Глава 11. Вот что на самом деле было...
На кухне она, как и вчера, встретила Саске – он делал вид статуи. Неплохо выходило, кстати. Не обратив на него никакого внимания, как и должно подобать приличной статуе, только невольно спросив, отчего это он не валяется на той куче голых парней рядом с Орычем и Кабуто, девушка подошла к шкафу, вытащила оттуда самую большую кастрюлю и взяв половник, принялась неистово бить по нему. Звуки, скажу я вам, вышли что надо. Стандартная шкала удивлений Учихи-младшего аж зашкаливала – глаза просто полезли на лоб, будто перед ним стояла не девушка, а привидение.
Абсолютно невозмутимая Ника еще немного погремела, тогда услышала дикий рев, грохот и крики, и спрятала всю утварь обратно в шкаф. Потом все так же спокойно, как будто она здесь только что ничего и не делала, пошла готовить себе кофе, который так же спокойно села пить.
Саске, что уже овладел своим лицом и, кажется, злился сам на себя, присоединился к ней. С ним Нике было на чудо спокойно и удобно даже просто сидеть и молча пить кофе. Он не напрягал ее, не цеплялся с вопросами, не таращился, как на сумасшедшую. Именно то, чего больше всего не хватало Нике. Хотя чего еще можно было ожидать от воспитанника сумасшедшего яойщика и от бывшего ученика типа, который ходит в маске и читает пошленькие книжицы, которые пишет "самый извращенный извращенец всех времен и народов"?
А какофония невероятных звуков продолжалась. К крикам и реву присоединились звуки битья и ломания стен, а также девичьи визги и трехэтажный мат, не говоря уже о голосном собачьем лае. "Так, – подумала Ника, – сейчас попробуем разобраться что и к чему. Дикий рев и звук ломания стен – это, видимо, Цунаде обнаружила в постели возле себя Джирайю. Надеюсь, его соберут потом в кучу... Трехэтажный мат – это стопроцентно Хидан увидел себя без плаща и косы, зато голого, в одних трусах и с Самехадой в обнимку. Интересно, все-таки, куда делась его коса?.. Собачий лай – это Акамару сбросил из себя тех трех "пассажиров", лежавших на нем. Ну, а остальные крики и визги – это другие в гостиной увидели себя в таких волшебных позах."
– ОРОЧИМАРУ!!! – рассек воздух чей-то крик. – ТЫ СТАРЫЙ КОЗЕЛ, ИЗВРАЩЕНЕЦ И ТУПОЙ ЯОЙЩИК!!! ПРОЧЬ С ГЛАЗ МОИХ!!! ТАК И ЗНАЛ, ЧТО ВСЕ ТАК ЗАКОНЧИТЬСЯ!!! ВСЕ НЕМЕДЛЕННО ВЫМЕТАЙТЕСЬ ПРОЧЬ С МОЕГО ЛОГОВА, А ТО НАШЛЮ НА ВАС "НЕБЕСНУЮ КАРУ"!!! – Ага, это Пейн бушует. Ну-ну... Тут же послышалось вселенский топот, который значил, что проверять, врал Пейн или говорил правду, не стал никто.
На кухню, сонная, злая и обиженная на весь мир, а на Пейна и других психов, которые поднимают грохот и будят невинных людей, чуть ли не больше всего, зашла Али. Итачи с ней не было. Ну хоть что-то хорошее. Ника вытащила из-под стола огуречный рассол и протянула блондинке. Та благодарно кивнула и припала к банке. Выдув едва ли не половину ее содержимого, Али наконец оторвалась и блаженно вздохнула.
– Хорошо-то как...
– А если бы не пила, то было бы еще лучше. – заметила Ника, косясь на Саске, что и дальше изображал статую.
Неожиданно послышался крик:
– САСКЕ!!! Принеси рассола и побольше!!!
Брюнет тяжело вздохнул, сцапал в Али банку с остатками рассола и медленно поплелся к Орычу. Ника сочувственно взглянула ему вслед. Быть прислужником у ненормального яойщика – занятие не из приятных. Честно, она ему сочувствует.
– Ну. – уставилась кровожадным взглядом на Али Ника. – Ожидаю подробностей.
– Ой, если честно, то я слабо помню, что там было...
– А ты постарайся вспомнить, потому что не отстану.
Послышался бешенный рев:
– ГДЕ ДЕНЬГИ ИЗ МОЕГО СЕЙФА?!?! – за ним прозвучал сочный звук зацеджевания кулаком в челюсть и тишина.
– Кажись, Кузя пришел в себя. – невозмутимо сказала Али.
– Ты о Какузу? А что с ним случилось? – заинтересовалась Ника. Нужно все быстро выведать, пока кухня пуста. А то понаходят потом всякие...
– Так у нас саке закончилось, как и предусмотрел Орыч, когда к нему присосалась Цунаде. К саке, а не к Орычу, имею в виду. Нужно было бежать еще за несколькими ящиками. Мы это предусмотрели, поэтому все радостно споили Какузу так, что он лыка не вязал, а тогда спокойно забрали у него из сейфа все деньги, которые там имелись. Но если он еще узнает о закуске, шлюхах и стриптизерском наборе, все его пять сердец заработают инфаркт.
Девушки захохотали. Тогда Ника вытащила телефон и сказала:
– Если ты плохо все помнишь, то я тебе помогу. – она показала подруге фотку полуголого Хидана с Самехадой.
Али хрюкнула от смеха.
– Те идиоты сели играть в карты на раздевание. Хидан сбежал тогда, когда с него пытались содрать последние трусы. А спьяна схватил Самехаду Кисаме, оставив рыбу свою косу.
– А что скажешь на это? – отсмеявшись, девушка показала блондинке фотку трех товарищей, которые использовали Акамару вместо подушки.
– Неджи не хотел пить и его выгнали. Рок Ли хотел пить – и его выгнали. Киба же заявил, что мы все – бараны, и ушел вслед за первыми двумя, ну, а за ним поперся Акамару.
– О Боже, не вспоминай! – застонала от смеха Али, когда Ника показала ей фотку Джирайи и Цунаде в постели. – Тот извращенец объявил себя тамадой, всячески цеплялся к девушкам с неприличными предложениями и тому подобное. Устраивал всевозможные ненормальные и извращенные конкурсы и развлечения. Именно он и споил Цунаде, хоть она была уже пьяна и без его помощи, и куда-то потащил. Вижу, где закончился их маршрут.
– Ага. Цунаде когда пьяная, то ее хоть узелком вяжи – она тебе ничего не скажет и не сделает. Этим извращенец и воспользовался. За что утром и получил по первое число.
Ника показала Али фотку того, как выглядела гостиная утром, а сама воровато оглядывалась, не приперся ли кто-то случайно на кухню. Нет, все было чисто.
– Вот теперь я вспомнила. Джирайя притащил нескольких шлюх, потому что старшим стало скучно, а молодняк тусовался между собой, и устроил конкурс стриптиза. Выиграли, как ты видела, Ино и Сакура, потому что мужской пол как увидел их таких на пьяный ум, так мигом захотел тут же и сейчас, и девушкам пришлось их успокаивать известными способами. Гай вырубился первым – до тех пор он принимал участие в стриптизе, но проиграл, а Какаши предложил остричь ему брови. Тен-Тен и остригла. О ней даже не спрашивай. Не знаю, кто ее споил, но крышу ей снесло начисто. Нацепила на себя тот кожный костюм со стриптизерского набора, и поганяла всех парней кнутом, а затем стала лезть к Наруто. Тот, скажу честно, не очень и упирался. Котецу и Изумо тусовались в обществе проституток. Шикамару с Темари танцевали дикие танцы. Только как они их могли танцевать под медляк – хоть убей, не понимаю. Ну, а затем занялись своими делами под шумок и после того, как свалили Асума и Куренай. Канкуро и Сасори ссорились из-за своих кукол. Так и вырубились с ссорами во рту. Анко была на седьмом небе от счастья, потому что Какаши и Ирука из-за нее едва не побились. Ну, не так из-за нее, как из-за последней бутылки саке в ее руках. О Гааре и Хинате даже говорить неинтересно. Не знаю, откуда он ее вытащил, но держал возле себя и не подпускал никого ближе, чем на три метра. С Чеджи тоже банальная история – тупо обожрался, хотя ему в этом и помогли, потому что захотели проверить как много он сможет съесть. Шино вообще все время тихо сидел в уголке с книжкой. Хрен его знает, понял ли он хоть что-то с прочитанного при таком шуме. Сай вообще обкурился и пошел обрисовывать всех и вся. Про Орыча даже не напоминай. Я становлюсь краснее свеклы, когда вспоминаю, что он вытворял с бедными пьяными Акацуками при помощи Кабуто. Хорошо, что хоть тот Саске свалил. Короче, каждый вытворял что мог в состоянии алкогольного опьянения. Где-то около пяти утра всех наконец сморил сон и мы вырубылись. Вот будто и все.
– Ага, а о самом главном забыла рассказать. – лукаво глянула на Али Ника.
– Ты это о чем? – ошарашено глянула на нее блондинка.
Ника молча показала ей фотографию с Итачи. На лице Али появился еще более глубокий шок.
– Честное слово, Ника, я не имею зеленого понятия, как я очутилась у него на коленях и какого черта он меня обнимал. Последнее, что я помню, это то, что я хотела танцевать вальс сама на единственном целом столе. Но меня сбросили куда-то в угол, а стол радостно выбросили в окно. Все. Дальше у меня в памяти провал.
Брюнетка пристально осмотрела подругу. Будто правду говорит. Та мигом пошла в наступление:
– А ты чем здесь занималась? Тусовалась с Саске? Его на вечеринке не было. Это все подозрительно.
– Поду-умаешь, оскорбила его немного. Так он уже хотел меня запихнуть в мир своего мангекью шарингана, но со мной это, к сожалению, не сработало. Ты бы видела его удивленное лицо, когда я посоветовала ему не таращиться на меня своим шаринганом, потому что мне на него плевать. – подруги радостно захохотали.
Тут на кухню ввалился весь народ с дико вытаращенными красными кроличьими глазами. Ника мигом спрыгнула со стула и крикнув:
– А-а-а! Зомби наступают! Спасайте! – убежала прочь из кухни. За ней, давясь смехом, умчалась Али.
Уже возле их комнаты она остановилась и задумчиво сказала:
– А в Итачи я все-таки выспрошу, что это была за фигня.