Стеклянная стена
Джисон молча смотрел на Минхо, стоящего перед ним на коленях. Взгляд ведьмака был сухим и отстраненным, словно он смотрел не на своего альфу, а на случайного прохожего. Он медленно высвободил свои руки из хватки вампира.
— Встань, Ли. Не позорься, — голос Джисона был лишен эмоций, и это ударило Минхо сильнее, чем если бы тот начал швырять в него огненные шары.
Вампир поднялся, вглядываясь в лицо Хана, пытаясь поймать хоть искру прежнего тепла через их связь. Но Джисон возвел внутри себя глухую стену. Кровный резонанс, который раньше пел в их жилах, теперь ощущался как помехи на старом радио.
— Ты думаешь, если ты упал на колени и сказал «прости», всё сразу станет как раньше? — Джисон криво усмехнулся, проходя мимо него к окну. — Ты вчера наглядно показал мне, на что готов ради своего эго. Ты хотел, чтобы я почувствовал твой страх? Поздравляю, я почувствовал. А еще я почувствовал, что я для тебя — просто способ самоутвердиться.
— Джисон, это не так! Я... — Минхо сделал шаг к нему, но Хан даже не обернулся.
— Мне плевать, что ты там себе придумал в оправдание, — отрезал ведьмак. — Ты разрушил то, что мы строили месяцами. Ты превратил наше доверие в гребаный социальный эксперимент.
Джисон обернулся, и в его глазах блеснула сталь.
— Я не ухожу, Минхо. Пока что. Но не надейся, что я буду спать с тобой в одной постели или позволю тебе прикасаться ко мне. Ты хотел быть «главным»? Будь им. В пустой квартире.
Минхо застыл, чувствуя, как внутри всё леденеет. Для вампира, чей мир вращался вокруг омеги, этот холодный игнор был хуже пытки серебром.
— И сколько это продлится? — глухо спросил он.
— Столько, сколько мне понадобится, чтобы перестать видеть в тебе того ублюдка из зала, — бросил Джисон, направляясь к выходу из кухни. — И еще одно... Если я еще раз почувствую, что ты пытаешься манипулировать моими чувствами через связь — я уйду навсегда. И никакой твой вампирский след меня не найдет.
Он ушел в гостиную, демонстративно достав книгу и полностью погрузившись в чтение, оставив Минхо стоять в одиночестве. Весь день вампир тенью бродил по квартире, ловя на себе лишь ледяные, безразличные взгляды. Каждая попытка заговорить натыкалась на краткое «угу» или полное молчание.
Минхо физически ощущал, как его разрывает на части от невозможности коснуться, обнять или просто почувствовать запах Джисона. Но он понимал: это его личный ад, который он заслужил.