Hidden [ Russian Translation ]

Мое сердце моментально застревает в горле, когда Гарри закрывает за собой металлическую дверь.

- Здесь, в офисе безопасности, находился Стайлс для контроля нашей беседы с вами, - зло проговорил Алек.

Лицо Гарри остается стоическим, когда он смотрит на меня.

Я и понятия не имею, что думать и чего ожидать. В моем горле сухо, и я совершенно ничего не могу сказать, не то, что связь слова в своей голове.

Алек специально использует мои лживые слова о моих чувствах, чтобы одурманить Гарри.

- Стайлс, ты можешь поручиться за то, что только что сказала Роуз? - спрашивает Алек, расплываясь в зловещей улыбке. - Ты же ничего не чувствуешь к ней?

На долю секунды я вижу эмоциональную вспышку в его глазах - зеленый всплеск от света до темноты за секунду. Перед глазами всплывает картина, как он держал меня в своих руках прошлой ночью, когда я промывала его раны, как мы смеялись, как лежала его рука на моей спине, когда мы любовались звездами пару часов назад.

Затем его глаза темнеют, и зеленый оттенок практически превращается в черный.

- Я чувствую себя намного меньше, чем ничего для нее, - бросает он, отрывая свой взгляд от меня.

Я чувствую, что в моем сердце образовывается трещина, отчего все тело начинает ныть.

- Я полагаю, что недооценил вас, - говорит Алек, поднимая свои брови. - Но всегда есть шанс, что вы лжете. - Его глаза сверкают.

Гарри сглатывает.

- Я сказал тебе, что она ничего не знает. Зачем мне вообще рассказывать ей что-нибудь?

Каждое слово, которое соскальзывает с его уст, кажется, сильно ударяет по мне, но я продолжаю держать выражение своего лица нейтральным.

- Уведи ее отсюда, Стайлс. Отныне я ожидаю увидеть тебя на следующих заседаниях, - кидает Алек, собирая бумаги со стола и складывая их в стопку.

Гарри кивает и выходит из комнаты.

Я встаю с места, кидая последний раз на Алека, и иду за Гарри.

Я ненавижу Алека.

Когда я выхожу из «Слоновой кости» и захожу в переулок, Гарри стоит около своего автомобиля, который припаркован через дорогу от меня.

- Садись, - он огрызается на меня, когда я оказываюсь рядом с ним.

Я вздыхаю и делаю то, что он сказал мне, - сажусь.

Кажется, что каждый раз, когда я бываю в «Слоновой кости», Гарри только злится на меня.

- Я не понимаю, - говорю я. - Что ты делал там?

- Я пошел поговорить с ним заранее, чтобы убедиться, что он не был зол из-за того, что я пропустил заседание. Он увидел тебя и Луи, входящих в здание, и сказал мне, чтобы я подождал в комнате наблюдения, - говоря это, Гарри даже не смотрел на меня.

Я смотрю на свои колени.

Во время поездки домой мы молчим. Я облокачиваюсь головой об окно, прикрывая глаза.

- Не засни в моей машине снова, я не собираюсь тебя нести.

Вздрогнув от этих слов Гарри, я села прямо.

- Я не собиралась.

Гарри с такой силой сцепляет свои руки на руле, что видны побелевшие костяшки его пальцев.

- Я не знаю, почему ты так зол на меня, - поморщившись, говорю я.

- Я слышал все, что ты сказала, - вставляет он. - Все.

- Ну, и что?

- Таким образом, ты сказала, что готова просто ко всем чертям отпустить меня.

- Почему это важно для тебя?

- Это, конечно, имеет значение для меня, потому что мы друзья. - Он качает головой. - Мы были друзьями, - сглотнув, он поправляет себя, и мое сердце разбивается.

- Это не причина тому, и ты это знаешь, - вздохнув, произношу я. - У тебя есть чувства ко мне, но ты никогда мне об этом не скажешь.

- У меня нет к тебе чувств, Роуз. Я бы, скорее всего, полз на коленях к Вайлет, чем когда-либо что-то чувствовал к тебе.

Его слова так сильно ранят меня, оставляя зарубки на сердце, что я зажимаю губу зубами, чтобы не заплакать.

- Ты лжешь, - кричу я на него, когда он заворачивает в квартал нашего дома, чтобы припарковать автомобиль и поспешно выйти из него.

Я следую за ним, видя необходимость бежать за ним, чтобы успевать за его большими и очень быстрыми шагами.

Алек сделал это, я знаю, что он сделал. Он хочет, чтобы мы с Гарри перестали общаться с друг другом, и у него это прекрасно получается.

- То, что все это время мы провели вместе? - Я кричу, хватая его за запястье, чтобы он остановился.

Он отшатывается и подходит к парковке.

Мы стоим на стоянке, ветер, витающий вокруг нас, очень жесток и холоден.

- А когда ты позволил мне остаться на те ночи с тобой? А когда ты разрешил мне спать рядом с тобой? А когда ты сказал, что если у тебя будет одно желание, ты выберешь меня? Когда ты поцеловал меня, Гарри? - Мой голос срывается, как дверца с петель, становясь хриплым и тихим.

Он даже не смотрит на меня.

- Ты была тем, кто сказал, что ничего не чувствует ко мне, - кидает он. - Ты сказала это в лицо Алеку, прямо там. Я видел это.

- Я сказала это, потому что если бы он узнал, что у меня действительно есть чувства к тебе, то мы оба были бы в опасности!

Его глаза останавливаются на мне:

- У тебя есть чувства ко мне?

- Конечно, у меня есть чувства к тебе, Гарри! Господи Боже, как ты мог не знать об этом до сих пор? - Я смотрю в сторону от него, скрестив руки на груди. - Ты... ты зажег этот огонь внутри меня, я не знала про его существование, Гарри. Всякий раз, когда я оказываюсь рядом с тобой, действует сила, которая соединяет нас, - это притяжение; я не знаю, почему и как, но я увлечена этим.

Он не отвечает, и я смотрю на него.

- Это не имеет значения, хотя бы... - говорю я. - Потому что ты не веришь ни во что из этого, верно?

Он смотрит вниз.

Я закрываю глаза, сделав глубокий вдох.

- Ты не веришь в счастливый конец, в принцев на белых конях и, конечно же, в любовь.

Я открываю веки и, развернувшись, вхожу в вестибюль, оставив Гарри смотреть, как я ухожу.

Думаю, что я слышу, как он зовет меня, но я игнорирую его, поднимаясь вверх по лестнице.

Я захлопываю дверь за собой в свою квартиру, когда слезы переполняют мои глаза.

Я ненавижу Алека, я ненавижу его еще сильнее, чем до этого, из-за того, что он сделал. Он видел насквозь мою ложь, и он воспользовался ей против меня самой.

Ненавижу Гарри тоже. Я ненавижу его за веру в то, что я сказала Алеку, и за то, что он так близко все принимает к сердцу.

Я тащусь в душ, пытаясь смыть события дня, но это не помогает мне. Боль Гарри и его темные глаза до сих пор всплывают у меня перед глазами.

Переодеваюсь в пижаму и сажусь на постель, включая телевизор и лениво листая каналы ТВ.

В одиннадцать часов вечера у меня нет никого желания спать, так как я знаю, что только один Гарри будет штурмовать мои мечты.

Я, наконец-то, заснула около полуночи, оставив телевизор включенным в фоновом режиме, уменьшив звук.

И, как только я заснула, я поняла, что у меня не только чувства к Гарри.

Я люблю его.

***

На следующее утро, когда я просыпаюсь, я замечаю, что на улице все белым-бело.

Я тут же туго оборачиваюсь в свою одежду и восхищаюсь тем, что снег идет так рано, в конце ноября, когда он, как правило, не появляется в Портленде, как минимум до конца декабря, если вообще появляется.

Делаю кофе и смотрю утренние новости, затягиваю волосы в конский хвост. В десятом часу я одеваюсь и выпрямляю свои волосы, пишу список продуктов. Я чувствую себя практически оцепеневшей после случившегося прошлым вечером.

В одиннадцать часов я собираю вещи и выхожу в холл, повернувшись, закрываю дверь.

Конечно же, только моя удача приводит меня к тому, что я сталкиваюсь с Гарри.

- Эй, - говорит он, и я вынуждена посмотреть на него.

На нем его футболка «Rolling Stones» и серая толстовка сверху, с перекинутым пальто через его руку.

- Привет.

Он начинает потирать свою шею, отводя свой взгляд от меня и через секунду возвращая его снова.

- Ты хотела бы пообедать со мной?

Я качаю головой.

- Нет, спасибо.

Он выглядит разочарованным ровно на секунду, прежде чем взять себя в руки.

- Ты уверена? Я собирался пойти в «Penera».

Я люблю «Penera».

Я люблю его.

- Я уверена в том, что не хочу.

Он вздыхает.

- Слушай, мне очень жаль, хорошо, - говорит он. - Я не должен был говорить то, что я сказал прошлым вечером.

Я киваю.

- Хорошо, - смягчаюсь я. - Но это не значит, что я собираюсь пойти с тобой на обед.

Он проводит языком по губам, нахмурившись.

- А куда ты пойдешь?

- В магазин за продуктами.

- Я пойду с тобой, и мы сможем отправиться на обед после.

- Нет, Гарри. - Выпрямляя спину, проговариваю я. - Я не... я не думаю, что могу проводить свое время с тобой сейчас.

Он долго смотрит на меня и, в конце концов, кивает.

Я признаю: больно видеть, как он смотрит на меня, но я качаю головой и иду по коридору вниз, принимая решение спуститься в лобби по лестнице, а не перетерпеть с ним поездку в лифте.

Мои ноги утопают в слое снега снаружи, и я оставляю черные следы, когда иду. Несмотря на мое относительно кислое настроение сейчас, снег поднимает мне его, когда я тащусь к своей машине.

Я окунаюсь в тепло, когда проскальзываю в салон автомобиля на водительское сидение, перекинув волосы через плечо.

Я закусываю свою губу, когда еду, обращая особое внимание на лед на дороге. Этот снег напоминает мне о Нью-Йорке, и я улыбаюсь, немного думаю о доме.

Интересно, что делают мои родители сейчас, ведь они завершили свой развод на прошлой неделе. Я имею в виду, что я даже не звонила им, думаю, просто забыла об этом.

Я набираю номер своей матери и вздыхаю.

- Алло?

- Привет, мама, это Роуз.

- О! Привет, Рози, как ты? - Ее тон звучит уставшим, практически истощенным.

- Я в порядке, как все? Как... папа?

- О, - она делает паузу. - Он переехал на прошлой неделе. Я получила во владение дом.

Мое сердце тонет и скребет в моей грудной клетке. Мои родители уже действительно больше не вместе.

- В любом случае, расскажи мне о Портленде.

Я рассказываю ей о том, что вчера в городе пошел снег и как мои дела на работе.

- И как там Аарон? Вы сделали то, что хотели?

Я почти смеюсь.

- Нет, нет, мы не сделали.

- О, мне очень жаль, Роуз. А как твой сосед?

Я замерла. Я не помню, что говорила ей о Гарри.

- Сосед?

- Элизабет сказала, что у тебя есть, цитирую: «Горячий сосед».

Я расхохоталась, повернув машину на место парковки супермаркета. Сейчас как раз-таки я и вспомнила, что точно говорила с Элизабет о Гарри ночью. Мы обсуждали его, но я точно не описывала его, как «горячий».

- Ну? - Спрашивает моя мать, и я слышу ухмылку в ее голосе.

- Гарри и я... друзья, - говорю я. Могу ли я сказать, что что-то большее?

"Я бы скорее полз на коленях к Вайлет, чем когда-либо имел чувства к тебе"

"Я чувствую себя намного меньше, чем ничего для нее"

- Ох, ну, я слышала, что он британец.

Улыбка моментом спала с моего лица.

- Да.

- Роуз? Ты в порядке?

Я качаю головой, вздыхая.

- Да, прости. Я тебе перезвоню позже, но на этой неделе, я сейчас в супермаркете.

- Хорошо, я поговорю еще с тобой в ближайшее время. Люблю тебя, Роуз.

- Люблю тебя, мама, - слегка расплывшись в улыбке, произношу я и роняю телефон на колени, зажимая нижнюю губу между зубами.

"Я чувствую себя намного меньше, чем ничего для нее"

"Я бы пожелал тебя"

"Я бы скорее полз на коленях к Вайлет, чем когда-либо имел чувства к тебе"

"Я пожелал тебя"

Мое сердце моментально застревает в горле, когда Гарри закрывает за собой металлическую дверь.

- Здесь, в офисе безопасности, находился Стайлс для контроля нашей беседы с вами, - зло проговорил Алек.

Лицо Гарри остается стоическим, когда он смотрит на меня.

Я и понятия не имею, что думать и чего ожидать. В моем горле сухо, и я совершенно ничего не могу сказать, не то, что связь слова в своей голове.

Алек специально использует мои лживые слова о моих чувствах, чтобы одурманить Гарри.

- Стайлс, ты можешь поручиться за то, что только что сказала Роуз? - спрашивает Алек, расплываясь в зловещей улыбке. - Ты же ничего не чувствуешь к ней?

На долю секунды я вижу эмоциональную вспышку в его глазах - зеленый всплеск от света до темноты за секунду. Перед глазами всплывает картина, как он держал меня в своих руках прошлой ночью, когда я промывала его раны, как мы смеялись, как лежала его рука на моей спине, когда мы любовались звездами пару часов назад.

Затем его глаза темнеют, и зеленый оттенок практически превращается в черный.

- Я чувствую себя намного меньше, чем ничего для нее, - бросает он, отрывая свой взгляд от меня.

Я чувствую, что в моем сердце образовывается трещина, отчего все тело начинает ныть.

- Я полагаю, что недооценил вас, - говорит Алек, поднимая свои брови. - Но всегда есть шанс, что вы лжете. - Его глаза сверкают.

Гарри сглатывает.

- Я сказал тебе, что она ничего не знает. Зачем мне вообще рассказывать ей что-нибудь?

Каждое слово, которое соскальзывает с его уст, кажется, сильно ударяет по мне, но я продолжаю держать выражение своего лица нейтральным.

- Уведи ее отсюда, Стайлс. Отныне я ожидаю увидеть тебя на следующих заседаниях, - кидает Алек, собирая бумаги со стола и складывая их в стопку.

Гарри кивает и выходит из комнаты.

Я встаю с места, кидая последний раз на Алека, и иду за Гарри.

Я ненавижу Алека.

Когда я выхожу из «Слоновой кости» и захожу в переулок, Гарри стоит около своего автомобиля, который припаркован через дорогу от меня.

- Садись, - он огрызается на меня, когда я оказываюсь рядом с ним.

Я вздыхаю и делаю то, что он сказал мне, - сажусь.

Кажется, что каждый раз, когда я бываю в «Слоновой кости», Гарри только злится на меня.

- Я не понимаю, - говорю я. - Что ты делал там?

- Я пошел поговорить с ним заранее, чтобы убедиться, что он не был зол из-за того, что я пропустил заседание. Он увидел тебя и Луи, входящих в здание, и сказал мне, чтобы я подождал в комнате наблюдения, - говоря это, Гарри даже не смотрел на меня.

Я смотрю на свои колени.

Во время поездки домой мы молчим. Я облокачиваюсь головой об окно, прикрывая глаза.

- Не засни в моей машине снова, я не собираюсь тебя нести.

Вздрогнув от этих слов Гарри, я села прямо.

- Я не собиралась.

Гарри с такой силой сцепляет свои руки на руле, что видны побелевшие костяшки его пальцев.

- Я не знаю, почему ты так зол на меня, - поморщившись, говорю я.

- Я слышал все, что ты сказала, - вставляет он. - Все.

- Ну, и что?

- Таким образом, ты сказала, что готова просто ко всем чертям отпустить меня.

- Почему это важно для тебя?

- Это, конечно, имеет значение для меня, потому что мы друзья. - Он качает головой. - Мы были друзьями, - сглотнув, он поправляет себя, и мое сердце разбивается.

- Это не причина тому, и ты это знаешь, - вздохнув, произношу я. - У тебя есть чувства ко мне, но ты никогда мне об этом не скажешь.

- У меня нет к тебе чувств, Роуз. Я бы, скорее всего, полз на коленях к Вайлет, чем когда-либо что-то чувствовал к тебе.

Его слова так сильно ранят меня, оставляя зарубки на сердце, что я зажимаю губу зубами, чтобы не заплакать.

- Ты лжешь, - кричу я на него, когда он заворачивает в квартал нашего дома, чтобы припарковать автомобиль и поспешно выйти из него.

Я следую за ним, видя необходимость бежать за ним, чтобы успевать за его большими и очень быстрыми шагами.

Алек сделал это, я знаю, что он сделал. Он хочет, чтобы мы с Гарри перестали общаться с друг другом, и у него это прекрасно получается.

- То, что все это время мы провели вместе? - Я кричу, хватая его за запястье, чтобы он остановился.

Он отшатывается и подходит к парковке.

Мы стоим на стоянке, ветер, витающий вокруг нас, очень жесток и холоден.

- А когда ты позволил мне остаться на те ночи с тобой? А когда ты разрешил мне спать рядом с тобой? А когда ты сказал, что если у тебя будет одно желание, ты выберешь меня? Когда ты поцеловал меня, Гарри? - Мой голос срывается, как дверца с петель, становясь хриплым и тихим.

Он даже не смотрит на меня.

- Ты была тем, кто сказал, что ничего не чувствует ко мне, - кидает он. - Ты сказала это в лицо Алеку, прямо там. Я видел это.

- Я сказала это, потому что если бы он узнал, что у меня действительно есть чувства к тебе, то мы оба были бы в опасности!

Его глаза останавливаются на мне:

- У тебя есть чувства ко мне?

- Конечно, у меня есть чувства к тебе, Гарри! Господи Боже, как ты мог не знать об этом до сих пор? - Я смотрю в сторону от него, скрестив руки на груди. - Ты... ты зажег этот огонь внутри меня, я не знала про его существование, Гарри. Всякий раз, когда я оказываюсь рядом с тобой, действует сила, которая соединяет нас, - это притяжение; я не знаю, почему и как, но я увлечена этим.

Он не отвечает, и я смотрю на него.

- Это не имеет значения, хотя бы... - говорю я. - Потому что ты не веришь ни во что из этого, верно?

Он смотрит вниз.

Я закрываю глаза, сделав глубокий вдох.

- Ты не веришь в счастливый конец, в принцев на белых конях и, конечно же, в любовь.

Я открываю веки и, развернувшись, вхожу в вестибюль, оставив Гарри смотреть, как я ухожу.

Думаю, что я слышу, как он зовет меня, но я игнорирую его, поднимаясь вверх по лестнице.

Я захлопываю дверь за собой в свою квартиру, когда слезы переполняют мои глаза.

Я ненавижу Алека, я ненавижу его еще сильнее, чем до этого, из-за того, что он сделал. Он видел насквозь мою ложь, и он воспользовался ей против меня самой.

Ненавижу Гарри тоже. Я ненавижу его за веру в то, что я сказала Алеку, и за то, что он так близко все принимает к сердцу.

Я тащусь в душ, пытаясь смыть события дня, но это не помогает мне. Боль Гарри и его темные глаза до сих пор всплывают у меня перед глазами.

Переодеваюсь в пижаму и сажусь на постель, включая телевизор и лениво листая каналы ТВ.

В одиннадцать часов вечера у меня нет никого желания спать, так как я знаю, что только один Гарри будет штурмовать мои мечты.

Я, наконец-то, заснула около полуночи, оставив телевизор включенным в фоновом режиме, уменьшив звук.

И, как только я заснула, я поняла, что у меня не только чувства к Гарри.

Я люблю его.

***

На следующее утро, когда я просыпаюсь, я замечаю, что на улице все белым-бело.

Я тут же туго оборачиваюсь в свою одежду и восхищаюсь тем, что снег идет так рано, в конце ноября, когда он, как правило, не появляется в Портленде, как минимум до конца декабря, если вообще появляется.

Делаю кофе и смотрю утренние новости, затягиваю волосы в конский хвост. В десятом часу я одеваюсь и выпрямляю свои волосы, пишу список продуктов. Я чувствую себя практически оцепеневшей после случившегося прошлым вечером.

В одиннадцать часов я собираю вещи и выхожу в холл, повернувшись, закрываю дверь.

Конечно же, только моя удача приводит меня к тому, что я сталкиваюсь с Гарри.

- Эй, - говорит он, и я вынуждена посмотреть на него.

На нем его футболка «Rolling Stones» и серая толстовка сверху, с перекинутым пальто через его руку.

- Привет.

Он начинает потирать свою шею, отводя свой взгляд от меня и через секунду возвращая его снова.

- Ты хотела бы пообедать со мной?

Я качаю головой.

- Нет, спасибо.

Он выглядит разочарованным ровно на секунду, прежде чем взять себя в руки.

- Ты уверена? Я собирался пойти в «Penera».

Я люблю «Penera».

Я люблю его.

- Я уверена в том, что не хочу.

Он вздыхает.

- Слушай, мне очень жаль, хорошо, - говорит он. - Я не должен был говорить то, что я сказал прошлым вечером.

Я киваю.

- Хорошо, - смягчаюсь я. - Но это не значит, что я собираюсь пойти с тобой на обед.

Он проводит языком по губам, нахмурившись.

- А куда ты пойдешь?

- В магазин за продуктами.

- Я пойду с тобой, и мы сможем отправиться на обед после.

- Нет, Гарри. - Выпрямляя спину, проговариваю я. - Я не... я не думаю, что могу проводить свое время с тобой сейчас.

Он долго смотрит на меня и, в конце концов, кивает.

Я признаю: больно видеть, как он смотрит на меня, но я качаю головой и иду по коридору вниз, принимая решение спуститься в лобби по лестнице, а не перетерпеть с ним поездку в лифте.

Мои ноги утопают в слое снега снаружи, и я оставляю черные следы, когда иду. Несмотря на мое относительно кислое настроение сейчас, снег поднимает мне его, когда я тащусь к своей машине.

Я окунаюсь в тепло, когда проскальзываю в салон автомобиля на водительское сидение, перекинув волосы через плечо.

Я закусываю свою губу, когда еду, обращая особое внимание на лед на дороге. Этот снег напоминает мне о Нью-Йорке, и я улыбаюсь, немного думаю о доме.

Интересно, что делают мои родители сейчас, ведь они завершили свой развод на прошлой неделе. Я имею в виду, что я даже не звонила им, думаю, просто забыла об этом.

Я набираю номер своей матери и вздыхаю.

- Алло?

- Привет, мама, это Роуз.

- О! Привет, Рози, как ты? - Ее тон звучит уставшим, практически истощенным.

- Я в порядке, как все? Как... папа?

- О, - она делает паузу. - Он переехал на прошлой неделе. Я получила во владение дом.

Мое сердце тонет и скребет в моей грудной клетке. Мои родители уже действительно больше не вместе.

- В любом случае, расскажи мне о Портленде.

Я рассказываю ей о том, что вчера в городе пошел снег и как мои дела на работе.

- И как там Аарон? Вы сделали то, что хотели?

Я почти смеюсь.

- Нет, нет, мы не сделали.

- О, мне очень жаль, Роуз. А как твой сосед?

Я замерла. Я не помню, что говорила ей о Гарри.

- Сосед?

- Элизабет сказала, что у тебя есть, цитирую: «Горячий сосед».

Я расхохоталась, повернув машину на место парковки супермаркета. Сейчас как раз-таки я и вспомнила, что точно говорила с Элизабет о Гарри ночью. Мы обсуждали его, но я точно не описывала его, как «горячий».

- Ну? - Спрашивает моя мать, и я слышу ухмылку в ее голосе.

- Гарри и я... друзья, - говорю я. Могу ли я сказать, что что-то большее?

"Я бы скорее полз на коленях к Вайлет, чем когда-либо имел чувства к тебе"

"Я чувствую себя намного меньше, чем ничего для нее"

- Ох, ну, я слышала, что он британец.

Улыбка моментом спала с моего лица.

- Да.

- Роуз? Ты в порядке?

Я качаю головой, вздыхая.

- Да, прости. Я тебе перезвоню позже, но на этой неделе, я сейчас в супермаркете.

- Хорошо, я поговорю еще с тобой в ближайшее время. Люблю тебя, Роуз.

- Люблю тебя, мама, - слегка расплывшись в улыбке, произношу я и роняю телефон на колени, зажимая нижнюю губу между зубами.

"Я чувствую себя намного меньше, чем ничего для нее"

"Я бы пожелал тебя"

"Я бы скорее полз на коленях к Вайлет, чем когда-либо имел чувства к тебе"

"Я пожелал тебя"

Его слова обостряются в моей голове, и я кладу ее на свои руки.

Я должна была пойти на обед с ним, я бы извинилась. Я должна была сказать ему, что не имела в виду то, что говорила накануне, и все бы вернулось бы на свои места.

Думаю, что сейчас не существует понятия «нормально», когда дело доходит до меня и Гарри.

***

Неделя Благодарения проходит быстро для меня.

Почти каждый день наш «альянс», как мы привыкли его называть, встречается. Большинство раз мы встречаемся на квартире у Гарри, но иногда мы идем к Зейну. Мы решили, что должны быть более осторожными, когда дело доходит до Алека: он непредсказуем.

Мы также договорились с ребятами, что скоро нужно поговорить с Робертом Кристаллом о «Вульф» предприятии. Наше время уже на исходе, и мы это знаем.

Гарри даже и не пытался поговорить все это время со мной, как и я с ним. Он держался на расстоянии, я - тоже. Но ночью он всегда врывается в мои сны.

Был только один раз, когда мы заговорили с друг другом: его почта попала в мой ящик в ночь на вторник.

Я тихо постучала в его дверь.

Когда он открыл мне, он закончил свой разговор, в результате чего все еще держал телефон над ухом. На нем был фланелевый плед и носки.

Он убрал свой телефон, и его глаза медленно пробежались по моему лицу. Я видела, что он действительно изучал меня, мою душу.

- Твоя почта попала в мой ящик, - говорю я, наконец-то подавая стопку конвертов ему в руки.

Он взял бумаги без слов.

- О.

Я сглотнула.

- Спасибо, - сдержанно произнес он и кивнул.

- Нет проблем, - прочистив горло, я проделала туже махинацию - кивнула.

Развернулась и начинала отходить, когда услышала его грубый голос, зовущий меня по имени.

Я огляделась назад.

- Я думаю, что мы должны поговорить с этим почтальоном.

Углы моих губ приподнялись, образовывая улыбку.

Он кивнул мне снова с легкой улыбкой на губах, прежде чем закрыл дверь.

Я провела день Благодарения с парой своих коллег: Зейном, Перри, Ланой, Филом и Джесси. Перри тогда приготовила обед у себя дома, и еда была просто превосходной. Весь ужин я думала, что Гарри был одинок в этот день.

Я оставалась у Перри приблизительно до девяти часов вечера, прежде чем пожелать всем спокойной ночи, несмотря на их немного пьяные запросы, чтобы я осталась. Я ответила им, что мы встретимся в понедельник, и ушла.

Когда я ехала домой по шоссе, мне позвонили.

- Алло? - спросила я, сняв трубку.

- Роуз, встреть меня где-нибудь.

Я наморщила лоб.

- Гарри?

- Да, это Гарри. Ты просто можешь меня встретить где-нибудь?

- Зачем? - вздохнув и приподняв одну бровь, спросила я, смотря на дорогу.

- Пожалуйста. - Его голос немного обрывался в конце, и мое сердце от этого мгновенно прибавляло ходу, когда я повернула на обочину дороги.

- Где ты?

Он дал мне адрес и повесил трубку.

Беспокойство импульсами проходило через меня, когда я следовала по указанным координатам Гарри, поворачивая в зону ресторана «Willamette» на реке.

Я вышла из машины и начала оглядываться, заметив Гарри дальше от меня на пару автомобилей.

- Гарри? - спросила я, когда подошла к нему.

Он остановился, когда я оказалась рядом с ним. Его зеленые глаза в тот момент были дикими, а щеки вспыхнули красным цветом из-за холода на улице, он был одет в темную куртку и сапоги. Он сглотнул, и его кадык подпрыгнул вверх в горле.

- Мне позвонили, - сказал он мне дрожащим голосом.

- Кто?

- Моя... - он вздохнул. - Моя сестра.