Бонус: Протокол «Отпуск»
Отчёт о завершении операции «Гранитный мост».
Резюме: Цель нейтрализована, контрабандный канал магических артефактов через порт Гамбурга перекрыт. Легенда «швейцарские инспекторы по культурным ценностям» не скомпрометирована.
Рекомендация: Агентам требуется стандартный период отдыха и психологической перезагрузки. Рекомендовано полное отключение от оперативных каналов на 14 (четырнадцать) дней.
---
Дверь их квартиры — той самой, «Альфа-2» с двумя спальнями (одна из которых давно превратилась в кабинет с двумя рабочими столами) — закрылась с тихим щелчком. Сумки, наспех брошенные в прихожей, издавали лёгкий запах дождя, морского ветра и далёкого, чужого города.
Гермиона прислонилась к стене, скинула туфли на каблуке, которые впивались в ноги последние восемь часов слежки, и закрыла глаза.
«Я больше не хочу видеть ни одного ящика, ни одного коносамента и слышать немецкую речь, по крайней мере, месяц, — объявила она в пустоту прихожей.
Из глубины квартиры донёсся звук открывающегося холодильника. «Согласен. У меня уже начал дергаться глаз от слова «таможенная декларация», — отозвался голос Драко. Через мгновение он появился в проёме, с двумя бутылками холодной воды. Одну протянул ей. Его волосы были взъерошены, тень усталости лежала под глазами, но взгляд был ясным, без той лихорадочной остроты, что бывает после действительно провальных заданий.
Они стояли, попивая воду, в тишине, которая уже не была ни тревожной, ни вынужденной. Она была домашней.
«Четырнадцать дней, — произнёс Драко, глядя на неё поверх горлышка бутылки. — Руквуд явно в щедром настроении.»
«Нам прислали варианты, помнишь? Перед вылетом в Гамбург, — напомнила Гермиона, потирая висок. — Отпускные пакеты. Горный lodge в Швейцарии. SPA в Австрии. Вилла в Тоскане...»
«...и бунгало на частном острове в Карибском море, — закончил он, и в его голосе промелькнул отзвук той самой, старой, снобистской заинтересованности, но теперь без злобы. Просто как констатация факта. — С магловской системой безопасности «под прикрытием» и гарантией отсутствия посторонних.»
Они переглянулись. Горный lodge требовал активности и свежего воздуха, которого у них и так было в избытке. Тоскана — общения с людьми (пусть и обеспеченными), что после недели притворства инспекторами было последним, чего им хотелось.
«Остров, — сказали они почти хором.
Решение было принято без дискуссий. Эффективность, выработанная в совместных операциях, работала и в быту.
Сборы заняли три часа. Они работали как один организм: Гермиона составляла список необходимого (солнцезащитные кремы, средства от насекомых, простейшие антидоты на случай местной фауны), Драко — связывался с зашифрованным сервисом Академии, бронировал перелёты и проверял досье на персонал острова. Оружие и палочки, разумеется, с собой. Отпуск отпуском, но инстинкты не отключить.
Через двадцать часов они ступили на белый, раскалённый песок. Воздух пах солью, жасмином и абсолютной, оглушающей свободой. Бунгало, скрытое в пальмовой роще, было просторным, открытым ветру и идеально чистым. И главное — абсолютно приватным.
Первый день они проспали, как убитые, в затемнённой спальне с кондиционером, ворочаясь и сбиваясь в кучу посреди огромной кровати, будто даже во сне проверяя, что напарник на месте.
На второй день началось настоящее отключение. Гермиона, к удивлению Драко, оказалась способна на полную, почти кошачью лень. Она могла часами лежать в гамаке с книгой (настоящей, бумажной, детективом), лишь изредка шевеля пальцами ног, чтобы раскачать себя. Драко же, скинув маску светского безразличия, обнаружил одержимость водой. Он плавал в лазурной лагуне с упорством тритона, нырял за причудливыми ракушками, которые потом молча оставлял на её столике рядом с гамаком, а однажды устроил настоящее соревнование сам с собой по заплыву до дальнего рифа и обратно.
К вечеру третьего дня, за ужином из свежей рыбы и фруктов, Гермиона, наблюдая, как он с профессиональным видом дегустирует местное белое вино (и одобрительно кивает), спросила:
«Ты никогда не думал просто... сбежать? В такое место. Навсегда.»
Он поставил бокал, посмотрел на море, где садилось багровое солнце.
«Думал. После суда. После всего, — его голос был ровным. — Но тогда это было бы бегством. Прятаньем. А сейчас... — он повернул к ней голову, и в его глазах не было тоски, только странное спокойствие. — Сейчас это просто место. Красивое место. Куда я вернусь после следующей миссии. Потому что у меня есть, куда возвращаться. И с кем.»
Он не сказал «с тобой». Он не должен был. Она поняла.
На пятый день она нашла его на дальнем конце пляжа, где он строил из влажного песка что-то невероятно сложное и геометрически точное — то ли замок, то ли абстрактную скульптуру.
«Это что?» — улыбнулась она, садясь на песок рядом.
«Попытка построить нечто, что развалится сама по себе от первого же прилива, — ответил он, не отрываясь от работы. Его пальцы были уверенны. — Без скрепляющих заклятий. Без скрытых опор. Просто... недолговечная красота.»
Она смотрела, как он работает, как солнце играет на мокрых прядях его волос. И поняла, что это самый мирный и самый счастливый Драко Малфой, которого она когда-либо видела. Не потому что он на острове. А потому что ему не нужно притворяться. Ни светским снобом, ни холодным агентом, ни даже Люсьеном Делакуром. Он мог просто быть.
Вечером они сидели на веранде, и Драко вдруг сказал:
«Знаешь, что самое странное? Я даже не скучаю по адреналину. Пока что.»
«Это потому что адреналин у нас с тобой в крови, — ответила она, положив ноги ему на колени. — Даже здесь. Мы просто сменили поле боя. Теперь мы боремся с желанием проверить служебный телефон и строим крепости из песка вместо того, чтобы взламывать настоящие.»
Он рассмеялся, тихо, и его рука легла на её лодыжку, большой палец принялся рисовать медленные круги по коже.
«Значит, мы всё ещё на задании. Протокол «Релаксация». Самая сложная миссия на сегодня — решить, какой коктейль заказать завтра.»
«Справимся, — уверенно сказала Гермиона, глядя на море, усеянное звёздами. — Мы же профессионалы.»
И они действительно справились. За две недели они не обсудили ни одной миссии, не открыли ни одного служебного отчёта. Они читали, плавали, спорили о книгах, молчали, смотрели на звёзды и открывали друг в друге мелочи, на которые никогда не было времени: он ненавидел песок в постели, она обожала есть манго, заляпываясь соком до локтей, что приводило его в тихое, удивлённое восхищение.
В последнюю ночь, лежа в гамаке для двоих и наблюдая, как над океаном встаёт огромная, желтая луна, Гермиона сказала:
«Через двенадцать часов — портал обратно. Лондон. Отчёт. Возможно, брифинг по новому делу.»
«М-м, — промычал он, его подбородок лежал у неё на макушке. — А через тридцать шесть... у нас назначено совместное патрулирование кухни на предмет поедания моего запаса дорогого кофе.»
«Это приоритетная задача, — усмехнулась она. — А после... после мы, возможно, вернёмся сюда. Когда снова наскребём отпускных дней.»
«Обязательно вернёмся, — он сказал это с такой же твёрдой уверенностью, с какой когда-то отдавал оперативные команды. — Потому что это теперь — наша точка отхода. Наш тыл. Протокол «Остров». Утверждён и принят к исполнению.»
Она повернула голову и поцеловала его в уголок рта, который в темноте тут же расплылся в улыбке.
Они не сбежали от жизни. Они нашли в ней островок. Не чтобы прятаться, а чтобы возвращаться. Вместе. И в этом, понимали они, и заключалось их самое большое, самое немыслимое и самое прочное победоносное завершение миссии под кодовым названием «друг друга».