Собиратели

— Оу, Билл, ну разве так приветствуют после долгой разлуки, любимый?

Мои глаза расширились и я поперхнулась. В каком смысле, любимый? Может, Ширага уже совсем потерял мозги и не в состоянии мыслить разумно..?
Да какого хрена?! Неужели Билл раньше был геем?

— Не называй меня так! Ты остался в прошлом! — после недолгого оцепенения закричал вампир.
— Ох, ты стал скучным. Зато я стал только веселее, — он дважды постучал ботинком по... Чьей-то спине.
Билл посмотрел вниз. Следом и Макс, выйдя из шока.
— Зачем ты их убил? — строго спросил Билл.
— А зачем мне вам отвечать? Захотел – убил.
— Так ты... Предводитель озверевших? — медленно спросил Макс.
— А ты как думаешь, братишка?

Я опять поперхнулась. Братишка?!

— Ты мне больше не брат!
— Ох, какая клишированная фраза. Мог бы что-нибудь пооригинальней придумать, "Собиратель".
— Мы остановим твоё безумие! — после недолгой паузы крикнул вампир.
— Обязательно, Билл, обязательно, — как всегда спокойно ответил Ширага.

Неожиданно белки его глаз начали окрашиваться в чёрный, а зрачки белеть и вытягиваться, пока не стали вертикальными. Из-за его спины стали " рости" четыре щупальца, если их можно так назвать. Они были бордового цвета, имели строение, похожее на большие чешуйки, виднелось что-то вроде ярко-красных прожилок, а кончики были острыми и плавно переходили в чёрный цвет.
Щапальца всё вытягивались, пока он не обхватился ими о края крыш домов и не подтянулся на них, исчезнув из поля зрения после.
Всё это произошло очень быстро, что парни не успели никак отреагировать.

— Ч-что... Это было? — заторможенно спросила я. — И почему он называл Макса "братишкой", а Билла "любимым"?

Парни переглянулись.

— Мы расскажем тебе всё это, но только дома, — ответил мне вампир.
— Хорошо.

Телепортировавшись домой, мы пошли на кухню и сели по разные стороны стола.

— Ты первый. Если не возражаешь, свою историю я расскажу ей вторым. На едине, — проговорил вампир, смотря на свои сложенные на столе руки.
— Хорошо, — без труда согласился оборотень, после чего шумно выдохнул, — Ширага и я – братья по отцу. Всё детство мы провели вместе, играя, обучаясь, дурачась, — на секунду губы Макса расплылись в тёплой улыбке, но уже через мгновение она спала, — Правда, из-за того, что он старше меня на год, в школе мы учились в разных классах, но на домашних занятиях всегда были вместе. Оба моих родителя являлись чистокровными оборотнями, а вот родители Шираги – нет. Его мать была кицунэ, ну а отец у нас был общий. Благо, моя мама хорошо общалась с матерью Шираги. Но то, что его родители были разных рас оказало немалое влияние на его способности в будущем. В десять, по человеческим меркам, лет, мы впервые начали связываться со своими сущностями. И имя сущности Шираги очень насторожило его мать. В скором времени, когда мы стали обучаться перевоплощению в свои волчьи ипостаси, стало ясно – у него дефекты. Помнишь, я рассказывал тебе про это?
— Да.
— Оборотень и кицунэ смешались в нём. Ширага не может превращаться в волка, но, как и все оборотни, остро реагирует на полнолуния. Кстати, это подтверждает теорию, Эмили, что предводитель озверевших – оборотень. У кицунэ с каждым новым прожитом столетием выростает хвост, но у Шираги они не выростали, а были с самого первого перевоплощения. И их всегда четыре. Только вот эти "хвосты" деформировались во что-то наподобие очень крепких "щупалец", которые могут проткнуть даже металл. Кстати, о его перевоплощении. Когда нам сказали сконцентрироваться, все ожидали увидеть двух волчат. Но вместо этого они увидели одного волчока, а у второго из низа спины начали появляться "щупальца", белок глаз окрасился в чёрный, а зрачок сделался вертикальным и белым. Все, конечно, удивились, но дефекты и раньше были, так что не стали заострять на этом внимание. Позже Ширага заметил, что в перевоплощённом виде может создавать иллюзии в разуме слабых существ, например, животных, и контролировать их с помощью этого. Никому из взрослых он об этом не рассказал и поделился только со мной, а потом у нас появилась теория, что способности кицунэ – создавать иллюзии – деформировались у него в это. Примерно в пятнадцать человеческих лет он начал оправдывать имя своей сущности. Его поведение становилось всё более неадекватным, хотя иногда он казался нормальным парнем. В возрасте девятнадцати человеческих лет наш отец, посоветовавшись и поговорив с Вудвиллом старшим, отправил Ширагу на, так сказать, службу. Отлавливать озверевших или просто существ-преступников, которые хотели скрыться в этом мире, сбежав из своего. А я остался в своём мире и только год назад занял место моего... Брата. Думаю, дальше должен рассказывать Билл, — закончил Макс, вставая из-за стола.
— Спасибо, что рассказал всё это. Мне... Жаль, что твой брат не стал похожим на тебя.

Оборотень тепло улыбнулся, стоя в дверном проёме.

— Спасибо, Эмили, — ответил он и скрылся за поворотом.

Билл посмотрел на меня.

— Послушай меня, Эмили. Я... — вампир запнулся, — Я расскажу тебе историю не только пребывания здесь Шираги, но и свою. Знай, рассказать это кому-то для меня очень трудно, и я...
— Если хочешь, можешь не рассказывать. Я не прошу этого, — сказала я, видя, в каком напряжённом и взволнованном состоянии он находится.
— Я хочу этого! Когда-то я уже рассказывал свою историю Максу, и это было очень... Мучительно для меня. Воспоминания, которые я пытался закрыть глубоко в своём сердце и разуме, тяготили и продолжают тяготить меня. Но сейчас... Мне надоело нести их одному! Говорят, если выговориться или рассказать кому-то о своих переживаниях, то станет легче. Сейчас мы это и проверим, — его серьёзный и решительный тон заставил меня удивлённо смотреть на него.

Почему-то, он всё больше и больше возвышался в моих глазах, заставляя с неким благоговением следить за его движениями, сбитым дыханием и взглядом, который пристально направлен на меня.

— Хорошо, я готова тебя выслушать.

— Спасибо.