение.
— Потому что я не готов, Донни. Дети — это ответственность. Это не игрушка, не очередной этап, который просто надо пройти, потому что так принято.
— Ты думаешь, я этого не понимаю? — её голос дрогнул, зелёные глаза метали молнии. — Думаешь, я просто хочу ребёнка ради галочки?!
— Нет, я думаю, что ты давишь на меня, не осознавая этого, — его голос остался спокойным, но в глазах появилось предупреждение.
— Давлю? — Мадонна горько усмехнулась. — То есть, говорить с тобой о будущем — это давление?
— Говорить — нет, — он склонился вперёд, его взгляд впился в её. — Но требовать от меня того, к чему я не готов, словно это мой долг, — да.
Она сжала губы.
— Знаешь что, Олег? — голос её стал ледяным. — Если бы ты сразу сказал мне, что не хочешь детей в ближайшие годы, может, я бы не строила планы.
— Я не говорил, что не хочу их вообще, — его голос тоже стал твёрже. — Но ты даже не спросила, хочу ли я их прямо сейчас. Ты просто решила, что это должно случиться, и точка.
Мадонна встала, сжав кулаки.
— Ладно, я поняла тебя, — прошипела она. — Ты не готов.
— Именно, — кивнул он, глядя ей в глаза.
Она молча отвернулась, схватив чашку, и резко поставила её в раковину.
— Тогда и не заговаривай со мной на эту тему, пока сам не будешь готов.
— Договорились, — спокойно ответил он.
Но спокойствие это было обманчивым — в воздухе повисла напряжённость, которая могла разорваться в любой момент.
Ночь выдалась тихой, прохладной, пропитанной остатками ушедшего дня. Олег стоял на балконе, куря сигарету, его взгляд рассеянно блуждал по огням ночного города. Он думал. Переваривал. Вспоминал, как сегодня снова столкнулись их характеры, как больно было видеть разочарование в её глазах.
Дверь на балкон скрипнула.
Мадонна вышла, кутаясь в плед. Волосы были растрёпаны, взгляд усталый, но уже не злой. Она молча встала рядом, облокотившись о перила.
— Не спится? — тихо спросил он, выдыхая дым.
— А тебе? — она скосила на него глаза.
Олег усмехнулся.
— Я привык не спать ночами.
— А я привыкла думать ночами, — вздохнула она, прижимая плед к груди.
Он молчал, давая ей возможность говорить.
— Я понимаю тебя, — наконец прошептала она. — Я просто… слишком сильно этого хочу. И поэтому не думала о твоих чувствах.
Олег повернул голову, глядя на неё внимательно.
— И я не должен был так резко реагировать, — признал он. — Я люблю тебя, Донни. Я просто… боюсь.
Она медленно кивнула, задумчиво рассматривая огоньки внизу.
— Я не буду больше на тебя давить, — пообещала она, слабо улыбнувшись.
— А я обещаю, что мы поговорим об этом, когда я буду готов, — Олег взял её ладонь и переплёл их пальцы.
Она сжала его руку в ответ.
Ветер растрепал её волосы, но сейчас она уже не чувствовала холода. Они стояли, смотрели на город, и понимали, что несмотря на всё — у них всё в порядке.
— Я просто в ахуе от вас! — Белла хлопнула ладонями по столу, её карие глаза метали молнии. — Вы чуть не разбежались из-за этого?!
Олег с Мадонной сидели на диване, обнявшись. Он лениво гладил её по плечу, а она с тихой улыбкой прижималась к нему. Они уже успели переварить ситуацию, понять друг друга, и теперь смотрели на Беллу с лёгким весельем.
— Всё же хорошо закончилось, Белл, — спокойно ответила Мадонна.
— Хорошо?! — Белла всплеснула руками. — Ты меня вчера в слезах обнимала, орала, что жизнь кончена, что он никогда не поймёт! А теперь сидишь у него на коленях, будто ничего не было?!
— Ну… — Мадонна накрыла ладонью руку Олега, который ухмылялся, наблюдая за подругой. — Мы разобрались.
— Разобрались, значит… — Белла скрестила руки на груди. — Вы оба психи, это официально.
— А ты раньше сомневалась? — Олег лениво потянулся, притягивая Мадонну ближе.
Белла раздражённо закатила глаза, но в итоге тоже улыбнулась.
— Главное, чтоб вы больше не устраивали мне эти мыльные драмы. Я не железная, мне за вас нервничать вредно.
— Постараемся, — усмехнулась Мадонна, искоса глядя на Олега.
Он лишь хмыкнул, и Белла вздохнула, понимая, что с ними это обещание не сработает.