Эпилог
Десять лет спустя
В саду Малфой-мэнора было шумно и весело. Скорпиус, которому уже исполнилось пятнадцать, сидел на скамейке под яблоней и пытался читать книгу, но это было невозможно - Лилия, семилетняя вихрастая девчонка, носилась вокруг с метлой, дразня брата.
- Скорпиус! Смотри, я почти как папа! - кричала она, паря в воздухе.
- Ты как папа, который упал с метлы в детстве и разбил нос, - лениво ответил Скорпиус, переворачивая страницу.
- Папа не разбивал нос! - возмутилась Лилия.
- Разбивал, - подтвердил Драко, который сидел на веранде с чашкой мятного чая. - И плакал. Но ты никому не говори.
- Я никому не скажу! - Лилия прижала палец к губам. - Это наш секрет.
- Как и то, что папа боится пауков, - добавил Скорпиус, не поднимая головы.
- Я не боюсь пауков, - холодно сказал Драко. - Я их... недолюбливаю.
- То же самое, - хмыкнул Скорпиус.
Гермиона вышла из дома с подносом, на котором стояли лимонад и свежеиспечённый пирог. Она остановилась на пороге, глядя на свою семью, и улыбнулась.
- Опять дразните отца? - спросила она, ставя поднос на стол.
- Мы его любим, - сказал Скорпиус, закрывая книгу. - Просто он слишком легкая мишень.
- Я не мишень, - проворчал Драко. - Я лорд Малфой.
- Конечно, - Гермиона поцеловала его в щёку. - Самый мягкий лорд Малфой в истории.
Драко хотел возразить, но в этот момент Лилия спикировала на метле, едва не сбив пирог, и все отвлеклись на неё.
- Мама, можно я возьму кусок? - спросила девочка, уже протягивая руку.
- Можно, но сначала помой руки, - строго сказала Гермиона. - И не трогай пирог грязными пальцами.
- Я быстрая! - Лилия умчалась в дом.
Скорпиус подошёл к столу, взял стакан лимонада и сел рядом с отцом.
- Папа, - сказал он тихо. - Ты помнишь, как мы впервые пришли к маме в гости?
- Помню, - Драко улыбнулся. - Ты тогда сказал, что она прекрасная девушка с волосами как облако.
- Я был маленьким и глупым, - Скорпиус покраснел.
- Ты был мудрым, - поправил Драко. - Гораздо мудрее меня. Если бы не ты, я бы никогда не решился.
- Решился бы, - Скорпиус покачал головой. - Рано или поздно. Ты слишком упрямый, чтобы упустить своё счастье.
Драко посмотрел на сына. Высокий, стройный, с пепельными волосами и серебристыми глазами - вылитый Малфой. Но в его взгляде было что-то от Гермионы - та самая твёрдость, тот самый огонь, который делал её неуязвимой.
- Ты прав, - сказал Драко. - Я бы решился. Потому что она стоила того.
- И вы стоите друг друга, - Скорпиус улыбнулся. - Теперь я это понимаю.
Лилия вернулась, сияющая и с чистыми руками, и набросилась на пирог. Гермиона села рядом с Драко, и они смотрели на детей, на сад, на небо, которое было ясным и голубым.
- Знаешь, - сказала Гермиона. - Я иногда думаю, что если бы не та конфета в Лютном переулке, ничего бы этого не было.
- Было бы, - возразил Драко. - Рано или поздно. Потому что мы всегда должны были оказаться здесь. Вместе.
- Ты стал поэтом, - усмехнулась Гермиона.
- Это ты на меня влияешь, - он обнял её за плечи. - Ты и Скорпиус. И Лилия. Вы сделали меня тем, кем я стал.
- Ты сам сделал себя, - сказала Гермиона. - Мы просто были рядом.
- И этого было достаточно, - Драко поцеловал её в висок.
В саду звенел детский смех, пахло мятой и пирогом, и солнце светило так ярко, что, казалось, оно светило только для них.
Скорпиус снова открыл книгу, но читать не стал. Он смотрел на родителей, на сестру, на этот дом, который когда-то был холодным и мрачным, а теперь стал самым тёплым местом на свете.
- Папа, - сказал он. - У тебя голова не болит?
Драко улыбнулся.
- Не болит, - ответил он. - Уже давно не болит.
И это была правда.
Конец.