Глава 6
Но конечно, перед тем, как вкусить изыски жизни аристократов в виде вина от госпожи Ву, Бай Лан Хуа необходимо было сменить спальную одежду на обычную.
Несколько часов назад, перед тем как заснуть, Бай Лан Хуа опять попросил поддержки у Системы, чтобы переодеться. Но в этот раз он в состоянии справиться самостоятельно, всё таки он не считал себя глупым мальчиком.
Порывшись в кольце Ву Сяо Сина, он достал оттуда один черный ханьфу. "А черный цвет довольно практичен, заляпать не страшно, хотя... скорее всего, один такой комплект стоит кучу денег, и мне было бы его жалко, ха-ха, будь на Земле". Ему показалось, что и бывший владелец этого кольца думал схожим образом.
Учитывая то, что в ближайшее время Бай Лан Хуа не нужно было выходить на улицу, он подумывал о том, что можно было бы взять накидку и ходить в ней, на манер халата. Но попробовав так сделать, он понял, что материал либо слишком тонкий и оставляет изящный силуэт открытым для взгляда, либо же накидки были слишком жесткие, раздражающие своим прикосновением чувствительные зоны юного тела.
А мерил Бай Лан Хуа много накидок, без стеснения достав огромное зеркало из кольца Госпожи Ву, где он видел себя в полный рост.
В один момент, думая о том, что это тело принадлежало другому мужчине, Бай Лан Хуа наконец почувствовал неловкость, говоря отражению:
- Не будем говорить об 'этом' но, кхм, 'это' достаточно хорошо.
Делая вид, будто он говорил это Ву Сяо Сину, он показал большой палец вверх, забывая о том, что днём плевался на образ этого молодого человека.
Бай Лан Хуа в прошлом имел рост 180 сантиметров, что было достаточно неплохим показателем. Но он был стройным, что делало его ещё меньше, по сравнению с теми же самыми охранниками из бара и ненавистными клиентами. К счастью, имея красивое лицо с достаточно яркими глазами, он привлекал внимание девушек, что стабилизировало положение его самолюбия на среднем значении.
Сейчас, в 16 лет, тело Ву Сяо Сина ещё росло, но парень уже был красавцем, имея рост около того, до которого в итоге смог дорасти Бай Лан Хуа, по крайней мере, без линейки ему так казалось. Заинтересовавшись этим вопросом, он уточнил:
- Чувак, а какой рост у меня теперь?
[182 сантиметра.]
- Хехехе.
Бай Лан Хуа по-заговорщически смотрел на отражение, надевая первое попавшееся черное ханьфу.
Даже убрав зеркало, он сохранил слегка веселое настроение, идя на кухню. Этот мир пока был ему вполне по душе, а вчерашняя культивация была его первым опытом в таких делах, что было очень вдохновляюще.
Бай Лан Хуа помнил, что в детстве мог хранить радость даже от простой новой игрушки на протяжение многих дней и недель. Во взрослой же жизни отойдя от всех игрушек, он, даже если и радовал себя чем-то, то после желанной покупки он переставал чувствовать что-либо.
Это касалось в целом не только вещей, а общего его поведения. Радость? Только наедине с самим собой и какой-нибудь смешной новеллой.
Сейчас же, как это случалось чрезвычайно давно, после полного обновления его жизни, просто проснувшись, разговаривая с Системой, Бай Лан Хуа чувствовал волнение, смешанное с предвкушением.
Даже учитывая то, что его сон составлял лишь три часа, он все равно проснулся бодрым, сейчас у него было такое чувство, будто он уже опьянел, тихо смеясь со своих мыслей, он спросил у Системы:
- Чувак, а моя культивация этой техники идет неплохо, да? Мы укладываемся в срок?
[Да, Молодой Господин, ещё пять ночей и ваша душа стабилизируется в этом мире, также вам не нужно будет пользоваться этими техниками позднее.]
Вспоминая о том, что он талантливей главного героя, Бай Лан Хуа спросил:
- А это нормально, что моя душа золотая, учитывая душу Ли Сяо Луна? Разве он не должен по канону быть талантливее всех второстепенных персонажей?
[ Это не то, о чем нужно беспокоиться, Молодой Господин, в будущем Ли Сяо Лун тоже поднимет качество своей души, но, конечно, его способ будет сильно отличаться.]
Бай Лан Хуа угукнул, протягивая свои ручки к вину в кольце, понимая, что видимо события слишком далеки и ему рано их знать.
Ранее он ненавидел спойлеры, даже если сам знал события предстоящих глав, то видя комментарии, в которых повторяются его знания, он горел праведным гневом за тех, кому это могло испортить первое впечатление.
Но сейчас он не мог понять, хочется ли ему узнать о будущем развитии сюжета или же стоит продвигаться самому, не оглядываясь ни на что. Хотя он и прекращал такие мысли, вспоминая, что в любом случае ничего не узнает.
Приподнимая в руках кувшин с вином госпожи Ву, Бай Лан Хуа искусственно сделал свой голос ниже, громко и торжественно говоря:
- За Федерацию!*
После соприкосновения вина с его языком, его и так большие глаза, расширились ещё сильнее, Бай Лан Хуа совсем не уточнял у Системы на счет состава вина, и пока не обращал внимания на концентрацию Ци в окружающем пространстве, поэтому до глотка он никак не мог узнать, что вино наполнено обжигающей энергией Ян. Лицо его моментально покраснело, когда он совершил первый глоток, сразу делая ещё пару. Бай Лан Хуа ненадолго убрав кувшин ото рта облизнул свои яркие губы, собирая с них оставшиеся капли напитка.
Чувствуя яркий, ягодный вкус, не отдающим спиртом, он удовлетворенно улыбнулся, в задумчивости спрашивая у Системы, с помощью интуиции догадавшись о природе вина:
- Чувак, а мать Ву Сяо Сина положила только такое вино? Или с элементом Инь тоже?
[Совершенно верно, Молодой Господин, госпожа Ву положила вино с элементом Инь.]
- Хе-хе, а можно ли провести купажирование?
[Да, Молодой Господин, они дополнят друг друга, совершая очищение тела и меридиан с удвоенной силой.]
Просматривая кольцо Бай Лан Хуа кивнул, обращая внимание на крохотный значок огня и льда, которые были на большей части кувшинов.
Не спеша он достал кувшин с меткой льда, а затем задумался, но поспешно сказал, цитируя отца:
- 'Находясь вдалеке или вблизи, не забывай ниспослать здоровья ближнему своему'... За тебя, батя!
...
*Апчхи*
- Сер, вы не простудились? Мы можем отключить кондиционер с вашей стороны.
Симптоматичная стюардесса, раздающая напитки и еду в самолете, вежливо спросила у красивого мужчины чуть старше среднего возраста, но не растерявшего свой шарм.
- Да, будьте добры.
И несмотря на это, если бы здесь находился Бай Лан Хуа, то он бы отметил, что прежде насыщенный, темный цвет волос отца, уже местами сменился седыми полосами, начинающимися от висков. На Земле уже успело пройти две недели с момента смерти Бай Лан Хуа. И его тело уже было кремировано, но к сожалению, из-за некоторых проблем, на этой процедуре находилась лишь мать Бай Лан Хуа, а его отцу пришлось уехать из страны.
...
Делая ещё пару глотков, Бай Лан Хуа был вынужден остановиться, первое вино, обжигающее горло, определенно понравилось ему больше, чем это, которое имело противоположный эффект. Но он уровнял количество глотков, понимая, что вначале вино не было успело раскрыться, теперь же, привыкнув к колющему ощущению на языке и прохладе, текущей по горлу, Бай Лан Хуа в полной мере ощутил фруктовый, освежающий вкус. Оценивая ощущения, он довольно промычал, удовлетворенно облизываясь слегка занемевшим языком.
Горячее чувство сменилось прохладой, а смешавшись вместе, они нейтрализовались, оставляя после себя лишь тень вкуса фруктов и ягод.
Из кухни Бай Лан Хуа виднелось достаточно светлое, для такого раннего утра, нежно-желтое, покрытое легкой дымкой, небо, поэтому, он не нуждаясь в свечах, достал вино братьев Мо, не имеющее внутри себя никакой особой энергии, и после продолжил наслаждаться ранним утренним одиночеством.
Его сердце распалялось, и он постепенно вспоминал свои старые деньки на Земле.
Сейчас его первая проба вина казалась давно потерявшемся моментом среди вороха прошедших с того времени событий. Бай Лан Хуа тогда пил с подачки друзей, которые раздобыли алкоголь через своих старших братьев, это была их самая последняя встреча, когда родители парня только развелись, перед тем, как он с отцом переехал в Россию.
Несмотря на то, что всю ту встречу происходили грустные прощания, а сам Бай Лан Хуа очень печалился и даже пустил скупую слезу, его юношеское сердце закалялось, узнавая немного больше о темных уголках человеческой души.
Глотки вина шли один за другим и совсем вскоре первый кувшин был испит до конца.
Спустя длительный период молчания нервный смешок просочился сквозь мысли Бай Лан Хуа в реальность, его время, ежегодно тратящееся на всплески ностальгии, завершилось . Переживания ещё копились внутри, но он никак больше этого не показывал.
Когда же солнце слегка повыше поднялось из-за горизонта, окрашивая небо в более розовые тона, Бай Лан Хуа спросил у Системы, ничего, кроме покрасневших щечек и влажных губ, не выдавало в нем человека, выпившего более одного кувшина вина:
- Чувак, который сейчас час?
Голос его был так же четок и приятен, как и обычно, но дело было отнюдь не в том, что организм Ву Сяо Сина привык к алкоголю или же имел к нему иммунитет. Просто Бай Лан Хуа умел держать себя в руках, на самом деле чувствуя себя так, будто в ту же секунду растечется на полу.
[Молодой Господин, уже пять часов утра.]
Прошло уже два часа с момента пробуждения Бай Лан Хуа, и считая, что сейчас подходящее время для прогулки, он поднялся со стула, после наклонив голову в сторону своей комнаты, размышляя.
"Переодеться или нет?"
Вот, в чем был его главный вопрос. Зависнув на нем ненадолго, он прямо на кухне начал избавляться от одежды, считая, что путь до комнаты слишком сложен и опасен для него в данном состоянии.
Меняя черное ханьфу на нежно-голубое, которое он взял из кольца от Госпожи Ву, он провел рукой по волосам, возвращая им такой же прямой пробор, с каким он лег после расплетения хвоста. Затем он вновь достал огромное зеркало и нефритовую расческу, чтобы причесаться.
Далее он по коридору вновь прошел в гостиную, являющуюся последней комнатой перед выходом.
Идя чрезвычайно легкими шагами, он создавал впечатление настоящего благородного Молодого Господина Ву, но внутри его головы путешествие по дому казалась ему чрезвычайно долгим и мучительным, выйдя же на улицу, он и вправду почувствовал, что солнце в его глазах засветилось с новой силой, вдыхая утренний, а поэтому не успевший прогреться, и насыщенный влагой воздух полной грудью, Бай Лан Хуа отходил от выпитого вина с завидной скоростью.
Он сморгнул слезинки, появившиеся от больно ударивших в глаза ярких лучей солнца.
Молодой человек решил насладиться окружающим пейзажем, и уже успел осмотреть природу по линии горизонта, отмечая, что все сияет мягкими розовыми и желтыми оттенками, когда взгляд Бай Лан Хуа неожиданно наткнулся на фигуру Ли Сяо Луна, который также прогуливался в это время по их общему внутреннему двору.
Казалось, что Ли Сяо Лун был удивлен данной встречей во много раз больше, нежели Бай Лан Хуа, чьи глаза сверкали, а щеки до сих пор горели.
Бай Лан Хуа ушел от того расслабленного вида, что имел секунду назад, попытавшись нацепить холодное выражение лица, он приветственно помахал рукой, а Ли Сяо Лун в ответ улыбнулся, повторяя тот же жест.
Подойдя поближе, Ли Сяо Луну показалось, что розовый цвет небес окрасил лицо Ву Сяо Сина даже насыщенней, нежели окружающий пейзаж, но подойдя ещё ближе он понял, что цвет лица Ву Сяо Сина не являлся отражением света небес, оно и вправду покраснело.
Ли Сяо Лун слегка смущенно поздоровался, начиная разговор:
- Доброе утро, Ву Сяо Син.
Бай Лан Хуа практически неизменным тоном ответил, только голос его звучал чуть более теплым:
- Доброе утро, Ли Сяо Лун.
На этом разговор на секунду остановился, пока, всё ещё кидающий взгляды на порозовевшее лицо Ву Сяо Сина, Ли Сяо Лун не спросил:
- Ты тоже решил прогуляться?
Бай Лан Хуа кивнул и глянул в ответ на Ли Сяо Луна, перед тем, как начать идти вглубь внутреннего двора. Ли Сяо Лун слегка улыбнулся, на самом деле он уже успел осмотреть весь их общий внутренний двор не слишком близко подходя к дому соседа. Теперь же он будет делать новый круг по территории, но с большим энтузиазмом.
С мягкой улыбкой Ли Сяо Лун попытался завязать с Ву Сяо Сином разговор:
- Ву Сяо Син, я не ожидал, что ты решишь проснуться так рано. Я думал, что молодые господа наоборот предпочитают позднее пробуждение.
Думая о том, что из-за его ночной работы в баре, в этом мире Бай Лан Хуа можно было назвать весьма благородным человеком, уголки его губ слегка приподнялись, но он не знал, что в сочетании с румянцем на щеках, он выглядел сейчас так, будто смущенно или кокетливо улыбается.
Голос дополнял его внешний вид, когда он отвечал:
- Не все молодые господы одинаковые. Мне привычней поздно засыпать и рано просыпаться.
Они шли не слишком близко, однако этого было достаточно, чтобы Ли Сяо Лун ощущал манящий запах фруктов и ягод, при каждом новом слове Ву Сяо Сина, хотя, казалось, что даже его распущенные волосы теперь несли в себе запах вина.
Перед ответом Бай Лан Хуа спросил у Системы о режиме сна настоящего Ву Сяо Сина, но услышал лишь как Чувак подтвердил то, что большая часть богатых детей, включая Ву Сяо Сина, просыпаются весьма поздно, и было не важно то время, в которое они засыпали, просто так сложилось. Поэтому Бай Лан Хуа назвал свой честный режим, тот, которого он придерживался до устройства на ночную работу.
Бай Лан Хуа тоже хотел спросить на счет режима главного героя, но все же шел молча, с интересом осматривая новые растения, что он не видел ни в обычном Китае, ни в России. Он поспрашивал названия некоторых у Системы, отмечая у себя в голове, что они все были духовными травами, испускающими нежный аромат, а культиватор мог в нем уловить Ци разной концентрации, в зависимости от уровня растения.
А Ли Сяо Лун пока вспоминал, что Ву Сяо Син заказал вчера вино, которое ему, уже должно быть привезли, и которым он благоухал сейчас.
Спустя некоторое время неспешной прогулки, когда Ли Сяо Лун вновь посмотрел на отстраненного Ву Сяо Сина, он заметил, что к тому вернулась вся его холодность, хотя прошло меньше получаса с момента выхода.
Сторона, которой был повернут Бай Лан Хуа к Ли Сяо Луну была левой, поэтому тот, осматривая нежный профиль молодого человека, заметил, как сверкнул темно-синий глаз перед тем, как к нему в анфас повернулся Бай Лан Хуа, ни с того, ни с сего спрашивая:
- Почему ты пришел в эту секту?
_________
* За Федерацию - автор думает, может кто-то играл в Теру (Tera Online, всё такое)? Там мощный мужик в (+-) начале игры говорил: "За Федерацию!" и "Валькион победит!" У автора с тех пор это превратилось в своеобразный тост...