7
Тихий семейный вечер. Чонгук посапывает на моем плече. Еще бы. Я смотрю уже сороковую серию сериала. И все бы ничего, но есть одна маленькая деталь, которая меня выводит из себя и заставляет убивать всех вокруг. Чон сопит мне в шею, да, мне приятно, уютно, но он дышит моим воздухом!
Не. Дыши. Моим. Воздухом.
И это только начало, как мне кажется.
-Чонгууук,- на часах половина второго.
- Что, солнце мое,- бормочет в подушку вампир.
- Я пепси хочу.
- Именно сейчас?
- Да. И рыбы хочу. Рамена. И Торт. И шоколадку,- я прислушался к малышу и удостоверился в правильности заказа.
- Сейчас принесу,- вздохнул мой вампир и пошел одеваться в магазин.
Чонгук сегодня меня порадовал. Шел четвертый месяц беременности, и я пристрастился к мандаринкам. Огромный пакет стоял передо мной и я, даже не пытаясь его развязать, вытащил вкусный плод. Чонгук присел рядом и с умилением стал наблюдать за моим счастливым выражением лица. С огромным удовольствием я обчистил кожуру и стал ее есть (кожуру). Боже, какая она вкусная! Я не пожадничал и предложил любимому. Вампир аж воздухом поперхнулся.
Слезы текут ручьем. Я не могу смириться с потерей. Он был так красив, он так меня радовал, я так его любил. Снова захлебываюсь слезами. В это почти не морозное утро я теряю слишком много.
- Солнце, что случилось? Тебя кто-то обидел?- подбегает ко мне взволнованный Чон.
- Он умирааааает,- провыл я и снова разревелся.
- Что? Кто умирает, скажи мне, что случилось?- Чонгук еще больше разволновался.
- Он погибает на моих глазаааах. Я его больше не увиииижуууу,- у меня уже, похоже истерика.
- Кто погибает? Кого ты не увидишь?
- Снеееег, он умираааеееет,- снова провыл я и, оттолкнув Чона, упал в кучу снега, обнимая его.
Мой вампир опустился на колени, и присел рядом, нежно гладя меня по спине.
Половина первого ночи. Седьмой месяц.
- Чонгук.
- Что, солнце мое?
- Принеси мне бензина,- я не отрывал взгляда от потолка.
- Чего?- Чонгук привстал.
- Бензина. Я хочу понюхать бензин.
- Малыш....
-Ну вот, видишь мой маленький, папа нас не любит,- я погладил уже довольно большой живот и слезы подступили к глазам.
В последнюю неделю я совсем расклеился. Реву по любой мелочи. Утром уронил ложку и стало до такой степени обидно, что я позорно разревелся.
- Солнце, я люблю вас, сильно-сильно, больше жизни люблю. Ну, не плачь,- его ладони легли на мои щеки.- Вот так, молодчинка моя, не плачь, я сейчас принесу тебе бензина.
А потом я до утра как самый последний наркоман нюхал бутылочку с бензином.
- Чонгук,- позвал я вампира.
- Мм?- он оторвался от компьютера и обратил свое внимание на меня.
Улыбка тронула его лицо. Конечно, это ж забавно, что супруг с огромным животом сидит, как самый суровый следователь. Зашибись.
- Нам нужно расстаться,- так же сурово произнес я.
- Разреши спросить почему?- а ему весело!
- Ты мне изменяешь!
- С кем?- удивился вампир.
- Значит изменяешь! Я так и знал. Я тебя так любил, так любил, а ты...- я снова позорно разревелся.
Потом были полтора часа уговоров и клятв в вечной любви, полтора часа поцелуев и обнимашек. И мел, который я лопал, как конфеты.
Не знаю, как Чонгук терпел все мои желания, требования, истерики, но он герой. Стойко терпел все мои вкусовые пристрастия, бежал почти каждую ночь в магазин то за мороженым, то за креветками к этому же мороженому.
Я лежал в привычной позе: руки сцеплены на груди, взгляд в потолок и посапывающий вампир на плече. Вдруг живот резко скрутило.
- Чооооннгук,- позвал моего вампира.
- Что?
- Я рожаю,- с блаженной улыбкой ответил я.
- А, да. Сейчас принесу.... Что!?
Вампир вскочил и начал возиться, кому-то звонить, на кого-то кричать по телефону, а я словно в вакууме лежал и был самым счастливым на свете.
В тот момент я был просто счастлив.