Прерванный Хаос и Дыхание Василиска
Хогвартс. Комната Выручай-выручай. Суббота, Утро.
Поцелуй, который начался как отчаянное принятие Хаоса, быстро перерос в нечто большее, чем просто срыв. В их слиянии, вызванном Передачей Сущности, не было места для Воли или Логики — только для зависимости и накопленной страсти.
Драко целовал Гермиону с той же яростной, всепоглощающей интенсивностью, с которой он всегда накладывал свои самые сложные Чары. Он держал ее, как нечто драгоценное, что он боялся разбить, и в то же время как то, что он боялся потерять.
Гермиона отвечала ему, ее руки скользили по его обнаженной спине, чувствуя каждый его мускул. Воля Драко больше не была холодной. Внутри нее, как в ее собственных венах, она кипела чистым, неконтролируемым желанием.
Их одежда была отброшена, и они оба были на грани, когда их отчаяние требовало физического завершения.
В этот самый момент, когда Гермиона почувствовала, как Драко прижимает ее к дивану, пытаясь найти физическое подтверждение их магического слияния, Комната Выручай-выручай резко изменилась.
Свет мгновенно погас, и по комнате прокатилась волна ледяного воздуха. Диван, на котором они лежали, превратился в жесткий, каменный выступ. Стены вокруг них стали мокрыми, из них сочилась вода.
Драко и Гермиона замерли. Они были обнажены и прижаты друг к другу.
— Что... что это? — прошептала Гермиона.
Драко медленно отстранился, его дыхание было тяжелым, его глаза, еще мгновение назад полные страсти, теперь горели чистым ужасом.
— Комната... она почувствовала наше намерение, — Драко схватил свои рубашку и мантию. — Она переключилась на то, что нам необходимо сейчас больше всего.
Стены вокруг них трансформировались в мокрую, узкую галерею. Влажность, тишина, и острая вонь разлагающихся тел и змеиной чешуи.
— Тайная Комната, — прошептала Гермиона.
— Да, — Драко кивнул. — Она показывает нам, что срыв запрещен. Наше желание — это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Нам нужно спастись.
Их прерванная близость мгновенно сменилась угрозой выживания. Ирония была в том, что даже Комната Выручай-выручай отказала им в моменте слабости.
— Одевайся, — Драко бросил ей ее свитер. — Нам нужно обсудить финальные Чары.
Они одевались в молчании, их движения были неловкими, прерванными, но их магические ядра оставались слитыми. Каждое прикосновение к одежде, каждый звук — всё это было пропитано памятью их недавней близости.
Подготовка к Финалу.
Они сели за стол. Драко разложил свитки с Чарами Абсолютного Сна (Somnus Absolutus).
— Наши ядра идентичны. Это хорошо. Но Чары должны быть наложены с совершенной, абсолютной гармонией, — объяснил Драко, его голос был холодным, но дрожащим. — Если будет малейшая разница, Василиск почувствует это и уничтожит нас.
— Какое чувство? — спросила Гермиона, ее голос был хриплым.
— Мы не можем использовать ни Волю, ни Логику, ни Желание. Мы должны использовать Полное Отречение (Renuntiatio Absoluta), — Драко посмотрел на нее. — Мы должны отречься от всего, что нас связывает с внешним миром и друг с другом. Полностью.
— Отречься от нашей зависимости? — Гермиона в ужасе посмотрела на него.
— Да. Мы должны стать ничем в этот момент, Гермиона. Ни Грейнджер, ни Малфой. Просто единой магической силой. Если мы не сможем отказаться от своей сущности, Василиск увидит нас.
Драко поднял ее руку и указал на их браслеты.
— Мы снимем Блокаторы. Мы войдем в Комнату обнаженными для магии. Мы наложим Чары, и если мы выживем... — он сделал паузу. — Мы вернемся к нашей ненависти. Ибо только ненависть сможет нас разделить после такого слияния.
Гермиона поняла, что это был его последний барьер. Он хотел уничтожить их связь, чтобы спасти их.
— Я не смогу отречься от тебя, Малфой, — тихо сказала Гермиона. — Ты — моя логика теперь.
— А ты — моя воля. Мы должны обмануть Чары, — Драко наклонился к ней, его глаза были полны отчаяния. — Ты должна желать отречься. А я должен логически отречься. Это будет наша финальная гармония — страсть и холод.
Хогвартс. Главный Коридор. Суббота, День.
Пока они готовились, внешний мир снова дал о себе знать.
Когда Гермиона шла по коридору, направляясь в библиотеку за последним справочником по змеиным Чарам, к ней подошла Пэнси Паркинсон.
Пэнси выглядела торжествующей.
— Твоего отца здесь больше нет, Грейнджер. Но слухи... они ходят, — Пэнси понизила голос. — Все знают, что ты проводишь ночи с Драко. И я знаю.
— Что ты знаешь, Паркинсон? — Гермиона была готова к атаке.
— Я знаю, что ты — его последний шанс на победу. И я знаю, что он использует тебя. Я видела его вчера. Он был в ярости. Он был напуган.
— Драко Малфой не боится, — презрительно ответила Гермиона.
— Он боится, — усмехнулась Пэнси. — Он боится Василиска. Я знаю его. И я знаю, что Чары Абсолютного Сна не сработают. Они требуют человеческой жертвы, Грейнджер.
Гермиона почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что ты несешь?
— Чтобы Чары сработали, один из вас должен добровольно принять на себя часть яда Василиска, чтобы связать его с миром снов. Это не сказано в Гримуаре, но об этом знают в нашем роду. Драко знает это.
— Он бы не... — Гермиона начала дрожать.
— Он это сделает, — Пэнси наклонилась к ее уху. — Он сделает это, чтобы выжить. Он отдаст тебя, Грейнджер. Он пожертвует тобой. Потому что он всегда выбирает себя.
Пэнси отошла, оставив Гермиону в состоянии абсолютного ужаса.
Комната Выручай-выручай. Суббота, Вечер.
Гермиона вернулась в Комнату Выручай-выручай. Драко уже ждал, расстелив на полу мантии.
— Мы готовы. Тайная Комната ждет нас в полночь.
— Человеческая жертва, — Гермиона посмотрела на него, ее глаза были полны слез и обвинения.
Драко не вздрогнул. Он смотрел на нее с холодной решимостью.
— Да. Сóмнус Абсолýтус требует, чтобы один из нас связал Василиска с реальностью через часть своей жизненной силы.
— И ты собирался мне об этом сказать?! Когда?! — крикнула Гермиона.
— Когда мы будем внутри, — Драко встал. — Я собирался принять это на себя, Гермиона. Я никогда не позволю, чтобы ты...
— Ложь! — крикнула Гермиона, ее голос сорвался. — Ты собирался сделать это в последний момент, чтобы я не смогла тебе помешать! Ты хотел, чтобы я жила с мыслью, что ты пожертвовал собой ради курса!
— Я хотел, чтобы ты жила! — Драко сделал шаг к ней.
— Но какой ценой! Ценой нашей связи! Ты хотел, чтобы я ненавидела тебя за это!
Гермиона осознала его план. Он хотел умереть, чтобы она выжила и ненавидела его, тем самым разрушив их связь. Он хотел отречься от нее смертью.
— Ты не можешь это сделать! — Гермиона подбежала к нему. — Мы едины! Твоя смерть — это моя смерть!
— Именно! Поэтому ты не должна мне мешать! — Драко схватил ее за плечи. — Моя Воля сильнее! Моя Логика приняла это!
— А моя Воля не примет твоей жертвы! — Гермиона притянула его к себе.
Она знала, что у них нет времени. Сейчас им нужно было слиться, а не ссориться. Они должны были использовать их хаос как силу.
Она поднялась на цыпочки и поцеловала его. Это был не поцелуй отчаяния или контроля. Это был поцелуй выбора. Выбора жить вместе или умереть вместе.
Драко ответил ей, его руки сжались на ее талии. Его Воля рухнула.
— Хаос, — прошептал он в ее губы. — Мы выбрали Хаос.
Гермиона разорвала поцелуй.
— Мы идем в Тайную Комнату. Вместе. И никто не жертвует собой.
Они посмотрели друг на друга. И это был не конец Главы 20, а начало их общего пути.