Читая "Сумерки"

Глава двадцать вторая

Игра в прятки

– Игра в прятки, – прочитала Элис, ровным голосом, но в ее глазах читалась мука.

Это заняло намного меньше времени, чем я думала, несмотря на весь ужас и отчаяние, тяготившие мое сердце. Минуты шли медленнее, чем обычно. Джаспер все еще не вернулся, когда я вышла к Элис. Я боялась находиться с ней в одной комнате, боялась, что она догадается…и боялась прятаться от нее по той же причине.
Я думала, что ничему уже не могу удивляться из-за мучивших меня мыслей, но я действительно была удивлена, когда увидела, как Элис вдруг согнулась над столом, вцепившись в край обеими руками.

– У меня видение… Я узнаю, что она планирует, – сказала Элис с надеждой.

- Элис?
Она не отреагировала, когда я позвала ее, лишь покачала головой из стороны в сторону, и я увидела ее лицо. Ее взгляд казался безжизненным, ошеломленным… Я тут же подумала о маме. Неужели я уже опоздала?
Я подбежала к ней, автоматически протягивая руку, чтобы коснуться ее руки.
- Элис! – голос Джаспера прозвучал резко как удар хлыста. Он уже стоял рядом с ней, накрыв ее ладони своими, заставляя ее ослабить хватку и отпустить стол. Дверь на другом конце комнаты с тихим щелчком захлопнулась.
- Что случилось? – потребовал он.
Она отвернулась от меня, пряча лицо у него на груди.
- Белла, - вымолвила она.
- Я здесь, - ответила я.

– Я вижу ее в зеркальной комнате, – сказала Элис пустым голосом, без сомнения повторяя себя в книге.

Она повернула голову, взглянув мне прямо в глаза – ее взгляд до сих пор был пустым. Я поняла, что она говорила не со мной - она отвечала на вопрос Джаспера.
- Что ты видела? – спросила я, и вопроса в моем безразличном голосе слышно не было.
Джаспер быстро посмотрел на меня.
– Но у меня не было времени беспокоиться о тебе в этот момент, – простонал Джаспер. Элис закатила бы глаза, если бы не была так взволнованна.
Я постаралась выглядеть все такой же безучастной ко всему происходящему. Его взгляд казался растерянным, когда он быстро переводил взгляд с лица Элис на меня, чувствуя, что что-то не так… ведь я могла догадаться, что она только что видела.
Я почувствовала, как меня охватывает атмосфера спокойствия и безмятежности, и не сопротивлялась, стараясь использовать это, чтобы держать эмоции под контролем.

– Нет, – простонал Джаспер.

Элис тоже взяла себя в руки.
- Ничего, на самом деле, - наконец ответила она, ее голос звучал необыкновенно спокойно и убедительно.

– Пытаюсь не напугать ее, – нахмурилась Элис, качая головой. – Как будто ей это нужно.

– Все ту же комнату, что и раньше.
Она наконец посмотрела на меня, выражение ее лица было вежливым и отстраненным.

– Как оказалось, коротышке не понадобилось много времени, чтобы соврать ей, – сказал Эммет, кажется его совсем не волновала данная ситуация или, по крайней мере, он был уверен, что все будет хорошо.

- Ты хочешь позавтракать?
- Нет, поем в аэропорту, - я тоже была спокойна. Затем отправилась в ванную, чтобы принять душ. Словно переняв способность Джаспера, я почти физически чувствовала отчаянное – хотя и хорошо замаскированное – желание Элис выпроводить меня из этой комнаты, остаться с Джаспером наедине,

– Она права, – сказала Элис. – Ты мне понадобишься.

чтобы сказать ему, они делают что-то не так, что они проиграют...
Я методично собиралась, сосредотачивая свое внимание на каждой мелочи. Оставила волосы распущенными, позволяя им скрыть лицо. Дружелюбное настроение, которое создал Джаспер, возымело свое действие, позволяя мне четко думать, позволяя мне составить план.

– Неужели все должно пойти не так? – простонал Эдвард.
– Извини, – опустил голову Джаспер.
– Это не твоя вина, – снова простонал Эдвард.

Я переворошила всю сумку, пока не нашла носок с деньгами, и переложила их в карман.
Мне не терпелось отправиться в аэропорт, и была рада, что мы уехали еще до семи. На сей раз я сидела на заднем сидении темного автомобиля в одиночестве. Элис сидела, прислонившись к двери, повернув голову в сторону Джаспера, но каждые несколько секунд украдкой бросала взгляды в мою сторону из-под солнцезащитных очков.
- Элис? – безразличным голосом спросила я.
Она насторожилась.
- Да?
- Как это работает? Твои видения? – я смотрела в боковое окно, и мой голос казался скучающим. – Эдвард говорил, что они не точны…, что все меняется? - произнести его имя было сложнее, чем я думала. Должно быть, это насторожило Джаспера, потому что новая волна покоя и безмятежности заполнила салон.
- Да, все меняется…, - пробормотала она, с надеждой, как мне показалось. – Некоторые вещи точнее, чем остальные…погода, например. С людьми все сложнее. Я вижу лишь направление, на котором они находятся в данное время. Стоит им передумать – принять новое решение, неважно, насколько оно мало – все будущее меняется.
Я задумчиво кивнула.
- Значит, ты не могла увидеть Джеймса в Фениксе, пока он решил приехать сюда.
- Да, - согласилась она, снова насторожившись.
И она не видела меня в зеркальной комнате с Джеймсом до тех пор, пока я не приняла решение встретиться там с ним. Я пыталась не думать о том, что еще она могла увидеть. Не хотела, чтобы моя паника сделала Джаспера еще более подозрительным. Они и так будут следить за мной с удвоенным вниманием после видения Элис. Мой побег становится невозможным.

– Как ты могла не понять, что твое видение — результат перемены в ее мыслях? – внезапно прорычал Эдвард.
– С чего бы ей? – прорычала Элис в ответ. – С нашей точки зрения, зачем ей так делать?
Эдвард зашипел, но Элис приняла этот жест за извинение… это максимум, что она может получить в данный момент.

Мы приехали в аэропорт. Удача была на моей стороне – или так просто сложились обстоятельства. Самолет Эдварда приземлялся в четвертом терминале – самом большом, принимающем наибольшее количество рейсов и пассажиров. И это был именно тот терминал, который был нужен мне: самый большой, самый многолюдный. И на третьем этаже была дверь, которая могла быть моим единственным шансом.
Мы припарковались на четвертом этаже большого подземного гаража. Я шла впереди, впервые за все время зная местность лучше, чем они. Мы поднялись на лифте на третий этаж, куда прибывали пассажиры. Элис и Джаспер долго смотрели на расписание отбывающих рейсов. Я слышала, как они обсуждают плюсы и минусы Нью-Йорка, Атланты, Чикаго – городов, которых я никогда не видела. И никогда не увижу.
Я ждала подходящей возможности и в нетерпении не могла перестать стучать носком кроссовка об пол.

– Не может дождаться встречи с Эдвардом, – прошипел Джаспер, зная, что он так думал. – Мне бы, правда, хотелось, чтобы у меня был твой дар в данный момент.
– Это не помогло бы, помнишь? – ответил Эдвард, пытаясь улыбнуться, (это замечание, кажется, и вправду его немного развеселило) но не смог.

Мы сидели в длинном ряду кресел возле металлоискателей. Джаспер и Элис притворялись, что наблюдают за толпой, но на самом деле пристально наблюдали за мной. Стоило мне хоть на сантиметр двинуться на своем кресле, как тут же следовал быстрый взгляд в мою сторону краем глаза. Безнадежно. Может, мне просто побежать? Посмеют ли они физически остановить меня в публичном месте?

– Нет, но она не сможет скрыться из поля нашего зрения, – сказала Розали.

Или просто будут бежать следом?
Я вытащила неподписанный конверт из кармана и положила его поверх черной кожаной сумки Элис.
- Мое письмо, - пояснила я. Они кивнула, положив его во внешнее отделение. Он найдет его достаточно скоро.

– Когда мы, наконец, встретим ее, мне надо будет всегда помнить, что она намного хитрее, чем кажется, – пробормотала Элис, пытаясь вселить в себя больше надежды; и напоминая себе, что это еще не случилось, и они смогут все предотвратить.

Минуты шли, приближая появление Эдварда. Каждая клеточка моего тела словно знала, что он скоро приедет, жаждала, что он здесь появится. Это делало все еще труднее. Я поймала себя на том, что придумываю для себя оправдание, чтобы остаться, чтобы сначала увидеть его, и лишь затем совершить свой побег. И я знала, что это невозможно, раз уж я решилась бежать.
Несколько раз Элис предлагала мне пойти и позавтракать в ее сопровождении. Позже, говорила я ей, не сейчас.
Я смотрела на электронное табло, наблюдая, как один рейс прибывает следом за другим точно по расписанию. Рейс из Сиэтла постепенно приближался к верхушке списка.
А затем, когда у меня оставалось только 30 минут, чтобы совершить свой побег, цифры изменились – его самолет прилетит на 10 минут раньше. Больше времени у меня не было.
- Думаю, я поем сейчас, - быстро сказала я.
Элис встала.
- Я пойду с тобой.
- Ты не против, если я пойду с Джаспером? – спросила я. – Я чувствую себя немного…, - я не закончила предложение. В моих глазах было достаточно отчаяния, чтобы красноречиво сказать то, чего я не сказала.

– Черт возьми, все кажется таким невинным, – вспылил Эдвард. Казалось, Элис и Джаспер думают именно об этом.

Джаспер встал. Взгляд Элис казался немного растерянным, но – к моему облегчению – не был подозрительным. Должно быть, она объясняла изменение своего видения каким-то трюком охотника, а вовсе не моим предательством.
Джаспер тихо шел рядом, слегка касаясь рукой моего плеча, словно он вел меня. Я притворилась, что первые несколько кафе мне не нравятся, а тем временем мои глаза лихорадочно отыскивали то, что мне было нужно на самом деле. И – вот оно, за углом, вне поля зрения Элис: дамская комната.
- Ты не против? – спросила я Джаспера, когда мы проходили мимо. – Я только на минутку.
- Я подожду здесь, - сказал он.

– Ты просто позволил ей уйти, – зашипел Эдвард, но сам себя остановил; если бы Джеймс был в аэропорту, Элис бы увидела это. И опять он очень ясно понял, что никто не будет ожидать ее попытку сбежать.

Как только за мной закрылась дверь, я побежала. Я помнила, как однажды заблудилась в этой уборной, потому что здесь было два выхода.

– И она может убежать, не позволив мне заметить себя, – сжал зубы Джаспер.

За дальней дверью предстояла короткая пробежка до лифтов, и если Джаспер все еще ждет там, где говорил, я не попаду в поле его видимости. Я бежала, не оборачиваясь. Это был мой единственный шанс, и даже если он меня увидел, мне нужно продолжать бежать. Люди оборачивались в мою сторону, но я не обращала внимания. Лифт за углом уже собирался уезжать, и я пулей понеслась вперед. Я успела остановить лифт, просунув руку между закрывающимися дверьми, протиснулась в кабину между раздраженными пассажирами, и проверила, нажата ли кнопка первого этажа. Двери закрылись.
Как только двери открылись, я снова понеслась вперед, сломя голову, не слушая гневное бормотание за своей спиной. Притормозила только когда проходила пост охраны возле карусели с багажом, а затем вновь побежала, увидев выход впереди. Я все еще не знала, начал ли Джаспер искать меня.

– Скорее всего, нет, – вздохнул Джаспер. – Я дам ей как минимум пять минут.

У меня было всего несколько секунд, если он следовал за мной по запаху. Я выскочила сквозь автоматические двери, чуть не врезавшись в стекло, потому что открывались они чересчур медленно.
Вдоль многолюдной автостоянки не было ни одного такси.
Времени у меня не было. Элис и Джаспер или вот-вот поймут, что я убежала, или уже это поняли. Он найдут меня через секунду.
В паре метров позади меня закрывал двери, готовясь отъехать, рейсовый автобус отеля «Хайят».

– Мне бы очень хотелось, чтобы она не была такой умной и упрямой, – прошипел Эдвард. – А если бы ты могла читать быстрее…
– Я читаю так быстро, как могу, – ответила Элис, даже не пытаясь взглянуть на него, потому что она тоже хотела скорее узнать, чем всё закончится.

- Подождите! – крикнула я, махнув рукой водителю.
- Это рейсовый до «Хайята», - растерянно произнес водитель, открывая двери.
- Да, именно туда я и еду, - выдохнула я и быстро поднялась по ступенькам.
Он удивленно посмотрел, заметив, что у меня нет багажа, но затем пожал плечами, не став расспрашивать.
Большинство сидений были пустыми. Я села настолько далеко от остальных пассажиров, насколько это было возможно, и уставилась в окно, сначала на тротуар, затем на аэропорт, который стремительно отдалялся. Я ничего не могла с собой поделать, представляя себе Эдварда, когда он будет стоять у края тротуара, где закончатся мои следы.
Эдвард наклонил голову, наверняка думая о том, как бы он себя чувствовал в этот момент.
Я пока не могу плакать, - напомнила я себе. Мне еще многое предстоит сделать.
Моя удача продолжалась.

– Удача, – яростно прошипел Эдвард, но Элис даже не прервала чтение.

Перед отелем устало выглядящая пара выгружала свой последний чемодан из багажника такси. Я выпрыгнула из автобуса и подбежала к машине, проскользнув на заднее сиденье. Уставшая пара и водитель изумленно посмотрели на меня.

Эммет тихо захихикал, но эти звуки казались странными в такой напряжённой обстановке, поэтому он быстро замолчал, увидев лицо Эдварда.

Я назвала таксисту адрес моей мамы.
- Мне нужно попасть туда настолько быстро, насколько это возможно.
- Но это же в Скоттсдейле! – запротестовал он.
Я бросила на сиденье четыре двадцатки.
- Этого достаточно?
- Конечно, никаких проблем.

– Значит, более, чем достаточно, – пробормотал Эммет — у него всегда получается увидеть смешное в любой ситуации.
И снова Элис не остановила чтение.

Я откинулась на сиденье, положив руки на колени. Знакомый город мелькал вокруг меня, но я не смотрела по сторонам. Я пыталась полностью себя контролировать, боялась потерять самообладание именно сейчас, когда мой план успешно завершился. Теперь уже нельзя было впадать в отчаяние. Мой путь выбран. Теперь мне нужно лишь ему следовать.
Поэтому вместо того, чтобы паниковать, я закрыла глаза и провела 20 минут с Эдвардом.

В груди Эдварда раздался рык.
‘Она черпает свою силу из тебя,’ подумала Элис. ‘Возможно это не то, чего тебе хочется, но, по крайней мере, сейчас она не в таком отчаянии.’
Эдвард вздохнул, он больше не рычал, но ему еще было больно.

Я представила себе, как осталась в аэропорту, чтобы дождаться Эдварда. Я представила себе, как стояла бы на носочках, чтобы быстрее увидеть его лицо. Как быстро, как грациозно он шел бы сквозь толпу, разделяющую нас. А потом я бы побежала к нему, чтобы сократить последние метры между нами – безрассудно, как и всегда – и оказалась бы в его мраморных руках, наконец-то в безопасности. Думала о том, куда бы мы поехали. Куда-нибудь на север, чтобы он мог выходить на улицу днем. Или возможно в какое-нибудь отдаленное место, чтобы мы снова могли лежать вместе на солнце. Я представила себе его на залитом солнце берегу, его кожа сияет, как море. И уже не важно, сколько нам придется прятаться. Сидеть с ним взаперти в номере отеля было бы просто раем. Столько вопросов, которые я бы хотела ему задать... Я могла бы разговаривать с ним вечно, никогда не засыпая, никогда не расставаясь с ним, никогда не покидая…

Эдвард напрягся, думая о подтексте этих слов.

Сейчас я так четко могла видеть его лицо… почти слышала его голос. И, несмотря на страх и безнадежность, на короткое время я была почти счастлива. Я так увлеклась своими мечтами, что потеряла счет времени.

Эдвард еще больше расстроился, казалось он готов отдать все на свете, только бы осуществить ее мечты.

- Какой номер дома?
Вопрос таксиста безжалостно разрушил все мои красочные иллюзии, и их место тут же заняло отчаянное, беспросветное чувство страха.
- Пятьдесят восемь двадцать один, - мой голос звучал сдавленно. Водитель внимательно посмотрел на меня и, видимо, решил, что я тороплюсь успеть на любимый сериал.
- Тогда мы приехали, - он торопился выпроводить меня из машины, вероятно надеясь, что я не попрошу сдачу.
- Спасибо, - прошептала я. Бояться не нужно, напомнила я себе. Мой дом пуст. Мне нужно торопиться – меня ждала мама.
Подбежав к двери, я автоматически вытащила ключ из-под карниза и открыла дверь. Внутри было темно и пусто – все как обычно. Включив свет на кухне, я побежала к телефону. На белой доске, на которой мы писали напоминания друг другу фломастерами, аккуратным почерком был написан десятизначный телефонный номер. Пальцы дрожали, когда я набирала номер – пришлось сбросить и начать набирать цифры заново, стараясь сосредоточиться только на кнопках. На сей раз получилось. Дрожащими руками я прижимала трубку к уху. Ждать пришлось только один гудок.
- Привет, Белла, - ответил дружелюбный голос. – Это было очень быстро. Я впечатлен.

– Это и правда впечатляюще, – горько согласился Джаспер. – Не смотря на то, что ужасно.

- С моей мамой все в порядке?
- В полном. Не волнуйся, Белла, у меня с ней нет разногласий. Разве что если ты придешь не одна. – Голос легкий, веселый.

– Разве она не понимает, что это ложь? – спросил Эдвард, сжав челюсти. – Что он не сдержит своего слова?
– Она знает, что это возможно, – сказал Карлайл. – Но, если есть хоть какой-то шанс… она должна попытаться. По крайней мере, я бы так думал, на ее месте.

- Я одна, - никогда не была более одинока за всю свою жизнь.
- Очень хорошо. Теперь, ты знаешь балетную студию за углом от твоего дома?
- Да, я знаю, где это.
- Что ж, тогда очень скоро увидимся.
Я повесила трубку и выбежала из комнаты на жаркую улицу.

– Тебе не нужно бежать, – сказала Эммет. – Мы уже должны были понять, что она сбежала… и где она окажется.
– И мы знаем, как туда попасть, – сказал Эдвард, впервые за долгое время в его голосе слышалась надежда; но ненадолго.
– Точно, – кивнул Эммет. – Так что лучше бы она не бежала… если бы она задержала его чуть дольше.
– Но должно быть подозрения убивают ее, – простонала Элис. – Зная, с чем ей придется столкнуться, и сделать это одной. Я бы тоже бежала.

Не было времени оборачиваться и смотреть на свой дом, кроме того, я не хотела видеть его таким, как сейчас – пустым, ассоциирующимся скорее со страхом, чем с убежищем. Последний, кто ходил по знакомым комнатам, был моим врагом.
Я почти видела, как моя мама стоит в тени большого эвкалипта, где я играла, когда была ребенком, или возится над клумбой возле почтового ящика – кладбище цветов, которые она пыталась вырастить. Воспоминания были лучше любой реальности, с которой мне сегодня предстоит столкнуться. Но я убегала от них, поворачивая за угол дома, оставляя все позади.
Мне казалось, что я двигаюсь так медленно, словно бегу по мокрому песку – у меня даже не хватало ловкости, чтобы просто идти по бетону. Несколько раз я спотыкалась, один раз упала, успев выставить вперед руки, затем встала, пошатываясь, и тут же упала снова. Наконец я дошла до поворота. Осталось только пройти через улицу. Я бежала вперед, задыхаясь. Солнце обжигало кожу и ослепляло меня, отражаясь от асфальта. Я чувствовала себя невероятно беззащитной. Никогда бы не подумала, что буду так страстно желать видеть зелень, покровительственные, надежно укрывающие собой от опасности леса Форкса…моего дома.

Какая-то часть Эдварда улыбнулась на это, она считает Форкс — своим домом и безопасным местом, но он слишком волновался за нее, чтобы расслабиться.

Миновав последний поворот, я увидела студию – она была именно такой, какой я ее помнила. Парковка перед зданием была пуста, вертикальные ставни на всех окнах плотно закрыты. Я уже не могла бежать, не могла дышать – физические усилия и страх лишили меня всех сил. Я думала о маме, заставляя себя идти вперед.
Подойдя ближе, я увидела объявление на двери – оно было написано от руки на ярко-розовой бумаге. Там говорилось, что танцевальная студия закрыта на весенние каникулы. Я коснулась дверной ручки и осторожно потянула ее на себя. Дверь была не заперта. Я затаила дыхание и открыла ее.
В фойе было темно, пусто и прохладно – слышалось жужжание кондиционера. Складные пластиковые стулья были сложены вдоль стен, ковровые покрытия пахли шампунем. Сквозь окошко в стене я видела темный западный класс. В классе справа – самом большом из всех - горел свет, окна были зашторены.
Ужас сковал меня с такой силой, что я буквально приросла к полу, не в силах сделать шаг.
А затем я услышала голос мамы.
- Белла? Белла? – та же паника в голосе. Я бросилась к двери на звук ее голоса.
- Белла, ты меня напугала! Никогда так больше не делай! – продолжил ее голос, когда я влетела в длинную комнату с высоким потолком.

– Ее там нет… это ловушка, – прошипел Джаспер.
Эдвард закрыл глаза, когда его накрыла новая волна боли; она зря рисковала своей жизнью.
Остальные простонали и замерли, подобно статуям.

Я оглядывалась вокруг, пытаясь понять, откуда доносился ее голос. Затем услышала ее смех и повернулась на звук.
И увидела ее – на экране телевизора она взъерошила мне волосы. Это был День Благодарения, мне было тогда 12. Мы поехали навестить мою бабушку в Калифорнии, это было за год до того, как она умерла. В один из тех дней мы пошли на пляж, и я подошла слишком близко к краю пирса.

Эммет сжал губы, казалось, он хочет рассмеяться, но в то же время, ему совсем не до смеха.

Она увидела, как я балансирую на краю, пытаясь удержать равновесие. «Белла? Белла?», - в страхе окликнула она меня тогда.
А затем экран телевизора погас.
Я медленно повернулась. Он тихо и неподвижно стоял у запасного выхода – именно поэтому я и не заметила сначала. В руках он держал пульт. Мы долго смотрели друг на друга, а затем он улыбнулся.
Он подошел ко мне, затем сделал еще пару шагов, чтобы положить пульт рядом с видеомагнитофоном. Я осторожно за ним наблюдала.
- Прости за это, Белла, но разве не лучше, что твоя мама на самом деле во всем этом не участвует? – его голос был учтивым, добрым.

– Да… и нет, – простонал Эдвард; он был рад, что мама Беллы в безопасности, но хуже этого было то, что Белла зря рискует своей жизнью.

И тут до меня дошло. Моя мать была в безопасности. Она все еще была во Флориде. Она не получала моего сообщения. И она никогда не видела этих темно-красных глаз на бледном лице, которые сейчас смотрели на меня. Она была в безопасности.
- Да, - ответила я, вздохнув от облегчения.
- Похоже, ты не злишься, что я тебя обманул.
- Нет, - неожиданное открытие сделало меня храброй. Какое теперь это имеет значение? Скоро все будет кончено. Чарли и маме никогда не причинят вреда,

– Им будет невероятно больно, – грустно сказала Эсме.

им не нужно будет бояться. Я ощущала почти эйфорию. Какая-та часть моего разума предупреждала меня, что я опасно близка к тому, чтобы вырваться из состояния стресса.
- Как странно. Ты на самом деле имеешь это в виду, - его глаза с интересом оценивали меня. Радужка его глаз была почти черной, лишь только легкий оттенок рубиново-красного у самого края зрачка. Голоден. – Должен признать, что вы, люди, бываете довольно интересными. Я даже могу понять, как интересно наблюдать за тобой. Это удивительно – у некоторых из вас, похоже, вообще нет никакого эгоизма или инстинкта самосохранения.

Эдвард напрягся; ее самоотверженность была одним из многих качеств, которые он любил в ней, но сейчас ему совсем не нравилось это качество.

Он стоял в нескольких метрах, скрестив руки на груди, с любопытством глядя на меня. В его позе и выражении лица не было никакой угрозы. Он выглядел абсолютно обыкновенным, ничего примечательного или необычного ни в лице, ни в фигуре. Лишь белая кожа и темные круги вокруг глаз, но, полагаю, так и должно быть. На нем была светло-синяя рубашка с длинными рукавами и вытертые голубые джинсы.
- Полагаю, ты собираешься сказать мне, что твой парень будет мстить за тебя? – с надеждой в голосе спросил он.

– Мне и не надо будет, – сказал Эдвард, сквозь зубы. – Но это не значит, что ты не умрешь.

- Нет, я так не думаю. По крайней мере, я попросила его об этом.
- И что он ответил?
- Не знаю, - было странно легко разговаривать с этим благовоспитанным охотником. – Я оставила ему письмо.
- Как романтично – прощальное письмо. И как ты думаешь, он тебя послушает? – его голос слегка изменился, в его вежливом тоне проскользнула нотка сарказма.
- Я надеюсь.
- Хм. Что ж, в таком случае наши надежды не совпадают. Видишь ли, все это было слишком просто и слишком быстро. Если быть совсем уж честным, я разочарован. Я ожидал, что все будет намного труднее и интереснее.

Эдвард и Эммет зарычали… пусть и по разным причинам.

А все, что мне понадобилось в итоге, это немного удачи.
Я молча ждала продолжения.
- Когда Виктория не смогла добраться до твоего отца, я велел ей узнать о тебе как можно больше. Нет смысла гоняться за тобой по всей планете, когда я могу спокойно ждать тебя в месте, выбранном на свой вкус. Так что, после того как я поговорил с Викторией, я решил приехать в Феникс и нанести визит твоей матери. Я слышал, как ты говорила, что собираешься ехать домой. Сначала я думал, что именно сюда ты ни за что не поедешь. Но затем все же решил проверить. Люди могут быть очень предсказуемы, им нравится находиться в каком-нибудь знакомом, безопасном месте. И разве это не прекрасная уловка – отправиться в последнее место, где тебя будут искать, когда ты прячешься – место, о котором ты говорила?

– Я так и знал, что это была плохая идея, – прошипел Эдвард.

- Конечно, я не был уверен, это было лишь подозрение. Обычно у меня появляется предчувствие о жертве, на которую я охочусь, шестое чувство, если хочешь. Я прослушал твое сообщение, когда приехал в дом твоей матери, но, конечно, не был уверен, откуда ты звонишь. Было бы полезно узнать твой номер, но ты могла находиться в Антарктике, и игра бы не продолжилась до тех пор, пока ты не подобралась бы ближе.
- А потом твой приятель сел на самолет до Феникса.

– Я даже не подумал об этом, – пробормотал Джаспер, начав массировать переносицу. – Сколько всего мы сами испортили?

Конечно, Виктория следила за ними для меня – в игре, где много игроков, я не мог работать один. Так что, таким образом они подтвердили то, на что я надеялся – ты находишься здесь. Я подготовился – я уже просмотрел все ваши очаровательные домашние записи. А остальное было чистым блефом.
- Очень просто, как видишь, совсем не соответствует моим стандартам. Так что я надеюсь, что ты ошибаешься насчет своего парня. Эдвард, правильно?
Я не ответила. Моя напускная храбрость иссякла. Я чувствовала, что он подходит к концу своей тирады. Дело было вовсе не во мне. Не было ничего великого в том, чтобы убить меня, слабого человека.

– Она права, зачем ему все ей рассказывать? – взволнованно сказал Джаспер, из-за чего Эдвард зашипел, он думал о том же.

- Ты не будешь очень уж против, если я оставлю свое собственное небольшое письмо для твоего Эдварда?
Он сделал шаг назад и коснулся маленькой цифровой камеры, лежавшей поверх стереосистемы. Маленькая красная лампочка показывала, что запись началась.

Эдвард взъярился. Представьте, увидеть своего любимого человека в такой момент… в момент перед его смертью.

Он отрегулировал ее, увеличил масштаб съемки. Я в ужасе смотрела на него.
- Прости, но не думаю, что он сможет удержаться от мести после того, как посмотрит это.

Эдвард был не единственным, кто согласился со словами Джеймса… фактически, все выглядели так, как будто они согласны с ним.

И я не хочу, чтобы он хоть что-нибудь пропустил. Конечно, все это только ради него. Ты всего лишь человек, который, к сожалению, оказался не в том месте, не в то время, и к тому же, бесспорно, связался с неподходящей ему компанией.

Эта насмешка уязвила Эдварда; хотя он очень волновался за Беллу — ему было больно вспоминать, что она оказалась в беде по его вине… только потому, что она была рядом с ним.

Он сделал шаг ко мне, улыбаясь.
- Прежде чем мы начнем…
Я почувствовала, как при этих словах меня слегка замутило. Такого я не предвидела.
- Я хотел бы кое-что прояснить, совсем немного. Ответ лежал на поверхности уже очень давно, и я боялся, что Эдвард его увидит и разрушит мое веселье.

– Он знает, что я могу читать мысли, – прошипел Эдвард, немного шокированный.
– Он, наверное, понял это по тому, как ты защищал Беллу на поляне, – сказал Джаспер. – Он наблюдательный.

Это случилось однажды, много лет тому назад. Один-единственный раз, когда моя жертва сбежала от меня.
- Видишь ли, один вампир, который так глупо полюбил эту несчастную маленькую жертву, принял решение, для которого твой Эдвард был слишком слаб. Когда тот узнал, что я охочусь на его маленькую подружку, он выкрал ее из психиатрической больницы, где работал – я никогда не пойму то сумасшествие, которое некоторые вампиры, похоже, испытывают к вам, людям – и как только он ее обратил, она оказалась в безопасности. Она даже не почувствовала боли, бедное маленькое создание.

Глаза Элис расширились, а книга едва не выпала из ее рук.
– В чем дело? – взволнованно спросил Карлайл.
– Это я, – смогла прошептать Элис.
Все посмотрели на нее в шоке — даже Эдвард, не смотря на свою боль.
– Ты уверенна? – первым спросил Джаспер, но в его голосе не было особых сомнений, так как не было сомнений в голосе Элис.
– Да… то, как он все описал… – сказала Элис, все еще в шоке. – Да и зачем ему упоминать об этом…
Эдвард зарычал. – Как будто мне нужны были еще причины, чтобы его убить.
‘Спасибо,’ подумала Элис. Его свирепые слова вернули ее в действительность, и она снова принялась читать.

Она слишком много времени провела в той дыре. Несколько веков назад ее бы привязали к столбу и сожгли за ее видения. А в двадцатых годах двадцатого века были психбольницы и шоковая терапия. Когда она открыла глаза, будучи молодой, и потому сильной, это было так, словно она никогда не видела солнца. Старый вампир сделал ее сильным новым вампиром, и после этого у меня не было причин трогать ее, - он вздохнул. – Я убил его в отместку.

– Элис, – сказал Джаспер, нежно обняв ее за талию. Казалось, ему тоже нелегко оставаться спокойным, но она важнее… она всегда была важнее.
– Я всегда была в темноте, – вздохнула Элис. – Вот почему я ничего не помню.
– Все хорошо, – прошептал Джаспер, зная, как она сейчас расстроена. – Хочешь, я почитаю?
– Нет, – сказала Элис, качая головой; у нее будет время об этом подумать… сейчас самое главное узнать, что Белла в безопасности.

- Элис, - пораженно выдохнула я.
- Да, твоя маленькая подружка. Я был удивлен, увидев ее в стае. Так что, полагаю, их странное сборище все же утешится. Я получил тебя, но они получили ее – единственную жертву, которая от меня сбежала. Это честь.

Джаспер и Эдвард не сдержали свирепого рыка.

- И она пахла так вкусно. Все еще сожалею, что так и смог попробовать… Она пахла даже лучше, чем ты. Извини – не хотел оскорбить тебя. У тебя очень хороший аромат. Немного цветочный…

Эдвард снова зарычал. Элис едва не прекратила чтение, но она должна прочитать до конца раз начала.

Он сделал еще один шаг, оказавшись всего в нескольких сантиметрах от меня. Взял в руку прядь моих волос и осторожно вдохнул их запах. Затем аккуратно вернул локон на место, и я почувствовала его холодные пальцы на своей шее.

Джаспер дотронулся одной рукой до Эдварда, чтобы успокоить его. Эдвард выглядел, как будто он хотел запротестовать, но все же позволил Джасперу помочь ему.

Он наклонился и с любопытством мягко провел большим пальцем по моей щеке. Я ужасно хотела бежать, но словно застыла, не в силах пошевелиться.
- Нет, - тихо пробормотал он сам себе, опуская руку, - не понимаю.
Он вздохнул.
- Что ж, полагаю, нам пора заканчивать. А потом я смогу позвонить твоим друзьям и сказать им, где найти тебя и мое маленькое послание.
Теперь меня точно мутило. Будет больно – я видела это в его глазах.

– Нет, – сказал Эдвард, благодаря Джасперу он не был яростным, но ему было очень больно.

Для победы ему не будет достаточно просто насытиться и уйти. Быстрого конца, на который я рассчитывала, не будет. Колени начали трястись, я боялась, что упаду.
Он отошел назад и начал спокойно ходить вокруг меня, словно выбирал самый удачный ракурс статуи в музее. Его лицо все еще было открытым и дружелюбным, пока он решал, как лучше начать.
Затем он наклонился вперед, припав к полу – поза, которую я сразу узнала – и его довольная улыбка стала еще шире, превратившись в оскал, обнажая ряд ослепительных зубов.
Я ничего не могла с собой поделать – я попыталась сбежать. Я знала, что это будет бесполезно, но паника нахлынула на меня и я рванула к запасному выходу.

Напряжение в комнате можно было разрезать ножом — даже не смотря на помощь Джаспера (не хотелось бы оказаться Джаспером в данный момент).

В мгновение ока он оказался передо мной. Я не видела, двинул он рукой или ногой – он сделал это слишком быстро. Я поняла, что падаю назад, а затем услышала грохот, когда моя голова ударилась о зеркало. Стекло треснуло, осколки со звоном падали на пол вокруг меня.
Я была слишком шокирована, чтобы чувствовать боль. Я даже не могла вдохнуть.
Он медленно подошел ко мне.
- Очень неплохой эффект, - сказал он, изучая осколки стекла, его голос вновь звучал дружелюбно. – Я подумал, что эта комната визуально добавит драматизма моему маленькому фильму. Именно поэтому я выбрал это место для встречи с тобой. Оно идеально, не правда ли?
Я не ответила, и попыталась поползти к другой двери.
Он тут же нагнал меня и наступил мне на бедро. Я услышала жуткий хруст, прежде чем почувствовала это. Но затем я почувствовала, и не смогла удержаться от мучительного крика.

В глазах Эдварда читалась дикая боль, он чувствовал себя бесполезным.

Я повернулась, держась за ногу, и он стоял надо мной, улыбаясь.
- Не хочешь изменить свою последнюю просьбу? – дружелюбно сказал он. Он ткнул носком в мою сломанную ногу, и я услышала пронзительный крик. В шоке до меня дошло, что он был моим.
- Неужели ты не хочешь, чтобы Эдвард нашел меня? – настаивал он.
- Нет! – простонала я. – Нет, Эдвард, не…, -

Эдвард закрыл лицо руками и начал всхлипывать — она все еще волновалась за него, даже сейчас… хотя во всем виноват только он один.

а затем что-то ударило меня по лицу, и я отлетела на груду битого стекла.
Сквозь боль в ноге я почувствовала, как острый осколок впился в затылок.

Эдвард содрогнулся.

А затем теплая влага потекла по моим волосам с невероятной скоростью. Я чувствовала, как она впитывается в мою футболку, слышала, как она капает на пол. От ее запаха мне свело живот.
Сквозь тошноту и головокружение, я увидела что-то, что дало мне неожиданную крупицу надежды. Его взгляд, до этого просто напряженный, теперь горел неконтролируемой жаждой. Кровь – расплывающееся алое пятно на моей белой футболке, капли на полу – сводила его с ума от голода. Не важно, каковы были его изначальные намерения, долго терпеть он не сможет.

– Нет, – сказал Эдвард в панике. – Мы должны спасти ее!
– Мы спасем, – сказал Карлайл уверенным голосом.

Пусть теперь это будет быстро – все, на что я надеялась, пока утекающая кровь уносила с собой сознание. Глаза закрывались.
Я слышала, словно под водой, финальный рык охотника. Я смутно видела темную тень, которая приближалась ко мне. В последнем усилии, я инстинктивно подняла руку, чтобы защитить лицо. Мои глаза закрылись, и меня унесло в беспамятство.

Элис ничего не сказала, просто вытянула руку с книгой Эдварду.
Но ее взял Эммет, зная, что брат никогда не сможет прочитать следующую главу, а им нужно было узнать, что там случится.