~Глава 17~
Сквозь сон я слышу, что открывается входная дверь. По шагам я сразу понял, что это мама. Она шуршала сумками. По ощущениям можно догадаться, что она направлялась в ванную.
Мама открыла дверь и увидела нас, что мы спим в обнимку на холодном кафеле.
Она вздохнула и сказала:
— Мальчики мои…
Она начала поднимать меня с пола на руки. Я в свою очередь не хотел того, чтобы она меня поднимала и отнесла в комнату.
— Ричи давай… Давай милый… — говорила шепотом мама.
Она меня всё-таки взяла на руки и отнесла в комнату.
Мама положила меня нежно на кровать, накрыла пледом и поцеловала.
Тоже самое она сделала и с Борисом.
Я почти сразу уснул.
На утро я проснулся где-то в 14:05. Я подхватился и стал быстро собираться в школу.
Спускаюсь на первый этаж и уже забегая в прихожую, начал быстро одеваться.
В прихожую вышла мама и спросила меня:
— Ты куда?... — не закончила она предложения, так как я её перебил.
— Я в школу. — сказал я одевая кроссы.
Мама тихо ко мне подошла и сказала:
— Ты всё равно уже никуда не успеешь… Раздевайся и отдыхай… А завтра пойдёте с Борисом в школу…
— Ты сейчас серьёзно? — спросил я и оставил кроссы в покое.
— Да, конечно. Тем более остался последний урок.
— Ладно. — сказал я и начал раздеваться.
Я направился на второй этаж. Прохожу мимо комнаты Бориса и решаюсь зайти к нему.
Открыл дверь и вижу, что он рисует. Он рисовал всё в чёрно-белых тонах. Всё как-то грустно. Борис рисовал дождливую погоду в городке Дерри. Скажу честно… Он рисовал очень красиво… Он рисовал реально… Как-будто капли дождя, которые он рисовал были реальны. Чёрно-белые облака на небе, как-будто передвигались. Дома на его картине были тёмными и мокрыми.
Я к нему подошёл и сказал:
— Привет.
Борис, не отрываясь от картины мне ответил:
— Привет, Ричи.
— Красиво получается. — сказал я глядя на него.
Он сразу перестал возить кисточкой по холсту, когда услышал эту фразу. Видно, что ему и не говорили и этого.
Краска с кисточки начала стекать вниз по холсту и уже достала до края… И вся картина была испорчена.
— Борис… Всё хорошо? — спросил осторожно я. — У тебя картина портится, Борис…
Он вышел из раздумий и вернулся в реальность…
Борис посмотрел на меня и сказал:
— Спасибо. — и поставил кисточку на место в стаканчик.
Борис подошёл к стулу взял свой чёрный пиджак, надел его, открыл окно, сел на подоконник и прикурил.
— Борис? — спросил я, стоящий около картины.
Борис смотрел на дождливую погоду и курил.
И не отрываясь от этого… Он спросил:
— Да, Рич?
— С тобой всё хорошо? — снова осторожно спросил я.
— Вполне. — ответил мой брат, глядя в окно.
— А кар… — уже было начал я, но меня перебил Борис.
— Я позже её подправлю. — сказал мой брат.
Я стоял вообще не в понятках. Он какой-то стал холодным, когда я сказал ему эту фразу.
— Это из-за меня? — спросил я.
Он вдохнул в себя никотин и снова выдохнул его. Никотин растворялся на прохладной и мокрой улице Дерри.
Вскоре он ответил:
— Нет. — и продолжил курить.
Между нами была пауза, которою вскоре прервал я:
— А из-за кого, если не секрет?
Я конечно догадывался о ком сейчас пойдёт речь…
— Из-за отца… — ответил наконец Борис и повернул голову в мою сторону.
— Расскажешь? — задал я вопрос.
— Он мне таких слов не говорил… — сказал Борис. — Никогда. (Борис выделил это слово) — и снова повернулся к окну.
— Я говорю. — сказал я с лёгкой улыбкой.
На лице Бориса тоже можно было заметить лёгкую улыбку.
— Тебе правда нравится? — спросил Борис.
— Да, ты очень красиво рисуешь… Я бы сказал, очень реально… Ты учился где-то? — спросил с интересом я.
— Я сам научился… Отец в помине не знал, что я рисую… — тут он на некоторое время замолчал. — До одного момента.
~Воспоминания Бориса~
Борис в этот момент находился в своей комнате и рисовал. Он макал кисточку в яркие краски и наносил их на холст. У него получалось очень красиво и ярко. Он передал всю красоту улицы, которая выходила через окно.
Вдруг врывается к нему в комнату отец и начинает орать:
— Борис, ты опять этой хернёй занимаешься? Лучше бы мозги в лучшее дело направлял… — не успел он закончить предложение, как его перебил сын.
— К примеру, как твоя шахта? — спокойно задал вопрос Борис. — Роешься каждый день в ней… А толку? Всё равно, потом приходишь и выпиваешь со своими бабами… Но ты забываешь одну вещь… У тебя есть сын… А в место того, чтобы покормить ребёнка… Ты в свою очередь… Запираешь его на ключ… — сказал с лёгким негативом Борис.
— Я хотя бы хоть что-то добился в этой жизни… А ты нечего… Ты пока что, пустое место… — начал говорить отец. — И ты этими картинами ничего не добьёшься… НИЧЕГО…
Борис стоял около холста и сказал:
— А откуда ты это знаешь? Может я буду знаменитым художником…
Отец стоял около него.
— Ты думаешь… Наркоман может стать знаменитостью? Не смеши меня… — сказал отец.
Борис от этого напряжения сжал кисточку и она разломилась на две части.
— А кто сделал меня этим наркоманом? — спросил уже со злостью Борис.
— МОЛЧАТЬ. — закричал отец и замахнулся ремнём, ударил Бориса по спине.
Борис еле-еле держался на ногах, но не упал.
Отец Бориса покидал все краски и они отлетели в стену. Вся стена была в разных оттенков красок. Краски стекали медленно вниз до самого плинтуса. Он взял холст и разломал его на две части перед глазами Бориса.
— В следующий раз… Будешь думать, злить меня или лучше не стоит… — сказал тот и кинул куски холста на пол.
Вскоре он удалился из комнаты Бориса.
Борис сдавил ком, который стоял у него в горле… Он наклонился перед кусками холста и тихо сказал:
— Ненавижу тебя…
~Конец воспоминаний Бориса~
— Борис? — спросил я.
Борис был в ступоре, но вскоре вернулся в реальность…
— Да, я в норме. — ответил мне мой брат.
Я стоял около него.
— Точно всё хорошо? — ещё раз спросил я.
Он немного подумал и ответил:
— Да.
Вроде утвердительный ответ, но сомнение меня не покидало. Я переживал за него и не знал что мне сделать.
Время подходило к вечеру… Мы сделали все свои дела, по ужинали и легли спать.