Вторая часть: она мертва
Опять школьный коридор, опять дверь в кабинет директора. Локация сменялась за локацией. Страх. Кровь бурлила в жилах с невероятной скоростью, а вена на лбу набухла. Джози никогда в жизни так быстро не бегала. Девушка ненавидела бегать, ненавидела пот и выглядеть неопрятно. Наконец, брюнетка отворила дверь, замечая как её руки трясутся, подобно засохшим кленовым листьям на холодном, осеннем ветерке. Наверняка она выглядела жалко...
— Папа?! — Позвала она отца, оглядывая комнату. Отец отсутствовал и кабинет бы пустовал, если бы не развалившееся на кресле Лиззи, забросившая свои худощавые ноги на ручку. Вся она выделялась из бежевого антуража своей чересчур яркой и броской в глаза одеждой. Хотя, это было ожидаемо, учитывая, что она всё же великая и ужасная Лиззи Зальцман. Гроза школы. В её руках находилась книга, но почему-то в тот момент Джоззет это не особо смутило. А должно было.
— Папа ушёл. — Кратко ответила Лиззи, небрежно переворачивая страницу. Брюнетка недоуменно перевела брови к переносице, от чего появились ели заметные складки. — Папа же буквально живет в кабинете. Он его не покидает. — Садясь напротив сестры, проговорила та. — Ты многое пропустила за эти пару часов отсутствия. — Поджав губы, Лиззи отложила книгу, серьезно смотря на сестру. Это было так непривычно. Этот взгляд сестры, такой холодный и чужой. Серьёзность явно ей не шла. — Короче… — Блондинка замолчала, явно что-то обдумывая. Джози напряженно закусила нижнюю губу, ожидая, когда Лиззи наконец уделит ей внимание. Ногти темноволосой нервно впились в тыльную сторону ладони. «Она специально тянет время?» — мельком пронеслась мысль, но надолго не задержалась, улетая обратно в забвение. — Наш чокнутый дядюшка Кай вернулся. И теперь папочка с мамочкой, и их «сверх» команда вместе придумывают не слишком хитрый план его убийства. — Я знаю! Об этом я и… — Ведьма замолчала на секунду, пытаясь более корректно сформулировать свои запутавшиеся в непослушный комок мысли. — Я хотела поговорить с отцом. Я видела Кая. Понимаешь? Видела его своими собственными глазами! — Но видимо слова сестры голубоглазую никак не удивили, напротив, нагнали на неё тоску. Пожав худощавыми плечами, Лиззи выпрямила спину, убирая ноги с ручки, кладя их на маленький, стеклянный столик. — Понимаю. И как он? Симпатичный? — Ты издеваешься?! — Воскликнула Джози, в порыве гнева замечая, как выцвела одежда собеседницы. «Странно, мне показалось, что одежда Лиззи была яркой… На меня плохо влияет стресс.» — Он же наш дядя, мы не должны обсуждать его внешние данные. — Так тебя смущает, что он наш дядя, а не то что он психопат-убийца? Интересно… — Кончик губ Лиззи приподнялся вверх, изображая несвойственную сестре хитрую ухмылку. Это напрягло ведьму и она сильнее вжалась в кресло, этим стараясь отстраниться от белобрысой. — Не понимаю о чем ты. — Тихо, с долей по-детски искреннего смущения прошептала кареглазая. Взгляд Элизабет блеснул непривычным ей огоньком. — Да что ты… — Вкрадчиво прошептала она. С каждым словом её голос медленно менялся. Становился гипнотизирующим, низким, с нотками бархата и что-то в этом голосе показалось неестественным, утонченным, нечеловеческим, и точно не принадлежащим Элизабет Зальцман. Что-то в нем было мрачное, пугающее, но столь притягательное. — Я знаю твои желания, ты маленькая шлюшка. — Прошептала светловолосая, ближе наклоняясь к сестре, кладя руки на край столика, кошачьей грацией выгибая спину. И тут Джози предоставилась возможность разглядеть сестру во всех мельчайших деталях. Те же слегка глуповатые, серо голубые глазки, обрамлённые чёрными пушистыми ресничками. Лёгкий румянец на щеках… Но ведь Лиззи не пользуется румянцем, у неё и без того постоянно румяные щечки, как у младенца. Неожиданно, взгляд Джози упал на виски, вены которых слегка выпирали и кровь в них была далеко не алой, а приторно чёрной. — Ты не моя сестра! — Прошипела ведьма, слегка опуская подбородок вниз, готовясь прочесть уничтожительное заклинание. Лицо Лиззи медленно начало вытягиваться, волосы темнеть и завиваться в легкие локоны. Глаза потемнели и их заменила опустошительная тьма. Теперь коварная ухмылка смотрелась гармонично, в образе Джозетт Зальцман. — Где моя сестра? — Четко выговаривая каждое слово, угрожающе спросила она. Зверская ярость медленно начала разливаться по её венам, бешеной скоростью. Страх отступил, давая дорогу агрессии. Вытянув руку и выпятив пальцы загорелся фаербол. — Говори или я согрею твою холодную натуру. — Джози и сама удивилась звучанию своего голоса. Он звучал точно так же, как и голос её темной версии. Резко дверь в кабинет отворилась и завалилась «сверх» команда, состоящая из Рика, Кэролайн, Деймона, Мэтта, и разумеется Елены. Последнюю Джози считала особенно бесполезной. Быстро переведя взгляд обратно на кресло напротив, Джо выдохнула. Тьма испарилась, оставляя после себя чёрную дымку, та же участь постигла и файрболла. — Солнышко? Что ты здесь делаешь? — Обеспокоенно спросила Кэролайн. А Джоззет, всё ещё чувствуя эту паранойю развернулась, истерично оглядывая комнату. — Я видела его… — Прошептала она. — Кого? — Переспросил Деймон. Человечность явно не шла ему на пользу. Лицо увязло в ранних морщинах, а глаза помутились из-за большого количества выпитого алкоголя. Под глазами красовались два, чёрных, уставших круга, от невысыпания.Если это настоящая любовь, то тебе для неё не придётся меняться. — Малакая Паркера.
А в это время на школу напало его величество Безумие. Свет, по коридору пугающе мигал. Стены пропитались мерзким запахом гнилью и смертью. Привычно тёплая, домашняя атмосфера школы сменилась на мрачную, темную, напоминающую декорации из фильма ужасов обстановку. Но она ни капельки не пугала идущую вдоль всего этого хаоса медленным, аккуратным шагом низенькую девчушку, среднего телосложения, крепко держащую в руках арбалет. Огненно рыжие волосы были убраны в две, небрежные косички. Рядом с ней, подобно маленькой собачке, неуклюже вертелся темноволосый парнишка. — Хоуп, нам надо поговорить. — Очередной раз повторил он. — Ты серьезно хочешь обсудить свои бестолковые попытки геройства, во время поисков чокнутого дядюшки Джози и Лиззи? — Саркастично поинтересовалась она, убирая выбившуюся прядь волос за ушко. — У кого из нас «бестолковые попытки геройства», если ты не предупредив директора Зальцмана полезла в драку с одним из самых сильнейших колдунов, за последнюю сотню лет, если не за тысячу! — Воскликнул он. — Если ты так боялся, Лэндон, мог бы остаться со всеми другими в общежитии. — Невозмутимо ответила Майклсон. — Как ты не понимаешь, я же люблю тебя и не мог отпустить одну на верную смерть. — На это заботливое, хоть и навязчивое высказывание парня, рыжеволосая лишь хмыкнула. Неожиданно она уловила еле заметный запах, который бы она не с чем не перепутала. — Кровь… — Тихо прошептала она, замечая на полу тёмные капли, медленно перерастающие в лужу. — Боже… — Пролепетал Кирби. За всё время проведённое в школе имени Сальваторе ничего страшного с учениками не происходило, поэтому ощущение защиты и неприкосновенности невольно одурманило головы учеников. Но всё глубже, заходя в этот мрак, ощущение бессмертия начало медленно развеиваться, оставляя после себя подобие здравого рассудка. Свет начал мигать быстрее, в такие моменты в ужастиках появлялся монстр. Лэндон поневоле почувствовал нарастающее напряжение и страх, поднимающийся из потайных углов его доброй, наивной души. Хоуп остановилась, нервно выдыхая. Юноша не сразу понял почему, но спустя ещё мгновение его взгляд приковала лежащая на полу, с разорванным горлом Алиса. В глазах застыл предсмертный страх.
— Этого я никак не ожидал… — Поджал губы феникс, пальцами забираясь в свои тёмные волосы, делая пару шагов назад. — Куда мы влипли? — В ужасе, еле слышно пролепетал он. — Ну, хотя бы больше не будет заниматься сексом на моей кровати. — Грусть быстро смылась с миловидного личика ведьмы. Майклсон придерживалась понятия, что оплакивать солдата нужно после войны. Но вот глаза брюнета округлились, напоминая две чеканные монеты. — Ты издеваешься? — Голос прозвучал осуждающе. — Человек умер, прояви хоть какую-нибудь долю уважение, хотя бы к трупу! — Прибереги выяснения отношений на потом, Лэндон. — После этих слов Хоуп заметила быстро промелькнувшую тень. — А вот и ты, Малакай… — Прошептала трибрид. — Ку ку. — Услышала девушка у своего уха незнакомый, мужской голос. Резкий поворот и её взгляд встречается с силуэтом в тени. И по более менее видным очертаниям лица, было видно, что это не Лэндон. Тут же арбалет навострился, Хоуп недолго целилась. Всё таки опыт давал о себе знать. Вот стрела пронзила сердце незнакомца и он, как в замедленной съёмке упал на паркет. Хоуп победно улыбается, но недолго, чья то рука резко отбирает арбалет, откидывая его в сторону. От неожиданности девушка даже растерялась. За этот недолгий срок её грубо прижали к стене, закрыв рот рукой. Её ангельские глаза, с демонским блеском округляются от удивления. Это был тот же парень, которого трибрид убила пару секунд назад. Взгляд судорожно переводится на того человека и увиденное повергло её в шок. Там лежал беззащитный, мертвый Лэндон, которого дочь Клауса собственноручно убила. Заклинание иллюзии, как же она его упустила… Медленно слабость начала окутывать её тело. В глазах всё начало расплываться. Хоуп ощутила себя на корабле, на мачте, которая раскачивалась при малейших дуновениях ветерка. Медленно Паркер начал вытягивать магию из девчушки. Его губы растянулись в удовлетворённой ухмылке, а глаза закрылись от удовольствия. — Какая же ты у нас сильная крошка, Хоуп Андреа Майклсон. — Прошептал он. Когда магия в её хрупком теле иссякла, она как под кайфом наблюдала за следующими событиями. Очаровательные, хоть и веющие опасностью глаза юноши налились кровью, а под ними выпучились вены. Паркер, подобно хищнику медленно наклонился над своей жертвой, будто обнюхивая её, но вскоре его острые клыки безжалостно впились в её нежную кожу, попадая прямо в сонную артерию. Дьявольские глаза, это было последним, что увидела в своей жизни Хоуп Андреа Майклсон. Столькие, великие существа пали, ради нее. Видимо ей было суждено погибнуть. Она должны была стать легендой, но умерла столь быстрой и бессмысленной смертью, освобожденная от своих обязанностей. Не важно, насколько ты силен. Ты можешь умереть от любого пустяка. Уже мертвое тело девушки беззвучно упало на пол. Будучи огненно рыжие волосы выцвели вместе со смертью, становясь серыми, бесцветными. Кожа побледнела, а пустые глаза будто смотрели на Лэндона, хотя по правде они уже никуда не смотрели, кроме чёрного коридора. — И именно в силе заключалась твоя проблема. — С ухмылкой на губах произнёс Кай, бросая взгляд на труп девушки, будто ведя с ней разговор. — Ты могла бы мне стать занозой. — Пояснил он. — Ooh, let's go. Steve walks warily down the street. — Фальшиво начал напевать под нос еретик, пританцовывая направляясь к балкону. — Another one bites the dust! — Последнюю строчку он пропел во всё горло, тенью исчезая из здания. *** — Так значит он ничего тебе не сказал? — С мимолетной надеждой в голосе поинтересовался Сальваторе, в то время, как Кэролайн нежно перебирала волосы своей дочурки. Джози отрицательно покачала головой. — Вот черт! — Выпалил он, срываясь с места, наматывая круги вокруг комнаты. — Как мы теперь поймём, что он от нас хочет. Этот псих, опасен, тем что он, мать его, чертов псих! Непредсказуемый, без тормозов и без инстинкта самосохранения! — Елена слегка съёжилась на месте, от слов своего муженька, обнимая свои плечи. За последние пару лет она сильно поправилась. Девушка всегда много ела, но в прошлом калории уходили за счёт черлидинга и вечного бега от монстров. А сейчас монстры к ней больше не пристает, а школу она закончила. Неожиданно Джози услышала строчку песни, группы «Queen». — Вы это слышали? — Глаза Зальцман загорелись, она привстала с маминых, удобных коленок, закидывая голову наверх. — Слышали что? — Недоверчиво переспросил Мэтью. — Кто-то на чердаке. — Обреченно поджала губы Форбс-Сальваторе. — Но ведь студентам нельзя ходить на чердак. — Вставила свои пять копеек Гилберт-Сальваторе. — Именно. — Сказал Аларик, хватая свой арбалет. — Джози, оставайся здесь. — Вся «сверх» компашка вышла из комнаты, оставляя юную ведьму в гордом одиночестве. Но сидеть просто так ей не хотелось. Бросив взгляд на зеркало, во весь рост, Джози заметила, что на неё пристально смотрит её темная копия. Все мысли быстро вылетели из её головы. Весь мир побледнел и расплылся в потоке иллюзий, подобно приятным грезам. Её ноги, будто наполненные ваты, невольно направились к зеркалу, через которое протягивало руку её отражение. Их руки соприкоснулись. И медленно Джоззет потянуло сквозь невидимую стену. Зальцман почувствовала лёгкий, приятный ветерок, прикрывая глаза. На секунду ей померещилось, что перед ней стоит её дядя Кай, держа её за хрупкую руку, ведя за собой вглубь зазеркалья. Неожиданно в нос ударил неприятный запах гнили, от чего та слегка наморщила носик, напоминая котёнка, приоткрывая глазки, из-за чего её руку резко отпустили. — Черт! — Брюнетка пришла в себя, замечая лежащую на полу, обескровленную Хоуп Майклсон. — Хоуп! — Зальцман беспомощно упала на колени. Трясущиеся, худощавые руки потянулись к безжизненным волосам, убирая выбившиеся пряди с лица подруги, кладя её голову себе на коленки. — Всё будет хорошо. всё хорошо… — Истерично лепетала она, не признавая того, что Майклсон бесповоротно мертва. Ей хотелось плакать, скулить от беспомощности. Но так поступали люди. Поэтому она сомкнула губы, давая горьким слезами беззвучно скатится по щекам. Подняв взгляд на стену напротив, в сердце что-то кольнуло. На обшарпанной, старой стене было написано «Джо», кровью её лучшей подруги. Именно в этот момент забежали родители с их друзьями. Юная ведьма не уделила им внимания, не отвлекая своего взора от своего имени. — Она мертва… — Тихо прошептала Джоззет, нарушая гробовую тишину.