Начало.
Хорошо! Мама дома, папа тоже. Мой любимый корнфлекс с мёдом и орехами на столе. Попкорн рядом. На видео - любимый фильм "Гарри". Что ещё надо для счастья?
- Мам, останови. У меня кола закончилась.
Я встала, подняв голову с её колен - любимая поза: голова у мамы на коленях - ноги на папиных, и босиком почапала в кухню.
Наклонившись к дверце маленького холодильника для напитков и открыв его, я налила себе колы и набирая лёд в стакан услышала звук чего-то разбившегося. Гарри в фильме такой неуклюжий и несоразмерный в габаритах с человеческим жильём.
- Мам, ты что - включила? Я же просила!
А потом, поняла, что раздающиеся звуки никак не могут относится к кино! Подняв глаза, я застыла. Не от ужаса: то, что я почувствовала, нельзя назвать этим словом - от чего-то более страшного, первобытного, превратившего меня во вроставший веками в пол камень. Нечто, в чём ещё можно было усмотреть что-то человеческое, жрало моих родителей! А потом оно увидело меня! И задумалось на мгновение. На его окровавленой морде появилась ухмылка: оно приняло какое-то решение - явно не несущее мне ничего хорошего, и двинулось в мою сторону. Бутылка выпала из моих рук, ударилась об пол и окатила меня сладким ледяным фонтаном. Но даже это не заставило оторвать глаза от существа. Надо было хоть попытаться бежать, но тела не было - остались только глаза, которые, не моргая, смотрели на приближающуюся смерть. Оно шло медленно, намерено медленно, наслаждаясь моими чувствами - я буквально видела, как оно впитывает их, и облизывало окровавленный рот длинющим языком. Потом, как в кино, его голова сама по себе отделилась от тела и улетела куда-то в угол. Фонтан крови хлынул в потолок. Тело постояло ещё пару секунд, а потом рухнуло. За ним обнаружился вполне обычный человек - только увешанный оружием с ног до головы. И с мечом в руках. Или как это там называется.
- Иди сюда. Всё закончилось.
Я бы и хотела - да не могла.
Человек это понял и сам подошёл. Взял меня на руки и вынес на тёмную улицу - ночь была безлунная, а фонарики мы выключили из экономии.
Затем, он вернулся в дом, вынес на плече это нечто, завёрнутое в одну из наших штор, и держа в руках отрубленую голову. Вряд ли он сделал это специально - просто не подумал, как, вид отрубленой головы, может повлиять на маленького человечка. Но именно этот вид снял с меня ступор. И превратил в спокойное, холодное, рассуждаюшее без эмоций существо.
Я встала с травы, и подойдя к спасителю, спросила:
- Что это?
- Это зверь. Он убил твоих родителей. Извини, но я не успел вовремя. Сейчас я его закопаю, а потом отвезу тебя в полицию. А уж они определят тебя куда надо. Наверное - в интернат. Или приёмную семью.
- Нет.
- Что "нет"? - удивился мужчина.
- Это НЕ животное! - я подчеркнула интонацией частичку "не". - У ЭТОГО - человеческое сложение, человеческий череп, и, явно, было самосознание - оно думало и принимало решения.
- Что ты ещё заметила?
- Непропорционально длинные руки и пальцы с когтями; зубы, похожие на акульи; рот, скорее пасть, открывавшаяся нереально широко. Ноги я не видела. Ничего не могу сказать про них.
- Да-а... - вздохнул мужчина. - Ни в интернате, ни в приёмной семье тебе не жить. Хотел бы я сказать, что тебе повезло, - он опять вздохнул, - но не могу. Ты видишь его истиный облик, а значит - мне придётся взять тебя с собой и обучать.
- Чему?
- Охоте. Я охотник.
- На что?
- На всякую нечисть. Её много и она разнообразна. Есть те, с кеми мы можем мирно жить. И живём. Но их мало. Для остальных - мы пища. Или материал для обращения в себе подобных.
- И что это хотело сделать со мной?
- Судя по тому, что не сожрал - обратить. Тебе многое придётся узнать. Не хочу я для тебя такой судьбы - стать охотницей. Но выбора нет. Теперь ты будешь притягивать их к себе. А значит - должна уметь защищаться. Пошли.
И мы пошли. К его машине - большой, чёрной, мощной.
- Как тебя зовут?
- Сара.
- А я Джон.
Он стал моим учителем. Наставником. Семьёй.
Комментарии