Глава 25
Чонгук
Я проснулся от звука льющейся воды и приглушенных шуршащих звуков из туалета. Джен вошла в комнату, полностью одетая, выглядящая чертовски сексуально. Она собрала волосы в беспорядочный пучок, и мой очень большой свитер свисал с нее.
— Ты ведь не сбежишь от меня, правда?
Она подпрыгнула на полфута в воздух, широко раскрыв глаза.
— Господи, Чонгук, ты меня напугал.
Она схватилась за грудь, как будто пыталась удержать свое сердце внутри, и сделала три успокаивающих вдоха, прежде чем заговорить.
— Я пыталась вести себя тихо, чтобы не разбудить тебя. Еще рано.
— Ты тайком от меня ушла? — я поднял бровь, ожидая ее ответа.
— Тайное бегство подразумевает что-то гнусное. Я позволила тебе спать. Сейчас восемь утра, и я почти уверена, что вчера мы не могли уснуть до трех ночи, — легкий румянец на ее щеках точно сказал мне, о чем она думала. Я протер глаза, прогоняя сон, и мой взгляд блуждал по ее раскрасневшейся коже.
Сев в кровати, я свесил ноги с края.
— Ага, — я попытался отыграться, как будто я не купился на это, но ухмылка тронула мои губы.
Она переместилась в пределах досягаемости, и я притянул ее к себе между ног, ее руки поднялись к моим плечам, когда она опустила свои губы к моим. Не потребовалось много времени, чтобы наш поцелуй превратился из легкого утреннего прикосновения в глубокое, голодное притяжение.
Она схватила меня за волосы, и моя голова откинулась назад, так что ее голова оказалась рядом с моим ухом. Ее зубы пробежались по раковине, прежде чем прикусить мягкую плоть, заставив меня одобрительно застонать.
— Из-за тебя я могу опоздать.
— Куда ты идешь? — мои руки скользнули вверх по ее ногам, схватив твердые полушария ее задницы. Сегодня вечером я уезжаю, чтобы провести весенние каникулы с мамой, и мне показалось, что она собирается от меня сбежать. Я хотел попросить ее поехать со мной, но моя гордость помешала, не желая слышать, как она говорит «нет». Она останется здесь на неделю. Она отмахнулась от вопроса, почему не собирается возвращаться домой.
— Я закрываю смену Джису. У меня едва хватает времени заехать домой за рабочей одеждой. Потом побегу на работу, — ее губы коснулись моей шеи, и ее мягкое дыхание овеяло мою кожу. Дрожь пробежала по мне от ее нежного прикосновения. Она перевела взгляд на мою заметную эрекцию, которая была едва прикрыта простыней. Ее язык высунулся, увлажняя нижнюю губу, и я сильнее сжал ее задницу, вырвав стон из ее рта. Я положил руку ей на талию, а другая рука скользнула вверх, чтобы обхватить ее грудь.
— Во сколько ты заканчиваешь?
Она склонила голову к моей и глубоко вздохнула.
— Только после того, как ты уедешь.
Моя хватка усилилась, мне не нравилось, что это будет последний раз, когда я вижу ее в течение недели.
— Скажи, что заболела.
Она выпрямилась, хрипло вздохнула и отступила назад.
— Мне нужно идти.
Я был уверен, что она пыталась звучать строгой, но получилось с придыханием.
— Скажи, что опоздаешь.
Она несколько секунд изучала мой взгляд, прежде чем быстро набрала сообщение и бросила телефон на пол.
— У нас есть полчаса. Думаешь, ты успеешь со всем управиться?
Я, не теряя времени, оторвал ее от земли и прижал к кровати под собой.
— Проблема, я собираюсь использовать каждую секунду, чтобы заставить тебя вспомнить, кого именно ты будешь ждешь, — я поцеловал ее шею, сильно посасывая, и прикусил покрасневшую кожу, оставляя следы по всему телу. Таким образом, она будет думать обо мне каждый раз, когда будет смотреть в зеркало. Она тихонько промычала и наклонила голову, освобождая мне место. Моя девочка хотела, чтобы ее отметили.
Я стянул с нее футболку, спустил чашечку ее лифчика и втянул ее сосок в рот. Она ахнула, когда я прикусил чувствительную кожу ее груди и оставил следы там, где только она могла видеть.
— Чонгук, — ее голос звучал отчаянно, и я быстро просунул руку под ее трусики.
Я застонал, когда мои пальцы скользнули по ее гладким складкам и протянули ее возбуждение из ее дырочки на ее клитор, пока она не извивалась под моими прикосновениями.
— Ты не будешь прикасаться к себе, когда я уеду, — скомандовал я, сильнее нажимая на ее клитор, и она захныкала, отчаянно приближаясь к своему оргазму.
Я ослабил давление, наслаждаясь ее криком протеста, что я прячу от нее то, в чем она больше всего нуждалась, но я должен был это услышать.
— Твоя киска — моя, Проблема. Теперь скажи это.
Она извивалась под моей рукой, пытаясь справиться с трением, но я прижал ее бедра своей рукой.
Она посмотрела на меня, гнев, смешанный с разочарованием, ясно читался в ее взгляде. Я прикусил ее нижнюю губу, затем погладил ее языком.
— Мне нужно услышать, как ты это говоришь. Мне нужно знать, что я единственный, кто может заставить тебя кончить. Даже не ты.
У нее перехватило дыхание, и она прикусила мою нижнюю губу, достаточно резко, чтобы оставить след.
— Ты единственный, кто может заставить меня кончить.
Я удовлетворенно зарычал и погрузил пальцы в ее киску, зацепив их за мягкое место спереди. Я потирал ее клитор непрерывными кругами и наблюдал, как она все ближе и ближе подбиралась к своему оргазму.
Ее глаза закрылись, как раз на пике, и я застонал.
— Открой глаза, Дженни. Я хочу видеть, как именно ты выглядишь, когда кончаешь для меня.
Ее веки распахнулись, и она сделала несколько глубоких вдохов, так близко к оргазму, что она захныкала, чтобы я толкнул ее через край. Я ввел третий палец, двигая ими как ножницами, чтобы занять больше места, и ее киска запульсировала вокруг моих пальцев, когда ее оргазм вырвался наружу.
Я рухнул рядом с ней и прошептал ей на ухо.
— Ты выглядишь такой красивой, когда кончаешь для меня. Я буду скучать по твоей сладкой киске, и тебе повезло, что тебе нужно идти на работу, потому что я бы трахал тебя до тех пор, пока ты не смогла бы ходить, если бы у нас было больше времени.
Она издала бессвязный звук, и я поцеловал ее в макушку, выдохнув.
— Я провожу тебя.
Дженни издала звук протеста, но слезла с меня, поправляя одежду, и ее глаза округлились, когда простыня упала, а мой член подпрыгнул, привлекая ее внимание. По моим губам скользнула злая улыбка, но я схватил пару спортивных штанов, наблюдая за ее глазами, когда она смотрела, пока я полностью не оделся. Я облизал нижнюю губу, удовлетворение побежало по моим венам при виде темно-фиолетовых синяков, покрывающих ее шею.
Она посмотрела на меня, не в силах скрыть разочарование, мелькнувшее в уголках ее глаз.
— Не смотри на меня так, — я обхватил ее руками, — Это ты опаздываешь.
Она фыркнула, но взяла меня за руку, следуя за мной к входной двери. Прежде чем она смогла сбежать, я наклонился к ее губам. Она застыла на месте, ожидая, когда я пошевелюсь, и ее язык выскользнул, облизывая нижнюю губу в ожидании.
Я держал свой рот вне досягаемости, нуждаясь в том, чтобы она дотянулась до меня.
— Тебе придется поцеловать меня, Проблема, — мой голос был едва громче шепота.
Без колебаний она наклонила голову, поднявшись на цыпочки, и соединила наши рты. Внутри меня раздался стон, когда я сильнее прижал ее к груди. Я пытался сделать поцелуй медленным и долгим, но она запустила руки в мои волосы, притягивая мой рот ближе. Я шагнул вперед, прижимая ее к открытому дверному косяку, и ее тело стало мягким и податливым рядом с моим. Потребовалась вся сила воли, чтобы разорвать поцелуй, и я прижался лбом к ее лбу, пока мы оба не отдышались.
— Увидимся через неделю, Проблема, — мой голос был грубым, я не хотел отпускать ее. Мне нужно было провести с ней больше времени, прежде чем я уеду. Я проглотил эту мысль и вместо этого повел ее к машине. Я украл еще один поцелуй, прежде чем посмотреть, как она садится в машину и уезжает.
Когда я вернулся внутрь, я услышал, как кто-то прочистил горло.
— Не хочешь рассказать мне, что это было? — Совон спросила с того места, где они с Джином стояли на кухне.
— Блять, если бы я знал, — я провел руками по волосам. Я вляпался по уши.
— Она сказала тебе фразу «давай будем друзьями», Чонгуки? — Совон ухмыльнулась от уха до уха.
Я оставался невозмутимым, не реагируя на ее насмешки.
— Не волнуйся, это случается с лучшими друзьями. Не со мной, но ты знаешь... с другими, — крикнул Джин из другой комнаты.
— Это несерьезно, — эти слова задели меня, и глубокий вдох вырвался со вздохом. Я уеду и не вписывался в ее идеальные планы. Этого было достаточно. Наслаждения этим должно было быть достаточно.
— Но это то, чего ты на самом деле хочешь? — глаза Совон были знающими и исследовали то, что я держал в секрете даже от самого себя.
— Я услышал ее. Она хочет быть друзьями... ну... больше, чем друзьями, — я пожал плечами, — Пока я беру то, что могу, — когда я попытался отвернуться, она положила руку мне на плечо.
— Видишь ли, это «пока» меня беспокоит, — ее глаза были полны беспокойства, когда она посмотрела туда, куда только что уехала Джен.
— Детка, перестань придираться к нему. Он никогда не был так сильно влюблен. Для него это незнакомая территория, — Джин пригнулся, увернувшись от моего кулака.
— Я просто говорю, что никогда не видела тебя таким счастливым. В тебе что-то изменилось. Верно, детка? — Совон выжидающе уставилась на Джина.
— Она права, чувак. Я не уверен, что когда-либо видел тебя таким... счастливым, — сказал Джин, пожимая плечами.
Счастлив ли я? Я думал, что счастье приходит только в виде катания на коньках, но Дженни показала мне, что маленькие моменты могут быть такими же забавными.
— В любом случае, ребята, мне тоже нужно бежать. Увидимся вечером, — Совон поцеловала Джина так, что я пожалел, что Джен все еще нет рядом. Как только она вошла в дверь, Джин посмотрел на меня. Они собирались к ее родителям на весенние каникулы.
— Серьезно, чувак, у тебя все в порядке?
Неужели он думал, что я собираюсь признать, что это было похоже на удар кинжалом в мою грудь, когда она произнесла слова «друзья»? Тем не менее, она была права. Не было смысла притворяться. Джен ясно дала понять, что у нас нет будущего. Вместо этого я кивнул.
— Ладно, хорошо, потому что нам нужно кое-что спланировать, — широкая улыбка расплылась по его лицу.
— Что? — я не был уверен, что мне нравится выражение его глаз.
— Я собираюсь сделать Совон предложение, когда мы вернемся. У меня уже есть кольцо и все остальное, — он показал мне огромный бриллиант, оправленный в простое кольцо.
— Разве ты не молод для этого? — хотя, если кто и мог это сделать, так это они.
— Нет, — он покачал головой, — Я абсолютно уверен в этом.
Я обнял его за плечи.
— Тогда ладно. Как ты собираешься это сделать?
— Я думаю, мы устроим сюрприз вместе со всеми нашими друзьями, фотографом, и все такое. Тогда мы могли бы устроить вечеринку по случаю помолвки в тот же вечер, — в любом другом случае, я бы подумал, что это поставит многое на карту, но я был уверен, что Совон скажет «да». Джин явно тоже это знал.
— Может быть, Джен примет в этом участие. Поможете обмануть Совон, чтобы она получила настоящий сюрприз?
— Может быть.
Дженни
Когда я вернулась домой с работы, я прокричала.
— Дорогая, я дома, — достаточно громким голосом, чтобы эхо отразилось от стен. Моя улыбка исчезла, когда я поняла, что Джису нет дома. Я со стуком бросила сумку на землю и включила свет, направляясь на кухню. Мои плечи опустились, и шея хрустнула, когда я повернула ее. Живот урчал, я проверила холодильник, но сколько бы раз я его ни открывала и ни закрывала, там по-прежнему был только унылый пакет детского шпината, засунутый в дальний угол.
Я схватила коробку крекеров и случайный ломтик сыра и вернулась в свою комнату. Быстро сняв рабочую форму, которая прилипла к телу после долгого дня, я надела свою самую удобную пижаму. Вооружившись горстью крекеров в одной руке, я плюхнулась на кровать.
После пятнадцати минут прокрутки Netflix я закрыла свой ноутбук, барабаня пальцами по крышке, и дрожь пробралась под мою кожу. Господи, возьми себя в руки.
Прошло несколько недель с тех пор, как я была дома одна. Обычно я тусовалась со своими соседками по комнате или была у Чонгука. Раздражение покинуло меня, когда я перегнулась через край кровати и схватила свою сумку с пола. Подходящее время для чтения. Я открыла приложение Kindle на своем телефоне и попыталась использовать книгу, чтобы заснуть. Раньше у меня не было проблем с одиночеством. Если уж на то пошло, я предпочитала тихие моменты со своими книгами. Эта постоянная тяга к Чонгуку, которого я видела всего несколько часов назад, подчеркивала риск, которому я подвергала себя.
Мой телефон завибрировал у меня в руке, и я улыбнулась, увидев это имя. Позже будет много времени, чтобы побыть одной.
Чонгук: Что ты делаешь завтра?
Я: Работаю.
Чонгук: Чем ты сейчас занимаешься?
Я: Лежу в постели.
Мой телефон зажужжал, когда он позвонил.
— Привет, — его грубый голос проникал мне в душу, пробирал до глубины души.
— Хммм, — это все, что вырвалось, когда я попыталась заговорить.
— Как прошел твой день сегодня, Проблема? — его голос стал ниже, когда он растягивал слоги в моем прозвище.
Мое тело пылало от его слов. Этот человек станет моей смертью. Я потянула себя за воротник, пытаясь остыть.
— Ты прекрасно знаешь, каким был мой день, — сказала я, безуспешно пытаясь, чтобы мой голос звучал естественно. Я ненавидела то, что он должен был уехать домой, и я не могу просто пойти к нему сегодня вечером.
Чонгук поднял настроение своим смехом.
— Я знаю, что мой день был фантастическим. Я провел утро с девушкой, от которой без ума, — наступила пауза, когда он на мгновение заколебался, — Джен? — мое имя прозвучало как вопрос.
— Ммм?
— Что мы делаем? — Чонгук сделал паузу, и я была так неподвижна, что забыла дышать, — Потому что это реально для меня. Я знаю, ты сказала, что мы ограничены в времени. Ты все еще уверена в этом? — его голос был неуверенным, чуть громче шепота.
Мое сердце сжалось в груди, отчаянно желая поддаться нашему притяжению и сделать все, что нам нужно, чтобы остаться вместе. Потребность была настолько сильной, что мне пришлось сжать зубы, чтобы не сказать ему, что все изменилось. Я хотела избавиться от всего этого беспокойства, но правда была в том, что я не могла.
Было весело и между нами была эта связь, но это было мимолетно. Скоро он уедет отсюда, и что это оставит мне? Я не отдавала свое сердце тому, у кого уже была первая любовь. Жизнь Чонгука вращалась вокруг хоккея. У него были контрактные обязательства перед своей командой. Для меня не было постоянного места. Не отказавшись от своей мечты следовать за ним.
— Я уверена, — сказала я, стиснув зубы, чтобы не взять свои слова обратно. Мои губы задрожали, но я сделала глубокий, успокаивающий вдох, готовясь к его следующим словам. Я прислушивалась к его дыханию, ожидая, когда он заговорит.
— Хорошо, Дженни, — на этот раз он произнес мое имя так, словно оно обожгло его, и та часть меня, которую я прятала от самой себя, запихивая его глубоко внутрь, захныкала, зная, что это последний раз, когда он спрашивает.
Чонгук прочистил горло, прежде чем перейти к случайным темам.
— Знаешь ли ты, что мы называем танки «танками», потому что в Первую мировую войну армия замаскировала их, чтобы они выглядели как вода, и установили цистерны, чтобы скрыть их? Думаю, название прижилось, — от ритма его голоса меня клонило в сон, но мы продолжали разговаривать всю ночь.
Это будут самые длинные весенние каникулы в моей жизни. Я просто надеялась, что у меня хватит сил справиться с этим.