Ангел И Демон[РЕДАКТИРУЕТСЯ]

  Самое отталкивающие в этом...эм мероприятии - это запах. Парафин, горелые перья, сырость и...амброзия? А так, всего лишь темная, сырая, заплесневелая комната, в которой не просачивается и луч света, единственный огонек - это десять свечей вокруг нас. На все мои уговоры о теплом деревянном домике, Иден ответила, что этот заплесневелый подвал содержит какую-то неземную энергию. Так что приходится терпеть. Со всех сторон подул мертвено-холодный ветер.
  Мальчика положили в центр этого ровного круга, образованного свечами. Его голова лежала на коленях Эммы. Она нежно и заботливо поглаживала мальчика по голове, шепча что-то. Я, Иден и Адам расредоточились по кругу, мы взялись за руки. Иден закрыла глаза и начала говорить какой-то текст, видно она выучила его наизусть, я негромко повторяла за ней. Слова были не на английском и звучали как проклятье, от чего становилось жудко.
" Nos ter repetere:
  Puer quem nos sanctifica-
  Fortis, pulcher, invicta,
  Sed sub condici...   
Я повторяла за ней каждое слово, но  она вдруг остановилась. Я начала искать причину, и нашла. Справа от ее  нее стояла женщина, чье лицо было слабо освещено.  Иден смотрела на нее не с злостью, а со страхом, она боялась. Женщина выглядела на лет сорок, темные волосы скрывались под черной широкополой шляпой, руки, вплоть по запястья были спрятаны в бархотные перчатки, черно-белое платье аккуратно подчеркивала ее фигуру, но что-то в этой женщине "кричало" об опасности. Кто она такая? Ясно, что не случайно заблудившиеся продавщица мороженого. Она ведьма, и по-моему, знает, что происходит.
- Зачем же портить жизнь мальчику?- сказала женщина скрипучим голосом. Все молчали, и опасаясь, наблюдали за ее грациозными движениями. В глазах Эммы засветился слабый огонек надежды матери, она верила, что ее сына можно спасти. Иден смотрела на гостью будто это мина, которая медленно катится по склону на нас. Адам глядел на неё с отвращением, будто она тарелка пропавшей каши. И я поняла, что я чего-то не знаю. Меня бросило в дрожь, ноги подкосило, и я еле как, шатаясь, стояла на ногах, на лбу появилась испарина, и тело покрылось липким и холодным п'отом. Было похоже на состояние, когда мне было пять лет и на меня бросился двухметровый питбуль.
- Что с такое?- обратилась она ко мне.
К горлу поступил ком, и я не знала, что говорить. Мне было безумно страшно. Что сказать? Она подумает, что я сумасшедшая.
- Кто вы?- выдавила я, собравшись, но на втором слове голос сел и это было похоже на пищание наевшегося комара.
- Николь Браун, мое имя...