12.
На следующий вечер они сидели за столиком в небольшом, но уютном ресторане. Тёплый свет, негромкая музыка, аромат свежеприготовленных блюд — всё это создавало атмосферу спокойствия, но внутри у Мадонны всё бурлило.
Она смотрела на Олега, который, как ни в чём не бывало, разрезал стейк, будто этот ужин был самым обычным.
— Значит, теперь ты готов это обсудить? — с прищуром спросила она, делая глоток вина.
Олег ухмыльнулся, не поднимая глаз от тарелки.
— Я же говорил, всё в своё время.
— Ты специально тянешь момент, да? Любишь доводить меня?
— Мадонна, ты и так всё время на грани, я просто добавляю немного интриги, — он наконец посмотрел на неё, и от его взгляда у неё внутри что-то сжалось.
Она закатила глаза.
— Ты невозможный, Шепс.
— Но тебе это нравится.
Она замолчала, не зная, что ответить, и только склонила голову набок, задумчиво глядя на него.
— Я просто хочу понять… ты серьёзен? Или это твой очередной способ развлечься?
Олег отложил приборы и наклонился вперёд, сцепив пальцы в замок.
— Я не играю в такие вещи, Мадонна. Если бы это было несерьёзно, я бы вообще не стал это говорить.
Она задержала дыхание, переваривая его слова.
— То есть… ты действительно…
— Да.
Тишина повисла между ними.
— И что теперь? — тихо спросила она.
Олег усмехнулся и сделал глоток вина.
— Теперь ты решаешь, что с этим делать.
Мадонна задумчиво вертела бокал в руках, её взгляд метался между вином и глазами Олега. Он смотрел на неё спокойно, не торопил, не давил — просто ждал.
— Ты просто взял и перевернул всё с ног на голову, Шепс. — Она нервно усмехнулась. — Я привыкла, что мы постоянно подкалываем друг друга, спорим, играем в этот наш маленький театр сарказма… А теперь ты вдруг говоришь, что я тебе нравлюсь.
Олег наклонил голову, усмехнувшись.
— Разве одно мешает другому?
— Нет, но... — она на мгновение замялась, подбирая слова. — Я не хочу, чтобы это было просто очередной игрой.
— Я уже сказал, что не играю. — В его голосе не было ни капли шутки.
Мадонна глубоко вдохнула, сжав бокал в руке.
— Но почему я? — в её голосе прозвучала искренняя растерянность.
Олег чуть прищурился, рассматривая её, будто оценивая, насколько честен этот вопрос.
— А почему ты думаешь, что это должно быть кто-то другой?
Она отвела взгляд.
— Ну… потому что ты Олег Шепс. Ты можешь очаровать кого угодно, у тебя полно поклонниц. Ты не тот, кто...
— Не тот, кто остановится на одной? — закончил он за неё.
Она кивнула.
Олег усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то тёплое.
— Забавно, но ты — единственная, кого моё внимание почему-то ставит в тупик.
Мадонна подняла на него взгляд, и внутри у неё что-то дрогнуло.
— Потому что я не привыкла к такому от тебя, Шепс.
Олег чуть подался вперёд, его голос стал мягче, но твёрже:
— Тогда привыкай.
Мадонна молчала, её сердце билось слишком быстро. Она никогда не боялась быть решительной, никогда не прятала свои эмоции, но сейчас… Сейчас всё было иначе.
Она поставила бокал на стол, глубоко вдохнула и посмотрела Олегу прямо в глаза.
— Хорошо.
Он приподнял бровь, словно проверяя, не шутит ли она.
— Хорошо?
Она улыбнулась.
— Да, хорошо. Давай попробуем.
Олег на мгновение просто смотрел на неё, потом ухмыльнулся.
— С этого момента ты официально подписалась на жизнь, полную сарказма, споров и моего ужасного характера.
Мадонна фыркнула.
— О, я и без этого уже давно живу в таком режиме.
Они расплатились и вышли на улицу. Ночной воздух был свежим, Москва сияла огнями, и люди спешили по своим делам. Мадонна остановилась, натягивая на себя пальто, когда Олег внезапно взял её за запястье и развернул к себе.
— Что? — удивлённо спросила она.
— Ничего. Просто…
Он наклонился ближе, давая ей время отстраниться, но она не сделала ни шага назад. Их взгляды встретились, сердце Мадонны пропустило удар. И в следующий момент он поцеловал её.
Это был не просто поцелуй — это был вызов, утверждение, подтверждение всех его слов. Тёплый, твёрдый, уверенный.
Мадонна замерла, но через секунду ответила, вложив в поцелуй всю ту эмоцию, которая бушевала внутри.
Когда они отстранились, она всё ещё ощущала его вкус на губах.
Олег усмехнулся.
— Добро пожаловать в отношения со мной, Мадонна.
Она рассмеялась.
— Ты в курсе, что я такая же упрямая, как и ты?
— О да, и именно это мне в тебе и нравится.
Мадонна неосознанно провела языком по губам, пробуя оставшийся вкус его поцелуя. Её сердце всё ещё билось быстрее, чем обычно. Олег, заметив это движение, усмехнулся.
— Вкусно? — его голос был низким, чуть хрипловатым.
Она опомнилась, закатив глаза.
— Ты невыносим.
Олег хмыкнул, засунув руки в карманы.
— Но тебе это нравится.
Она закуталась в пальто, пряча улыбку.
— Посмотрим.
Он наклонился к её уху, его тёплое дыхание коснулось её кожи.
— Ты уже знаешь ответ.
Мадонна вздохнула, толкнув его в плечо.
— Давай, иди уже, мистер самоуверенность.
Олег рассмеялся, затем легко взял её за руку и переплёл их пальцы.
— Никуда я без тебя не пойду.
Она на секунду замерла, посмотрела на их сцепленные руки, а потом улыбнулась, слегка сжав его пальцы в ответ.
— Ну тогда пошли.
Они шли по ночной Москве, держась за руки, смеясь и болтая обо всём подряд. Олег время от времени доставал телефон и делал снимки — то их отражение в витринах, то саму Мадонну, пока она возмущённо махала руками, пытаясь прикрыть лицо.
— Олег, прекрати! Я выгляжу ужасно! — смеясь, возмутилась она.
— Ты выглядишь идеально, и тебе придётся с этим смириться, — ухмыльнулся он, щёлкнув ещё одну фотографию.
Мадонна закатила глаза, но, когда он повернул камеру к себе, тут же подскочила ближе, сделав забавное лицо. Они оба рассмеялись, а потом ещё минут пять смотрели на получившиеся кадры, выискивая самые смешные.
— Эта — огонь! — Олег показал фото, где она пыталась вырвать у него телефон, а он лишь довольно ухмылялся.
— Ты бесишь, но пусть будет, — фыркнула она.
— О, значит, ты официально признаёшь наши фотки парными?
Мадонна задумчиво склонила голову, потом пожала плечами.
— Ну… раз уж я согласилась на тебя, то, наверное, да.
— На меня? — Олег приподнял бровь. — Ты звучишь так, будто это какая-то сделка.
Она рассмеялась и ткнула его пальцем в грудь.
— Шепс, ты и есть сделка — с дьяволом!
Олег наклонился ближе, его глаза блестели в свете фонарей.
— Но ты ведь любишь опасные игры, верно?
Она хмыкнула, притворно задумавшись.
— Возможно.
Они ещё долго гуляли, делая глупые селфи, шутя и просто наслаждаясь моментом. И впервые за долгое время Мадонна чувствовала, что рядом с ним ей легко.