14🦇
В коридоре темном наступает гробовая тишина, которая режет уши двух людей там находящиеся. В самом же замке все потухает и как будто жизни тут нет и вовсе, а слуги все, как и хозяева, испарились. Однако это лишь мгновение в этом темном коридоре, пока в других помещениях сего мрачного замка живет жизнь и слуги трудятся на благо хозяевов. Лишь в этом коридоре жизнь замирает.
Чонгук смотрит безразличным и в какой-то мере пустым взглядом на мертвое тело когда-то ночного кошмара его омеги и только сильнее хрупкое тельце прижимает к себе, даря защиту. Он не смеет и слова сказать, боясь, что все сбегутся сюда и будут глазеть на сие представление, обвинив его в убийстве. Мужчина сглатывает ком в горле и пальцами рук сжимает ткань своей рубашки на истинном, боясь еще того, что он сорваться сейчас и съесть на глазах любимого жертву.
Это будет конец для него, для омеги и их отношений.
Тэхен дрожит в сильных руках любимого и всхлипывает, глазки свои не закрывает, ведь боится снова увидеть своего насильника, свой ночной кошмар. Омежка лишь вжимается в крупное тело, позволяя тому обнять себя, и утыкается носиком прямо в плечо, вдыхая запах весны и жизни, леса и сада... Сейчас он как за каменной стеной.
- Тэхен,- отмерев, Чонгук зовет того тихонько, чтобы не спугнуть омежку в лишний раз.- Тэхен, ты меня слышишь?
Мальчишка все слышит, а главное чует всем телом и душой родной голос, от которого спокойно в той же час становиться, от которого все внутренности дрожать начинают, а конечности неметь от мягкого голоса, чтобы упасть прямо в объятия и нежиться там. Однако омежка желает уже оторваться от тела родного и взглянуть в глаза темной ночи, но ему не дают этого сделать. Сильная рука в той же час ложиться прямо на затылок и прижимает головку к прежнему месту, к крепкому плечу, чтобы Тэхен не видел чужой смерти или же не видел во второй раз иной и более ужасающий облик Чона.
- Не смотри,- тихо ухмыляется Чонгук, облизываясь и громко сглатывая ком в горле.
Глаза давно уже не цвета ночи, они стали кровавой лужей, которая растеклась под очередной жертвой сего замка в Валахии. Клыки так и светятся на свету свечой, которые уже потихоньку потухают. Острые зубы мелькают кристаллами маленькими во рту у альфы, как звезды ночами, завораживая своей красотой. А Чонгук сдерживается из всех сил земных и неземных, чтобы прямо перед любимым не распробовать и не посмаковать новой жертвой.
- Ступай в кабинет,- настаивает мужчина, медленно перемещая руку с головки на полноватую талию и слегка приобнимая, заставляя мальчишку оступиться и прямо на сильное тело упасть.- Ступай и не смотри.
- Но убраться...- тихо отзывается Тэ, укладывая ручки на грудь мужчины и пытаясь все-таки заглянуть в родные глаза, но ему не дают.
Чонгук понимает, чем это может кончиться, так что не позволяет мальчишке даже мельком взглянуть на себя. Мужчина, не хотя, отпускает талию младшего, толкая тельце к кабинету, и сам же ступает вперед, подходя к трупу и внимательно рассматривая того.
Все-таки СуХван мертв.
Тэхен не уходит. Его толкнули в точность на путь к кабинету, но мальчишка не торопиться туда идти. Он медленно поворачивается в сторону мужчины и, подняв глазки, рассматривает темный силуэт, который стоит сгорбленный над жертвой. В этой кромешной темноте с кое-где горящими свечками ему видны лишь очертания крепкого тела, красные желающие крови глаза любимые и яркие клыки, которые готовы вонзиться в венку на шее. Сглотнув вязкую слюну, омежка полностью корпусом разворачивается и внимательно смотрит на все, что происходит, а главное он зреет только на любимого в его другом облике, запоминая каждую деталь.
Подняв жертву одной рукой, Чонгук с неземной силой прижимает бедного СуХвана к стенке и долго всматривается, наверняка, ищет подходящую вену, чтобы забрать остатки жизни бедняги. Тэхен прикусывает губу, тяжело и глубоко дышит и пальчиками сжимает рубашку, не смея отвести взгляда от мужчины. Чонгук рычит громко и утробно, открывая рот и облизывая клыки языком, смазывая их, чтобы они идеально вошли в шею. Альфа медленно утыкается в шею жертвы и руками своими сдавливает тело бедняки, заставляя кровь подняться и зацеркулировать по плоти. Клыки с характерным сопротивлением вонзаются в шею бедняги и Чон, закатив глаза, высасывает, смакует чужую кровь и с упоением наполняет свое тело энергией, о которой он так долго грезил.
СуХван давно мертв и это облегчило только его конец несчастный, ведь попасться в лапы вампира- самая ужасная вещь, особенно, когда с живого человека высасывают кровавую жидкость, лишая медленно и мучительно жизни. Чонгук держит тело руками своими, час от часу стиская плоть, и клыками глубже вонзается в шею, забирая остатки красной жидкости, ведь, к огромному сожалению мужчины, по большей части растеклась кровь по холодному каменному полу.
Однако того хватит, чтобы утолить голод вампира.
Тэхен внимательно рассматривает спину сильную, под рубахой которой играют мышцы, ведь мужчина терзает жилистыми руками тело жертвы, пока он смакует свой первый за долгий час прием пищи. Мальчишка видит, как дрожит его альфа, глотая очередную порцию крови, как у того руки сильнее сдавливают тело бедняги и, наверняка кости ломает, как тот сильнее клыки вонзает и пытается утолить свой голод мизерными остатками крови в плоти.
Все видит и взгляда не отводит. Он запоминает каждую деталь и понимает, что даже таким омежка принял своего истинного...
Сглотнув вязкую слюну, мальчишка разворачивается на пятках и медленно, тихо и незаметно ступает в кабинет, перебирая тяжелыми ногами из-за ситуации в купальне и с СуХваном в коридоре сего замка. Он понимает, что встреча со своим насильником выбила его из колеи и снова вернула в прошлое, но... Омежка знает, что рядом Чонгук и тот уж точно не позволит Тэхену кануть в лету плохих и темных мыслей.
Чонгук никогда не позволит этому случиться и не допустит сего.
~~~
В кабинете непривычно тихо. Малыш Юн~и после плотного завтрака или обеда давно спит тихонько в своей колыбельной у окна. Он мило чмокает губками и переворачивается на другой бочок, прижимая к себе игрушку птички, которая пела за окном песнь для ребенка.
Тэхен же сидит на полу в кабинете у Чона и смотрит на колыбельную, где тихонько и мирно спит его дитё. По телу его гуляет ветерок прохладный, ведь одно окошко приоткрыто, чтобы свежий воздух попал в стены замка, который уже был наполовину убран и сиял своей чистотой.
Как только омежка вошел в нужное помещение, ноги не держали и наконец-то опустили и так уставшее и потрепанное тельце на пол. Благо мальчишка не разбудил Юн~и в колыбельной, ведь сил укачивать ребенка у него не было.
Если Чонгук является вампиром, который высасывает лишь кровь с жертвы своей, так СуХван был, наверняка, энергетическим вампиром, ведь у Тэхена даже сил на эмоции нет.
Сидя на ковре, омежка лишь смотрит перед собой пустым взглядом и обнимает свои слегка дрожащие ножки, не думая ни о чем. В головке пустота, однако кое-какие мысли стали подкрадываться к нему спустя долгого перебивание в гробовой тишине.
Сейчас Тэхен думает о многом: например, повлияет ли ситуация с СуХваном на его нынешнюю жизнь, на его поведение в общем и на его отношение с Чонгуком. После стольких вопросов в своей голове мальчишка может представить себе дальнейшую жизнь и получает спокойно ответы на такие интересные загадки, но мысли сгущаются и становятся во много раз темнее и мрачнее предыдущих.
В сию минуту Тэхен ужасается вопросам, ведь они все связаны со второй сущностью мужчины его, ведь может ли Чон убить и его, высосав всю кровь, например, в порыве страсти или лишь шутки ради, а возможно ли Чону питаться кровью истинного. Много вопросов на такой мрачный час дня и так мало ясных и необходимых ответов.
Однако двери кабинета тихонько открываются и в помещение медленно проходит Чонгук, слегка напряженный из-за данной ситуации. От мужчины веет каким-то волнением и страхом, что собственно не свойственно тому, так что мальчишка вдвойне пугается. Тэхен лишь взглядом сильный силуэт зацепляет, но действий никаких не предпринимает- лишь покорно сидит на прежнем месте.
Мужчина двигается в глубь кабинета, смотря на колыбельную и проверяя малыша, а затем и взгляд переводит на любимого. Как только он замечает, что мальчишка его сидит на ковру, по которому гуляет прохладный ветерок с лесов Валахии, то в тот же час альфа подбегает и, слегка схватив того за плечики, поднимает, чтобы его истинный не заболел и не чувствовал недомогание, которое обычно сопровождается неприятной ломкой во всем теле. Тэхен же глазки не отводит от мужчины и поддается, повинуется и висит в родных руках, как кукла без жизни и страсти.
Чонгук, конечно, замечает этот пустой и в какой-то степени безразличный взгляд любимого и в той же час замирает на месте, смотря младшему в глазки, которые мальчишка сейчас стал отводит. Сглотнув вязкий ком в горле, мужчина медленно движется к дивану, придерживая мальчишку в своих руках, и бережно садит того на диван. Он отпускает плечики хрупкие и собирается отойти за водой для омежки, но его неожиданно перехватывает ручка Тэхена, заставляя остановится и не дышать.
Мальчишка тут же вторую ладошку кладет на сильную руку мужчины и слегка сжимает. Он родные руки держит крепко и боится отпустит, как будто тот навсегда может уйти. Чонгук поворачивается и, оглядев замочек рук на своих ладонях, лишь мягко улыбается, все-таки ожидая дальнейших действий от омежки.
Чон боится также, как и мальчишка, и все сейчас прекрасно понимает и без слов этих. Он боится, что их отношения пойдут вниз, канув в лету, что Тэхен бояться его начнет не только как альфу, который б перерос в потенциального насильника, но и как убийцу, который спокойно может убить его в ложе своем, высосав всю кровь несчастного. У Тэхена есть все причины боятся его...
Омежка всматривается в родное лицо, черкая взглядом по уже полюбившиеся чертам лица альфа и мягко улыбается. Он видит, как Чонгук напряжен, как боится и все чувствует, ведь они все-таки истинные.
Улыбнувшись еще шире, Тэхен медленно встает с дивана и замирает, смотря в глаза темной ночи, которые отдавались отголосками рубина на кольце мальчишке в том злополучном коридоре (после, конечно, исчезнувшего). Чонгук затаивает дыхание и прислушивается ко всему: к каждому вздоху, к каждому глотку слюны и к трепету ткани на тельце у омежки.
- Прошу тебя, Чонгук,- тихо кличет того Тэхен, заставляя все-таки альфу прислушаться только к его голосу.- Прошу тебя.
Чонгук крупно вздрагивает и делает шаг вперед, становясь прямиком возле мальчишки. Он носом клюет в макушку и прикрывает глаза, вдыхая запах сирени. Тэхен опускает же глаза и быстро моргает, прогоняя появившийся из ниоткуда и по неведомо какой причине влагу. Мальчишка ручками крепко сжимает чужие ладони, собираясь с мыслями и словами.
- О чем, Тэхен? Я все сделаю,- мужчина улыбается мягко и руку свою освобождает в той же час.
Чонгук поднимает руку свободную уже и невесомо прикасается к темным волосам мальчишки. Он откидывает прядку чужих волос, а затем и вовсе заправляет ее за ушко омежки, мягко улыбаясь тому.
- Проси, чего хочешь,- продолжает настаивать на ответе Чон.
Вздохнув полной грудью, Тэхен поднимает свои глазки и смотрит старшему прямо а темные очи, находя все, что ему так необходимо сейчас. Чонгук не двигается ни назад, ни в сторону. Он стоит и покорно ждет тех самых слов...
- Не уходи от меня,- тихо молит Тэхен, сжимая чужую руку.- Я не переживу, если ты уйдешь. Не уходи, не покидай меня и Юнги.
Чон вздрагивает всем телом, пока ноги неожиданно подкашиваются, но он стоит. Тэхен смотрит преданно тому в глаза и ждет ответа на свою мольбу.
- Не уйду,- улыбается мягко Чонгук, подходя вплотную к тельцу юному и заглядывая в взволнованные глазки.- Не уйду ни от тебя, ни от Юнги никогда.
Тэхен руку чужую отпускает наконец-то и ладошки свои неуверенно укладывает на сильные плечи мужчины, рассматривая любимого лицо. Чонгук не осмеливается руки положить на родное тельце, так что заводит их за свою спину и мягко улыбается омежке, который все видит.
- Я тебя принял и полюбил,- тихо говорит в той же час Тэхен.- Ты...
- Я принял тебя, Тэхен, с первых дней, когда узнал о нашей истинности,- улыбается Чон, поправляя чужые волосы и любуясь личиком мальчишки.- Принял Юнги, как своего ребенка, с тех пор, когда имя дал. Я давно принял все и отдался зову сердца.
Тэхен не верит услышанному. У него на глазах появляются кристаллы, но он отчетливо их смахивает и показывает улыбку любимому. Чонгук дарит и тому свое счастье, обхватывая личико родное ладонями и оставляя невесомый поцелуй на лобике у мальчишки.
- Не стоит плакать,- шепчет Чон, целуя омежку теперь щечку.- Тот танец на мой день рождение многое показал и по-настоящему раскрыл наши чувства. Нам нечего сейчас греха таить.
Тэхен слегка краснеет и высвобождает свое личико с оков любимых рук. Он тихо смеется и носиком зарывается куда-то в шею крепкую, находя нужную венку и вдыхая полной грудью запах мужчины родного. Чонгук улыбается на сие поведение и кладет бережно руку на головку младшего, поглаживая того и успокаивая.
Ставьте звездочки✨
Люблю вас~
С любовью,
Ваш милый котейка
💜