Глава 11.
С утра меня разбудил Калум. На часах было около семи. Так рано потому, что надо успеть поесть и попасть в аэропорт за два часа до вылета.
Мы спустились в ресторан отеля, где уже сидели все ребята, включая Люка. Я даже не посмотрела на него и села на противоположную от Хеммингса сторону стола.
- Ариана,- начал Майкл.- Люк придурок. Он полнейший идиот, если действительно так поступил с тобой.
- А еще этот «придурок и полнейший идиот» сидит рядом с тобой.- прошипел Люк. Не будь я зла на Хеммингса, то пустила бы смешок на данную реплику с его стороны.- Ари,- он обратился ко мне, но я сразу его прервала.
- Заткнись и больше никогда,- я повысила тон.- никогда, слышал, не называй меня Ари.- я кинула на него злобный взгляд. - Лучше вообще не обращайся ко мне.- чуть позже добавила я ледяным бесчувственным тоном.
Хотя термин «бесчувственный» был не к месту, потому что на самом деле во мне бушевал ураган чувств и эмоций, когда я обращалась к нему.
Люк, видимо, понял, что я не желаю разговаривать с ним и молчал все остальное время, пока мы завтракали.
***
Хоть я и уговаривала мальчиков, что сама доберусь до аэропорта, не привлекая лишнего внимания, они все равно, не смотря ни на что, поехали провожать меня. И даже идиот-Хеммингс поперся с нами.
Через полтора часа мы прибыли в нужное место, бегло посмотрев на время я рассчитала, что до вылета осталось около двух часов, поэтому было время пройти все контроли и как следует попрощаться с ребятами.
Конечно, их начали узнавать, но фанаток не было настолько много, как в день нашего прилета, и все они вели себя адекватно по отношению ко мне. Может они уже знают о разрыве? Хотя, откуда им об этом узнать? Это личное, вряд ли Люк показал себя в дурном свете, выставив эту историю на показ.
Часы тикали и пришло время проститься с ребятами, с моими кумирами, которые стали мне друзьями. Это так прекрасно, осознавать, что ты кому-то дорог, понимая что этот человек тоже что-то значит для тебя. Жаль, что по всей видимости я ничего не значила для Люка. Покидая это место, я упускаю шанс на другую жизнь, которая очень меня привлекает, но я не стану унижаться и быть, как выразилась та разукрашенная шлюха, подстилкой для Люка, да и для кого-либо другого я ей тоже не стану.
Я обнимала каждого, вот очередь дошла до Люка. Воцарилась минутная тишина, я стояла и, не показывая никаких эмоций, смотрела Хеммингсу прямо в глаза, пытаясь прочесть в них какие-либо его эмоции. Люк был в смятении, ему было определенно стыдно и неловко, но то, что я увидела приглядевшись меня удивило. Он сожалел. Ему искренне жалко, что так получилось. И это отчетливо было видно, Люк даже не пытался ничего скрыть.
Я обняла его. Я действительно это сделала. Так крепко, как могла. Он не перестал быть моим кумиром, не перестал быть человеком, которого я люблю, но Хеммингс никогда вновь не станет человеком, которому я доверяю. Я знала, что он вряд ли снова появится в моей жизни. Люк никогда не станет для меня ничем большим, кроме кумира, фотографии которого я буду листать и лайкать часами напролет.
- Спасибо.- прошептала я. Он недоуменно уставился на меня.
- Так-с, нам лучше оставить вас наедине. Спасибо, что была с нами эти дни, Ари.- сказал Майкл, на что я улыбнулась.- Удачного полета и напиши всем, когда приземлишься.- он сделал вид папочки, который указывает своей дочке, что та должна сделать. Вот! Опять этот Daddy Kink! Он меня преследует.- Люк,-более серьезно Клиффорд обратился к Хеммингсу.- Мы в машине.
- Спасибо за все ребята!- я улыбнулась еще шире.- Я обязательно напишу. Это были незабываемые дни.
Они удалились, и вот я осталась с Люком одна. Лицом к лицу.
- За что спасибо?- спросил он.
- За то, что подарил мне концерты моих кумиров, познакомил меня с ними, за то, что подарил иллюзию шанса абсолютно счастливой жизни. Ты правда дорог мне Люк, только жаль, что ты так ко мне не относишься.- я не удержалась и поцеловала Хеммингса в щеку. Как бы я не ненавидела его сейчас, Люк навсегда останется моей первой серьезной влюбленностью. Отпрыгнув от него, я как ошпаренная побежала к стойкам регистратуры, не обращая внимания на его крики. Я знала, что если не уйду сейчас, то никогда не смогу этого сделать.
***
И вот, я уже сижу в кресле и отдаляюсь все дальше и дальше от Люка, от ребят, от Нью-Йорка.
За эти дни произошло столько всего. Я испытала палитру эмоции, начиная счастьем и влюбленностью, заканчивая грустью и разбитым сердцем. Но, может, так и должно быть? Человек сначала радуется, влюбляется, потом расстраивается и остается с разбитым сердцем, потом все это опять повторяется, и мы ничего не можем с этим поделать. Такова жизнь и такова наша с вами в ней роль. Надо просто смириться, и я попытаюсь сделать это в ближайшие несколько месяцев. Начнется учеба, и это отвлечет меня от всего этого.
После долгих размышлений я провалилась в сон, зная что направляюсь домой, чтобы бороться со своими демонами и прошлым в одиночку.
- Милая, подойди.- ласково произнес голос моей матери.
Я повиновалась и подошла к ней и неизвестному мужчине. На вид ему было в районе сорока. Лицо его не выражала ничего, он безразлично смотрел на меня своими холодными голубыми глазами через очки. Всю нижнюю часть (от носа до рта и чуть ниже, до подбородка) покрывала щетина. Так и хотелось подарить ему бритву.
- Дорогая, это Тео. Он теперь будет тебе как отец.- Мама широко улыбнулась, дожидаясь моей реакции. Этот Тео натянуто улыбнулся, когда мама посмотрела в его глаза, которые недавно выражали абсолютное безразличие начали выглядеть такими теплыми, не как лед, а как растаявший айсберг, с которого стекает вода, а в ней отражаются лучи солнца, они излучали тепло и любовь, но явно не по отношению ко мне.
Я резко распахнула глаза, убеждаясь в том, что я все еще в самолете, а не с Тео и мамой.
На самом деле, я не до конца была честной с Люком. Мама ушла в запой не после смерти отца, а после того, как ее бросил Тео. Я никогда не испытывала к нему теплых семейных чувств, мне было абсолютно все равно с кем проводит свое время мама, ведь я большую часть своего была с тетей Мэри. А потом и вовсе переехала к ней, когда у мамы начались проболемы.
Насчет «теплых» чувств к Тео со стороны меня я уже сказала, но вот про его чувства я не могла дать конкретного ответа. Сначала он был абсолютно безразличен ко мне, как и я к нему, но позже он начал делать двойные намеки, на что я постоянно жаловалась тете Мэри. Он был ужасным человеком и я, будучи почти равнодушней и к своей матери, рада, что она не связала свою жизнь с ним.
Поразмыслив над моими отношениями с родственниками, да и людьми в целом, я решила, что надо снова уснуть, ведь тогда перелет не будет таким тяжелым и перестанет казаться бесконечным.
***
Я проснулась из-за того, что кто-то теребил мое плечо. Молодая блондинка наклонилась к креслу, пытаясь пробудить меня и у нее получилось.
- Мисс,- вежливо обратилась ко мне...кажется, Анна. После сна я смутно могла разглядеть ее бейджик.- Извиняюсь за то, что прервала ваш сон, но мы идем на посадку. Пожалуйста, пристегните ремень безопасности и не засыпайте снова до посадки.- я кивнула, на что она вежливо улыбнулась и удалилась.
Вот я и дома. Шасси коснулись земли Лос-Анджелеса, пилот оповестил всех, что мы приземлились в аэропорту LAX, и вскоре мы сможем выйти по трапам.
Через пятнадцать-двадцать минут наконец-таки подъехали наши «лестницы» и все вышли.
Меня обдало на удивление прохладным ветерком, что не очень свойственно Лос-Анджелесу, ведь это Калифорния и здесь большую часть года очень жарко. Я глубоко вдохнула, снова отмечая про себя, насколько местный воздух отличается от нью-йоркского.
Получив багаж, я, как и все пассажиры моего и других рейсов, отправилась к выходу, чтобы словить такси.
***
Ехать нам пришлось недолго, пробок не было, поэтому через полчаса я уже стояла напротив своей входной двери, крепко сжимая ручку чемодана и сумки, висевшей через плечо.
- Вот я и дома. Снова.