Hidden [ Russian Translation ]

В конце концов, Гарри действительно делает мне чай, тот же самый, «Seven Eleven», который он готовил мне в ночь нападения Луи и Найла. Мы сидим у кухонной стойки и смотрим в окно, наблюдая, как дождь застилает все вокруг снаружи.

- Эй, - вдруг произносит Гарри. - Это первый день октября.

Я расплываюсь в легкой улыбке.

- Да, - говорю я, - это так.

После этого следует молчание.

Я эмоционально истощена из-за событий, произошедших со мной буквально час назад. Моя щека горит алым цветом от удара Арона. Я так сильно ненавижу себя, ведь я сделала то же самое, что и пару лет тому назад.

Гарри размешивает чайной ложечкой чай и смиренно что-то напевает себе под нос. Только сейчас замечаю, насколько же он прекрасен с его зелеными глазами, опущенными на его кружку, с его черными ресницами, обрамляющими глаза.

Его замысловатые татуировки видны из-под темно-синей футболки, а лицо расслабленно, что само собой необычно, ведь оно большую часть времени всегда напряжено.

- Есть ли у тебя братья или сестры?

Гарри смотрит на меня.

- Братья или сестры?

- Да, братья или сестры, - качнув головой, поддакиваю я.

- Да, - говорит он, глядя вниз. - Сестра. - Смотрит в окно на проливной дождь и вздыхает.

- Сколько ей?

- Я не помню, - отвечает он, закусив губу, смотря на меня. - Я не видел ее в течение трех лет.

Чувствую порез в глубине души и отступаю назад:

- О.

- Как насчет твоей сестры?

Я сглатываю.

- Что насчет нее?

- Да, сколько ей лет? - пожав плечами, спрашивает он.

- Ей... девятнадцать, - запинаясь, проговариваю я, отводя свой взгляд.

- Девятнадцать, - повторяет он, смотря на свою кружку.

- Я не видела ее в течение года.

- Почему?

- Потому что она ненавидит меня, - закусив губу, отвечаю я.

Видно, что Гарри хочет спросить больше, но, к моему удивлению, он этого не делает. Я допиваю оставшуюся часть чая и опускаю кружку на подставку.

- Спасибо за чай, - мягко улыбнувшись, благодарю я.

Гарри берет мою кружку и помещает ее в посудомоечную машину, кивая.

- Не хочешь остаться?

Я качаю головой, смотря в пол.

- Роуз.

Поднимаю голову и сталкиваюсь с ним взглядом.

- Ты уверена, что в порядке?

Я пожимаю плечами, глядя в пол. Он подходит ко мне, дергая меня за руку, пока мое лицо не падает на его грудь в нежные объятия. Слезы выскальзывают из глаз и скатываются по щекам.

Это уже третий раз, когда я плачу перед Гарри, и я чувствую себя так ужасно, как и в предыдущее два раза. Мне не нравится ощущать себя таким образом и показывать свою слабость Гарри, делая только хуже.

Я чувствую его теплую ладонь, которая успокаивающе гладит меня по спине. И он шепчет:

- Тшш, - в мои волосы. Я испачкала его футболку слезами, как и свою душу, которая просит быть кем-то любимой.

- Ты в порядке, Роуз? - тихо спрашивает Гарри, и я отстраняюсь, кивая и вытирая слезы с щек. Парень кладет свои руки на мои плечи, заглядывая глубоко в меня.

- Мне очень жаль, - бормочу я.

- Нет, - говорит он. - Все в порядке, тебе было больно.

Я киваю головой, и он откидывается на стойку позади себя, убирая руки с моих плеч, засовывает себе их обратно в карманы джинс.

Я делаю несколько глубоких вдохов, и Гарри смотрит на меня, нахмурив брови, сканируя взглядом.

Зеленый цвет его радужки, кажется, держит своего рода сочувствие внутри, интригуя меня и разбивая сердце.

- Ты любила его? - Глубокий голос Гарри нарушает тишину.

- Аарона?

Он кивает.

- Нет, - опуская глаза, спокойно отвечаю я. - Никогда не была влюблена.

- Тебе повезло, - отвечает он, ухмыляясь.

- А ты любил? - помещая на него свой пристальный взгляд, спрашиваю я.

Гарри вздыхает, прежде чем повернуть голову в бок, чтобы взглянуть в окно.

Он кивает.

- Что произошло? - смею спросить я.

- Ничего, - отвечает он.

- Да ладно, что-то должно было произойти, - говорю я, приподнимая бровь.

- В этом-то и дело, - говорит он почти печально. - Ничего не произошло. - Его глаза налиты болью, и мое сердце при виде их томно сжимается.

- Я уверена, что ты еще найдешь кого-нибудь, кого сможешь полюбить, - говорю ему я.

Гарри сухо смеется.

- Любовь является абстракцией, - говорит он. - Она не приносит ничего, кроме неприятностей. - Он снова смеётся и проводит языком по зубам.

Подавляющее меня чувство грусти охватывает в тот момент нас обоих.

Гарри из-за потери любви отказывается верить в нее, а я боюсь остаться одна. Кажется, что мы полные противоположности, трагические противоположности.

- Гарри, - говорю я, и он смотрит на меня. - Я не выглядела счастливой все это время, но я рада, что встретила тебя, правда.

Легкая улыбка пересекает лицо Гарри.

- Веришь или нет, но это чувство взаимное, - отвечает он.

Вскоре после этого я покидаю квартиру Гарри. За короткий месяц, в течение которого я пребывала в Портленде, мои аспекты жизни поменялись: я прошла путь от (почти) любви до ненависти к Аарону и ненависти к Гарри до, хорошо, не ненависти к нему.

Я понимаю, что не сказала Гарри, что собираюсь в Нью-Йорк. И это, должно быть, хорошо: лучше избежать всю драму с Алеком и Аароном.

Прохожу в спальню и стаскиваю свой чемодан с верха моего шкафа. Возможно, это будет не так плохо, пока я не вскрою старые раны со своей сестрой.