Летний эпизод Игнихайда

На следующий день, когда завтрак уже был съеден, а обед ещё не думал даже начинаться, Орто решил всё же поговорить с Идией, и пошёл к нему в комнату. А ещё он нёс пирожные, чтобы помириться и подбодрить брата.
Орто постучался:
- Братик, ты ещё спишь? Идия, я знаю, тебе очень стыдно и всё такое, просто открой, пожалуйста, дверь, - В ответ ему никто не ответил. - Братик? (Стучит опять в дверь). Братик? (Не дожидаясь, вошёл в комнату). Идия!
Но Идии там не было.
Даже кровать застелена.
Орто стал искать Идию. Но тут увидел записку. И в ней было следующее:

"Дорогой Орто.
Я искренне прошу прощения за то, что тебя так обидел, обманывая. Больше подобного не будет, правда.
Но ты не волнуйся; я отправился в небольшое путешествие, чтобы мир повидать: сувениров купить и фоток наделать. Обещаю, как только вернусь - я буду другим человеком.
Целую, Идия.
P.S. если ты сейчас читаешь это письмо, значит я давно выехал из Шафтлендса.".

Орто пришёл в ужас:
- Идия... Нет... Нет-нет, НЕ-Е-ЕТ!!! (Упал на пол, и в порыве ужаса порвал записку). Господи, это не по-робофоски! Неужели Идия решил пойти на это? Господи... Если бы я не повёл себя, как томная барышня, то ничего б этого не случилось! (Начинает плакать. Но тут... взял себя в руки). Нет, некогда плакать. Надо идти на его поиски. И как можно скорее. Я должен его догнать и поскорее вернуть домой, если я смогу успеть это сделать.
Орто, быстро собрав нужные вещи, тут же побежал искать Идию.
Тем временем в Харвестоне.
Идия сидел на лавочке, и пил кофе, чтобы взбодриться.
- Ух, хорошо же сегодня спалось, - сказал он, смотря на небо. - Не так, как тогда, когда сидел за компьютером. Ну, путь предстоит мне долгий. Поэтому много чего из еды и напитков накупил; даже бабушкиных онигири взял побольше. Уж очень аппетитные и вкусные они. (Допил кофе). Ну, пора идти. (Тут, когда он встал, увидел, что карета, которая едет в Долину Терновника, уезжает потихоньку). Г-господи Иисусе, мужик, погоди!!! (Хватает сумки, и бежит за каретой). Стой!!! Да постой же ты, алло!!! (Чуть не попал под колеса кареты). Ай!
- А-а-а!!! - завопил, соскочив, извозчик, и схватил Идию за руку. - Пацан, тебе что, жить надоело?!
- Ай... Подождите, я хотел лишь спросить: до Долины Терновника едите?
- Да, туда еду. Но зачем ради этого тут инсценировать суицид?
- Подвезите меня до туда, пожалуйста. Мне очень нужно.
- А, ну тогда садись. Давай сумки загружу.
- Ага, спасибо.
- (Загружает багаж). Готово.
- (Когда сел в карету, достал деньги, и протянул извозчику). Вот, возьмите. Тут без сдачи.
- Благодарю. (Взял деньги, а после, сев на ко́злы, начал движение). Ты, кстати, как? Не сильно ушибся?
- Да так, пройдёт.
- Хорошо. (Насупился). Только, это, я тебя к границе Долины Терновника довезу, а дальше - ты своим ходом. Да там и недалеко.
- А почему?
- ... Мне туда ходу нет. Я раньше жил там, но вёл типичную жизнь вора-карманника. Но однажды я попался на воровстве, и мне за это отрубили левую руку. И я в конечном итоге, когда рана прошла, навсегда покинул это место.
- Ой...
- Я, спустя десять лет, начал всё с чистого листа и завязал с воровством. А после стал работать извозчиком. Но отсутствие левой руки и тот факт, что мои деяния там всё ещё помнят, напоминают об этом... (Снял перчатку и показал Идие руку). Видишь? У меня вместо моей руки протез...
- Оу... Это очень печально. Я вам очень сочувствую... как вас зовут?
- Тиберий.
- Да-да. Тиберий, у вас очень печальная, но в то же время интересная история.
- Вот как... (Задумался на несколько секунд). Послушай, ты мне можешь помочь, пожалуйста? Мне очень нужно.
- В чём?
- (Достал свёрток). Передай это, пожалуйста, моей дочери. Она живёт в деревне, в доме с красной крышей. Его легко отличить от других. Ох, как в воду смотрел, когда при постройке дома черепицу выбирал.
- Ага. Конечно передам. (Положил свёрток в сумку). Всё будет ок.
- Спасибо тебе большое. Выручил.
- А вашей дочери сколько лет? Вдруг, если она маленькая, она и не знает о вас совсем ничего?
- Да нет; моей Луизе должно быть не больше двадцати шести лет. Когда я уходил из Долины Терновника навсегда, ей было шестнадцать лет.
- А, понял.
Прошло около половины часа. За это время, пока ехали, Идия задремал. Ему снились самые что ни на есть необычные сны. В одном из них он вместе с Орто были на цветочной лужайке: бегали, кувыркались и смотрели на облака, говоря на что они похожи по форме. Например, это облако похоже на кролика, это - на картофелину, а это - на Терминатора, и так далее.
Через несколько минут уже приехали. Идия попрощался с Тиберием, а потом пошёл дальше в Долину Терновника пешком. И как раз он стал проходить мимо той деревни, о которой ему рассказали, а также быстро сумел найти дом с красной крышей.
- Вот он! Ура! Дело за малым! - Идия подбежал к дому. Добежав до двери, постучался. - Хозяева. Хозяева! (Смотрит в окно). Эй, кто-нибудь дома? Ау. (Стоит одну минуту, ожидая, что кто-то откроет). Ме-е... Да что вы там, заснули что ли?! (Барабанит по двери).
- Стой! Ты чего так барабанишь? - в этот же миг его остановил женский голос сзади.
- А? (Обернулся, и увидел женщину). Ой, здрасьте. Я к вам от Тиберия. (Достал свёрток, и отдал женщине). Вы его дочь, как я понял?
- А... Да, я его дочь. Луиза.
- Идия. Ну, я тог...
- Как мой отец?
- А? Хорошо с ним всё. Извозчиком работает. Правда очень тоскует по вам, но из-за преступного прошлого не может вернуться.
- Вот как... Помню, что мама тогда, когда он вернулся без левой руки, обругала последними словами, и выгнала из дома. Я тогда горько рыдала...
- Строгая мама?
- Да... Да она по сути меня не любила.
- Почему?
Луиза тяжело вздохнула. Она решила всё же поведать Идие о том, что было в её жизни до того, как умерла её мать после исполнения её двадцати пятилетия.
Много лет назад...
Первым, кого Луиза после своего появления на свет увидела, был Тиберий. А он очень полюбил её, и стал давать всю любовь и заботу, как и любой отец своему ребёнку. Но мать Луизы, Маргарита, была той ещё стервой: слишком набожная, чересчур чистоплотная (например, перемывает каждую тарелку по шесть раз, если ей кажется, что они недостаточно чистые), и очень не любит бедность, в последствии чего у неё ещё развилась жадность.
Можно в пример привести такие фразы, которые Маргарита говорила:
- "Луиза, не жги долго свечи ради чтения; экономь. Тиберий, ну куда ты так много досок используешь для починки крыши? Они не растут на деревьях. А? Зачем вам ещё добавка? Вы же уже съели по кусочку мяса и корочке хлеба; не наелись что ли? А я вот наелась. Надо экономить".
Ну а дальше и думать не о чем: Тиберий пошёл по кривой дорожке под названием "воровство", и лишь для того, чтобы больше Маргарита не повторяла своё "экономь".
А потом... классика жанра: наказания лишением левой руки, ор и крики дома, и развод. Тиберий, прежде чем уйти, обнял Луизу, и пообещал, что будет ей писать. А потом ушёл.
Спустя пять мучительных дней Луиза и Маргарита очень сильно поссорились из-за банальной мелочи: из-за того, что у девушки её зимние сапоги были изношены и малы, купила новые на свои заработанные и накопленные деньги. А та начала от такой "наглости" беситься.
- Мама, я твои собственные деньги вообще не трогала! - кричала Луиза. - Я эти сапоги купила на свою зарплату!
- Ты совершенно не экономишь! - злится на неё Маргарита. - Это ненормально!
- Да?! (Достала из мусорного ведра старые и изодранные сапоги). А это вот - нормально?! Над нами уже люди смеются, если ты настолько тупая и не замечаешь этого! Ты даже посмела выгнать отца из дома только потому, что он, хоть и грязным путём, пытался заработать деньги! И ради чего?!
- Да ты совсем меня услышать не хочешь!
- А ты - меня понять!!!
- Знаешь что?! Я щас соберу твои вещи, и ты, как пробка из бутылки шампанского, вылетишь!
- Да пожалуйста. Мне так лучше будет.
- Ну ты же знаешь, что ты не имеешь дома! Ты же знаешь, что без образования тебя даже в посудную лавку не возьмут! Ты же знаешь!
- Знаю. (Скрестила руки на груди). А ещё я знаю, что таким образом ты пытаешься мной манипулировать. Нет, хватит. Не хочешь делиться - пожалуйста. Не хочешь, чтобы все не смеялись над тобой - пожалуйста. Не хочешь, чтобы я с тобой жила - пожалуйста; тогда сама устраивайся хотя бы дояркой, и зарабатывай себе на жизнь. Я тебя спонсировать не буду.
- То есть тебе вообще плевать на меня, да? Дрянь ты неблагодарная!
- Да нет. Мне на тебя глубоко не плевать. Просто ты не замечаешь того, как люди смотрят на тебя и что думают о тебе. Не хочешь браться за ум - живи как хочешь. Выбирай свой путь жизни сама.
- Хм! Я тогда вообще есть ничего не буду. Можешь на меня не накрывать. Покушай сама в одиночестве, раз ты у нас богачка. (Ушла из дома).
- Ну и отлично. Я как раз хлеб и бриоши испекла. Моему молодому человеку нравится моя выпечка. Нам больше достанется.
Луиза грустно посмотрела на часы, а после стала накрывать на стол.
Этим и окончилась печальная история.