Глава 12.
Рудольф сидел на каменном парапете у западной башни замка. Ветер трепал его тёмно-красный плащ, глаза блестели от напряжения. Он чувствовал - как будто небо сдавливает грудь. Близилось что-то. Что-то неотвратимое.
Шаги за спиной были тихими, но он узнал их сразу.
- Ты совсем спятил, брат, - сказал Грегори. - Привёл человека сюда?
Рудольф не обернулся.
- Он не просто человек.
- Для тебя - да. Для нас - опасность. Ты хоть понимаешь, что делаешь?
Грегори подошёл ближе. Его голос звучал сдержанно, но в нём таилась ярость, словно притаившийся зверь.
- Ты влюблён, - бросил он. - В кого-то, кого завтра убьют охотники. Или кто сам выдаст нас, когда поймёт, что мы чудовища.
Рудольф стиснул кулаки.
- Он не такой. Тони рисковал ради меня. Ради нас. Он не боится.
- Не боится, пока не увидит, как ты пьёшь кровь. Пока не поймёт, что ты навсегда застрял в этом возрасте. Пока не устанет прятаться. - Грегори подошёл к нему вплотную. - Ты забыл, кто мы?
- Я не забыл. Но я знаю, кто он.
- Он сломает тебя, Рудольф, - с горечью выдохнул Грегори. - Или ты - его.
Молчание зависло между ними. Только ветер шумел в старых башнях, словно эхо чужих голосов прошлого.
- Я выбрал, - наконец сказал Рудольф, тихо. - Я не уйду от него. Что бы ты ни сказал.
- Тогда, - Грегори развернулся, - когда охотники придут... ты сам будешь решать, кого защищать: его или нас.
Тони стоял в библиотеке, перебирая древние фолианты. Сколько крови было пролито за века, сколько семей погибло... и сколько таких, как Рудольф, были просто испуганными детьми в телах монстров. Он услышал шаги. Повернулся - и столкнулся взглядом с Анной.
Сестра Рудольфа смотрела на него недоверчиво, но без вражды.
- Ты правда... с ним?
- Да, - честно ответил Тони. - Я не понимаю всех ваших правил, но я не хочу, чтобы он был один.
Анна на мгновение отвела взгляд.
- Он часто был один. Даже с нами. Грегори... всегда решал за него. А он просто молчал.
- Он не молчит больше, - прошептал Тони. - И если я могу быть его голосом - я буду.
Анна вздохнула и, к удивлению Тони, протянула ему старый медальон.
- Это было нашей матери. Надень. Ты теперь в этом доме.
Тони опешил.
- Но Грегори...
- Пусть злится, - усмехнулась она. - Впервые за долгое время мой брат улыбается по-настоящему. Даже если это глупо. Даже если это обречено.
И когда Тони остался один, он сжал медальон в ладони. Обречено - может быть.
Но разве любовь не всегда идёт по острию ножа?
Конец главы 12.