вой волков.
Нежные, на первый взгляд руки, но такие сильные, ухватились за горло мальчишки, что в страхе пытался выкрикнуть хотя бы что-то. Спасения не дождешься ни от кого. Родители уехали в соседний город и оставили его с.. Стоп.
Минги. Он точно должен быть где-то в доме, да только где.
Есан уже во всю душит юного принца, не стесняясь чернить свой рот грязными словами:
- Ты! Ты мерзкая сучка! Из-за тебя я лишился отцовского воспитания! Из-за тебя моя мать начала принимать всякую дрянь и в конце концов сдохла! Все из-за твоей дебильной рожи! Да ты знаешь как я тебе ее сейчас исправлю! Не поверишь даже..
Правая рука скользит в карман и достает канцелярский нож, который одним щелчком оголяет тонкое и острое лезвие. Желание испортить лицо напротив становилось все больше и больше. Напряжение в комнате росло с невероятной скоростью. Даже птицы на улице тревожно защебетали, пытаясь оповестить о возможной беде. Но все о чем молил сейчас Аллаха Хонджун — позвать на помощь Минги.
«Ну же.. хотя бы одно слово.. Ведь это не так много!!! Умоляю вас!»
Ким прикрывает глаза и пытается сосредоточиться. Как там говорили его учителя? Представить как сгусток звуков проникает сквозь лёгкие и открывая рот - освобождается? Сущий бред. Но стоит взять во внимание и попытаться это сделать.
Неожиданная ниточка связала в один момент сознание принца и новоизбранного слугу. Лёгкий звон в ушах дал знать об этом Хонджуну. Видимо всё-таки не так сделал. Но принц ещё ребенок в душе и поэтому проскочила в его голове мысль странная, что услышит его так Минги. И решил он испытать сей метод.
«Минги.. Ты меня слышишь? Мне нужна твоя помощь.. Прошу, пожалуйста. Спаси меня! Мне страшно!»
Хонджун слишком долго морщился, что это выбило из колеи Есана, который уже во всю катался на земле от смеха. Скорее его так рассмешило лицо чада, стоящего перед ним. Но как только он увидел непонимающий взгляд юноши, моментально вскочил с места, дабы снова прижать к стене и показать свой прелестный канцелярский нож.
— Ладно. Хватит с нас смеха. Пора бы уже украсить твое лицо. — ехидно произнес речь Кан.
Он нагло прислонил холодное лезвие к тонкой шее своего собеседника, но в следующую минуту отлетел в сторону, сбивая деревянный столик.
— Соглашусь. Хватит с нас смеха. Не пора ли бы тебе домой, мелкий?