Ген 20

Запах сырости сменился на ржавчину. Этот запах чем-то напоминал кровь, и Оливия старалась подавить чувство тошноты. Одно дело видеть кровь своими глазами, другое — слабо ощущать её и представлять в своей голове. Это красный ручей или несколько капель? Запах будет одинаковым. Похоже на утреннюю тяжесть в желудке перед завтраком. Когда просыпаешься не по своей воле и насильно пихаешь еду в рот. Думать о еде в таком месте оказалось ещё более худшей затеей. Оливия приложила ладонь ко рту. Она никогда не была такой слабой к запахам и ощущениям. «Завтра» превращает её в какого-то хлюпика. Ну ещё бы! Еда в любое время. Горячая вода, когда захочешь, правда, до поры до времени, и только если Дана не решит принять ванну. В здании «Завтра» тоже весьма тепло и нет никакой сырости, свет всегда включен и работает электричество. Оливия выдохнула слишком громко. Шаги, отражаемые от стен, прекратились, и Роджер обернулся.

— В чём дело? — он спросил будто у него были какие-то претензии.

— Ничего.

— А чего тогда вздыхаешь?

— Уже вздохнуть нельзя...Просто задумалась.

— Странное время ты выбрала.

— Брось, здесь никого нет, кроме нас, — несколько капель воды разбились о каменную плитку.

— Впереди туннель сужается, — Роджер снова встал спиной к Оливии. — Там темно, поэтому встань ближе.

Туннель не просто сузился, он округлился со всех сторон, а небольшой канал стал уходить под пол через трубу. Роджер впереди. Расстояние между ними едва ли составляет полшага. Его одежда пропахла сыростью, а из-за исходящего от стен холода, тепло Роджера ощущалось сильнее. Оливия практически ничего не видела и ориентировалась по звукам и запахам. Она действительно доверилась Роджеру и не в первый раз. Обдумывая это снова и снова, она погружалась в удивление. Всего месяц назад Лив считала Роджера тем, кого стоит опасаться больше всего. Она всерьёз считала, что он может убить её. Лёгким движением, ведь ему это ничего не стоит. Оливия тонко чувствует детали в людях. Рот может говорить что угодно, но взгляд и тело не умеют врать. Поэтому Оливия знает, что Роджер способен на многое. Поэтому раньше избегала его взгляда. Слова — маска, которая делает человека безобидным, но под ней может скрываться кто угодно. И этого кого угодно могла увидеть Оливия, ведь эти маски давно перестали быть для неё преградой. Однако сейчас все её внутренние радары молчали. Она сломалась? Или Роджер внезапно перестал быть опасным? Видимо, он перешёл из режима хищника в режим защитника, а таких людей Оливии понять трудно. Люди, которые действуют не ради себя, а ради других, могут быть ещё опаснее.

— Лив, тише, — внезапно Роджер остановился, и девушка упёрлась лбом в его спину. Впереди был выход, и немного света падало в туннель. Приложив ладонь к месту удара, хотя он совсем не был болезненным, Оливия сделала шаг назад.

— Я веду себя тихо, — прошептала она.

— Слишком громко думаешь, — после его слов Оливия приподняла брови. Она поняла его шутку. Забавно, но не время хихикать. — В том коридоре загорелся свет. Датчики на движение сработали.

— Возможно, это нова?

— Да, но движется медленно, — Роджер повернул голову в немного вправо. — Скорее всего, он пойдёт в тот широкий туннель. Вряд ли он свернёт налево и пойдёт вверх.

— Это мы идём вверх и попутчики нам не нужны.

— Мне нравится твоя попытка пошутить, — неожиданно Роджер обернулся к ней. — Отойдём немного назад.

Оливия прижалась лопатками к холодной, сырой стене. Роджер стоял слишком близко к ней, но голова была обращена к просвету туннеля. Верно, он чувствует этих монстров лучше, чем Оливия. Он упоминал, что новы его не трогают. Вероятно, принимают за своего. Ну, стоит признать, что Роджер намного симпатичнее этих монстров. Вдруг парень повернулся к Оливии, и она сглотнула собравшуюся во рту слюну. Он также говорил, что кожа человека имеет своеобразный запах. Кажется, Оливия начала понимать, что это значит. Запах сырости уже не ощущался так сильно. Оливия отчётливо слышала дыхание над своим ухом. Оно тёплое, а из-за холода, бегущего от стены по спине, тело вздрагивало изнутри.

— Прижмись сильнее, — рука Роджера проскользнула между стеной и поясницей Оливии. — Нельзя, чтобы они тебя заметили, — Оливии казалось, что его рука ниже, чем нужно. Он сейчас ближе, чем когда либо. Думает, новы могут почувствовать человеческий запах, поэтому прижимается к ней? А они вообще реагируют на запах? Оливия слишком мало знает об этих монстрах.

— Ты меня сейчас лапаешь? — шёпотом произнесла Оливия, но её интонация показалась слишком безразличной.

— Как я могу в такой ситуации?! — хоть Роджер и говорил тихо, но явно был оскорблён. Возмущения тут же прекратились, как только нова вышел из туннеля. Это действительно был обычный нова, который уверенно двигался вперёд. Вот только свет не потух. Через несколько секунд появились ещё два монстра. Вопрос, как они попали сюда, вероятно, останется без ответа. Как и предположил Роджер, они шли вперёд, пересекая путь, который нужен Оливии и её напарнику. Один из монстров вдруг остановился. Он быстро повернул голову в сторону округлого туннеля. Оливии казалось, будто монстр смотрит прямо на них. Роджер заметно напрягся, ведь его тело словно потяжелело. Оливия теперь была зажата между двух стен. Левая рука парня легла на клинок, который крепился к поясу Оливии. Сопящее дыхание монстра эхом ударялось о потолок, стены и пол, но сам он не двигался. Лапа новы шаркнула, и он направился за своими сородичами. Когда свет в туннеле, из которого вышли монстры, потух, Роджер тут же отошел в сторону.

— Конец «объятиям», — голос парня прозвучал с непривычной интонацией, которой Оливия не могла дать определение.

— «Обиделся что ли?», — в ответ на свой же вопрос она лишь хмыкнула.

— Готовься бежать, — это были следующие слова Роджера, как только он вышел из туннеля. — Неизвестно, как далеко они ушли.

— Роджер, — Оливия подошла ближе к стене и махнула Роджеру, подзывая к себе. На его лице читалось выражение: «Я бы и сам догадался так сделать». Пройдя немного вдоль стены, Роджер поднял перед Оливией руку и выглянул. В туннеле горел свет. Новы бесцельно бродили друг за другом.

— Трое, — Роджер снова прислонился к стене.

— Убьём их?

— Попробуем тихо пройти, — в туннеле напротив загорелся свет, и новы неподалёку обратили на это внимание. — Чёрт, ладно, перерубим им головы. — Роджер нырнул в туннель за угол, а Оливия осталась стоять на месте. Он сказал: «Перерубим», значит, вместе. Девушка, вытащив лезвие, направилась в туннель напротив. Монстр побежал на неё. Она замерла, сжимая руками рукоять клинка. Рычание становилось громче, а нова всё больше. Оливия увернулась, и лезвие прошлось ко коже монстра, легко лишив его головы. Глухой шлепок и рычание стихло. Оливия подняла глаза на Роджера. Вокруг него лежали три трупа монстров. На выходе из туннеля Оливия заметила рычаг, но решила особо не рассматривать его. Когда Роджер внезапно обернулся к туннелю, Оливия застыла. Шорохи, топот и рычание доносились из туннеля Роджера. Парень поспешил покинуть место происшествия.

— Поднимаемся вверх! — он выбежал из туннеля. Оливия уже собиралась следовать за ним, но снова глянула на рычаг. Подняв голову к потолку, она заметила решётки. Над туннелем напротив были такие же. Рычаг опускался очень туго. Локти начинали пульсировать, а пальцы покраснели.

— Лив, что ты делаешь? — вопрос Роджера остался проигнорирован. Со стороны, как казалось, выхода, стали стягиваться новы. Парень обхватил талию Оливии, оттолкнул её в сторону. Опустив рычаг без особого труда, Роджер затащил девушку в ближайший туннель, и через пару секунд решётки с грохотом упали.

— Будем надеяться, что там меньше монстров. — Оливия пыталась отдышаться.

— Ты с ума сошла?! Надо было сразу уходить!

— Дальше слишком много монстров.

— В этом туннеле их ровно столько же! Те новы прошли отсюда!

— Не кричи на меня! — девушка повысила голос, а новы стали толпиться у решётки, просовывая свои тонкие, облезлые руки.

— Я не кричу! Просто ты не слушаешь меня! — Роджер сделал громкий вдох. — Был бы вместо тебя Мэйн, мы бы уже выбрались, — рычание слилось в один громкий гул. Новы пытались просунуть свои головы в отверстия решёток.

— Хорошо, я выведу нас отсюда, — девушка решила продолжить путь по коридору. Как будто у неё был выбор. — И ты больше никогда не скажешь, что я бесполезна.

— Лив... — прозвучал раздражённый вздох. — Я не о том! — решётка громко скрипнула, прервав разговор.

— Чисто теоретически, они могут задеть рычаг?

— Пошли отсюда, — Роджер перешёл на быстрый шаг.

Перед тем, как свернуть, Оливия остановилась. Фонари дальше не горели, а значит, впереди никого нет. Есть ли шанс, что они просто не работают? Стиснув зубы, девушка уверено повернула направо, и лампы загорелись с тихим треском. Канализация всё больше напоминала лабиринт. Вдоль стены тянулась широкая, но мелкая канавка, в которой находилась мутная вода. Всё ещё отсутствовал запах отходов. Только сырость, ржавчина и плесень. Местечко не самое комфортное, но может ошибочно казаться безопасным. В любой момент из-за угла выскочит нова или ещё хуже — гончая. Ну, это уже совсем негативные мысли. Роджер молчал и некому было разогнать все тревоги. Несколько раз Оливия думала о том, чтобы обернуться к нему, но так и не сделала этого. Вода уходила в широкую, слишком уж большую трубу. Оливия заглянула внутрь.

— Что там? — наконец заговорил Роджер.

— Я вижу уличный свет.

— Это просто место стока воды.

— Может, мы сможем выбраться наружу через эту трубу? — Оливия не стала дожидаться ответа и вошла внутрь. Спорить с ней — бесполезно, поэтому Роджер пошёл следом. Вода в трубе едва покрывала стопу. Хлюпая, она разлеталась в стороны. Оливия остановилась, раскрыв рот. Труба выходила на улицу в бетонное углубление и осталась стоять. Без электричества очистительные станции попросту не работали. Однако её шокировало вовсе не это. В воде плавали странные коконы, покрытые зелёными пузырьками, а изнутри доносилось жужжание.

— Здесь тихо, — Роджер спустился в воду, держа РИН над головой. Вода доходила чуть выше колен, но Оливия уже чувствовала неприязнь. Возиться в грязной воде ей хотелось меньше всего. — Спускайся, Лив.

— Что это за коконы? — Оливия опустилась на корточки и стала по очереди опускать ноги в воду. Неожиданно тёплая, но по-прежнему мерзкая вода обхватила девушку до бедра.

— Не хочу знать, — Роджер схватился за лестницу, вмурованную в стену. Он даже не стал проверять её прочность и уверено поднялся наверх. Шаги Оливии замедлялись водой. Идти было физически трудно. Один из коконов начал активно шевелиться. Девушка замерла, не поворачивая головы к источнику движения. Взяв себя в руки, она продолжила идти. Обхватив пальцами ржавую лестницу, Оливия выдохнула. Всё закончилось. Что-то плюхнулось в воду, а затем прозвучал выстрел сверху. Это был знак, что нужно ускориться. Роджер подал Оливии руку и вытянул её наверх. Знакомое жужжание доносилось из ямы вместе с разлетающимися капельками воды. Жужжащая тень мигом оказалась рядом с ними. Оливия замахнулась клинком, но лезвие лишь проехалось по неоформленной морде монстра. Его глаз бегал из стороны в сторону, а из под бегущей крови торчали острые зубы. Будто бы множество тонких лезвий оказались у новы во рту. Пуля попала в голову, и та лопнула, словно арбуз. Жужжание прекратилось, а тишина смешалась с писком в ушах.

— Ты цел? — выдавила из себя Оливия, как будто проверяла, жива ли сама.

— Да, — Этот взгляд Роджера Оливия ненавидела больше всего. Что сейчас в голове у Роджера Каликса? Карие глаза темнели с каждой секундой, учащая сердцебиение. Непредсказуемость — вот что пугает Оливию больше всего. То, что она не может прочитать. — А ты — нет, — эти глаза опустились ниже. Оливия машинально сделала тоже самое. От бедра до колена шла полоса разорванной ткани, а из под неё выглядывала царапина. Она не глубокая, но слегка щипала. Монстр задел её, когда упал в воду? Или он целенаправленно напал на неё и нанёс этот порез?

— Ничего. Это не страшно, — девушка покачала головой, как бы приходя в себя. — Всё в порядке.

— У меня дежавю, — закатив глаза, Роджер отвернулся. — Ты безнадёжна, — вдруг он почувствовал резкий толчок в спину, и обратился к Оливии. — Зачем ты толкнула меня?

— Захотелось, — то, что этот парень не сдвинулся ни на сантиметр, злило Оливию ещё больше. — Работать с тобой, Роджер Каликс, — настоящий кошмар!

— Что?! Да если бы не я, ты бы померла давно!

— Я, может быть, тоже хотела бы, чтобы рядом со мной был Мэйн, — Оливия поджала губы, но после продолжила. — Так уж вышло, что меня спас именно ты. Снова...Зачем снова делаешь это, раз я тебе неприятна?!

— Лив, успокойся... — Роджер протянул руку к ней, но она отшагнула назад. — Сейчас не время. Я слышу их. Лив, давай уйдём.

— Ну, так оставь меня! Не создана я для командной работы! — её запястье оказалось в крепкой хватке пальцев Роджера.

— Я тебя не оставлю, — он положил ладонь Оливии на свою грудь с левой стороны. — Что бы я ни говорил, мои действия никогда не будут направлены против тебя или кого-то из нашего отряда. Доверься мне, как делала до этого, хорошо? — по телу Оливии прошлась дрожь. Мгновенно наступило спокойствие. Из под слоя одежды не может быть так отчётливо слышен стук сердца, верно? Но почему же тогда Оливия его слышит? В ответ на слова Роджера она неожиданно для себя кивнула.

Неподалеку был заброшенный склад, спрятанный за деревьями. Роджер легко смог открыть дверь какой-то проволокой. Оливия посмотрела на свою ногу. Скорее всего, шрам не останется, но выглядит всё равно неприятно. Сидя на пыльных досках внутри склада, Оливия начала чувствовать лёгкое покалывание в области царапины. Теперь, когда она расслабилась, появилось место для боли. Она тянущая, немного даже приятная. Раны, которые Оливия могла получать и иногда получала до этого, были хуже.

— «Почему он снова молчит?», — Оливия старалась не двигаться. Напарник сидел к ней спиной и даже его дыхания слышно не было. Слишком тихо. — «Остин говорил, что ему тяжело с Роджером. Видимо, мне тоже», — подумала Оливия. В наушнике прозвучало какое-то шуршание, как если бы на голову надели бумажный пакет.

— Эй, в чём дело? — Роджер мигом приложил два пальца к уху, когда Оливия успела лишь поднять руку.

— «Хоть кто-то мне ответил. Даже тебе я рад», — эта интонация совершенно точно принадлежала Остину. Вспомнишь солнце — вот и лучик. Или как там.

— Эхо, снова перебои со связью?

— «Мэйн и остальные были на связи со мной, но вскоре пропали. А, может, это я пропал», — он замолчал.

— Остин?

— «Да, я тут на стройке...Хожу еле как и был бы признателен, если бы ты помог мне. Я не хотел, чтобы это был Мэйн или Элиот. Понимаешь, они, как бы...», — Остин промычал.

— Люди.

— «Да! Но ты тоже!».

— Я понял тебя, — была услышана тихая усмешка.

— Эм, Остин, я вместе с Роджером, — Оливия решила подать голос.

— «А? Ты не приходи», — сказал он, как отрезал, и Оливия распахнула глаза.

— Что это за дерзкий тон?! — на лице появилась ухмылка.

— «Ты здесь не нужна. Роджер, раз связь работает, значит, вы недалеко. У тебя получится отследить меня по часам?».

— Ну, они в порядке, — Роджер глянул на свою правую руку.

— Разве можно отследить кого-то по часам?

— У нас с Остином есть способ.

— Вы постоянно ссоритесь, но при этом секретничаете?

— Придётся испортить часы. Нас за это накажут, — Роджер протянул руку Оливии. — Затяни потуже ремешок.

Оливия так и сделала, и Роджер принялся водить пальцем по экрану. Девушка посмотрела на свои часы. Они были в воде, но работают. Затем она вспомнила, что даже когда она в первый же день получила мощный удар от гончей, сбившей её с ног, наушник остался на месте. Всё же оборудование «Завтра» довольно крепкое. И Роджер и Остин включили режим поиска устройства. Обычно, таким образом система ищет пропавших солдат. Или их трупы. Теперь часы резонируют друг с другом.

— И каким образом часы испортятся?

— Как только мы найдём часы Остина, то оба устройства деактивируются, — парень явно был готов покинуть склад. Это было понятно по его взгляду на дверь. — Придётся идти в сервисный центр и снова загружать свои данные.

— Ты бросишь меня здесь? — от внезапного вопроса Роджер прервался, открыв рот.

— Оливия, так будет безопаснее.

— Запереть не забудь, как тогда...

— А что, мне взять тебя с собой?! — в ответ Оливия пару раз кивнула. — Хорошо, — он выдохнул. Вместе с воздухом из лёгких ушло и раздражение. — Но ты возьмёшь РИН. Меня всё равно новы, кроме этих жужжающих уродцев, не трогают.

Металлическая труба покатилась по бетонному полу, и Остин съёжился. Он почувствовал себя котом, который от испуга распушил хвост. Выглянув из-за бетонных плит, сложенных в стопку, он убедился, что один здесь. Глянув ещё раз на свою ногу, он пошипел сквозь зубы. Штанина ниже колена была разорвала, отчётливо виднелись следы когтей. В придачу он получил удар по этой же ноге трубой. Его мотоцикл валяется где-то за зданием. Какой-то неизвестный ранее монстр напал на него сверху. Остин съехал с дороги и въехал в эту постройку. Мотоцикл оказался в паре метров от хозяина. Сверху на него и на монстра посыпались трубы. Остин сам не понял, как успел встать и отбежать в сторону, повредив в итоге только ногу. Тот нова оказался под массивными трубами и не издавал ни звука. Всё, что смог сделать Остин, — это добраться до укрытия за стопкой плит. Удивительно, но ни один нова не пытался войти сюда. Они шарахались от монстра под завалом, как тигр от огня.

Вот только каждый раз, когда трубы скалывались по одной, Остин вздрагивал. Нужно найти другое укрытие. Сколько он уже сидит на одном месте? После связи с Роджером прошло всего минут десять, но по ощущениям прошёл час. Рассмотреть того монстра Остин не успел, да и не думал об этом. Подойдя чуть ближе, прихрамывая, он замер. Под этими трубами существо, что умеет летать. Это просто катастрофа. Теперь даже гончие не кажутся такими опасными. Проходя мимо кучи металла, Остин едва не потерял сознание от страха. Он сейчас безоружен. Ему нужно спустится с этого холмика к мотоциклу. Жужжание продолжалось, но с перерывами. Похоже на муху, попавшую в паутину. Дышать становилось трудно из-за подрагиваний в груди, словно сами мышцы вздрагивали мелкими толчками. Каждый вдох приходилось делать самостоятельно, ведь мозг отказывался делать это рефлекторно.

Спуск оказался очень даже болезненным. С каждым новым шагом боль поднималась к колену, охватывая бедро. Мотоцикл оказался весь в грязи, но Остин смог отыскать клинок. С РИН, конечно, было бы намного лучше, но что есть, то есть. Где-то позади доносились выстрелы. Они были далековато, но звук эхом доходил до сюда. Краем глаза Остин заметил гончую, которая направлялась в сторону выстрелов. Кажется, она заметила Остина. Нет, гончая совершенно точно бежала к нему. Без РИН придётся подпустить её слишком близко. Каждая секунда — решающая. Парень опёрся сильнее на здоровую ногу, сжав в руках рукоять лезвия. Рядом с монстром появились ещё два силуэта. Верно, гончие редко передвигаются в одиночку. Тут бы хотя бы с одной справиться, а их три...Убежать Остин вряд ли смог бы даже со здоровой ногой. Новы чувствуют кровь. От осознания этого в горле застрял ком.

Момент был подходящим, и Остин замахнулся, но ничего не вышло. Гончая резко увернулась и обогнула Остина, направляясь дальше в город. Словно оббежала фонарный столб. Забыв о раненой ноге, Эхо упал на колени. Гончая не тронула его. Дыхание стало таким быстрым, что Остина чуть было не вырвало. Он был готов умереть от лап монстра. От него бы только пара косточек осталось. Несколько металлических труб ударились друг о друга, и Остин повернул голову к завалу. Тот нова шевелился. Конечно же, он жив. По коже пробежался холодок, и парень подошёл ближе к куче труб. Жужжание стало ещё громче. Остин нашёл длинный кусок железа и вставил его под верхней трубой. Приложив усилия на самодельный рычаг, он смог скинуть трубу с монстра. Нова тут же поднял голову, издавая рычание вперемешку с невнятными звуками, причиной которым был переполненный слюной рот. Круглый рот полон зубов, кожа словно собрана из разных кусков: неровная, бугристая и с видимыми трещинами. Этого монстра что, вылепили из пластилина? Крыло было прижало трубами вместе с задними лапами. В отличие от гончих, эта тварь без сомнений хотела сожрать. Остин вонзил острие лезвия в шею, если этот бугор можно так назвать, и опустил клинок вниз. Затем замахнулся и отделил голову от шеи. Тело монстра расслабилось, жужжание прекратилось, а из под труб начала вытекать кровь.

— Он ведь не один такой? — устало прошептал Остин, и повернул голову к пустоши. Это место было заготовлено под строительство дома. Едва построили три этажа, как случилось «это».  Кровотечение открылось еще когда парень сбросил трубу с монстра, но тянущая боль появилась только сейчас. Остин действительно хотел потерять сознание, потому что такая боль мучает человека морально. Как будто от кожи постепенно отрывали по кусочку. Медленными движениями по тоненькой полосочке. Нужно найти новое место для укрытия, а лучше — для обзора. Так Остин решил подняться на самый, в данном случае, верхний этаж.

Бетонная лестница казалась крепкой, но Остин поднимался медленнее, чем хотелось бы. Повезло, что кровь не хлестала фонтаном, но её становилось всё больше. Почему-то слюны во рту тоже становилось больше, и Остину приходилось всё чаще её проглатывать. Голова наполнялась чем-то густым, словно вся эта слюна направлялась к мозгу. Иногда приходилось жмуриться из-за головокружения. Добравшись только до второго этажа, Остин прижался плечом к стене. Кругом были разбросаны строительные материалы, мешки и стоял запах цемента. Оттолкнувшись от стены, парень прошёл чуть дальше и заметил что-то в углу. Это был человек, а точнее, то, что от него осталось, за несколько недель. Стоило его заметить, как запах цемента сменился на другой. Если кто-то оставит пакет с пищевыми отходами на пару недель в шкафу, то можно ощутить тоже самое. Горький привкус во рту, сладковато-кислый запах, из-за которого глотка перекрывается тошнотой.

— Не повезло тебе, друг, — Остин решил не подходить ближе, так как тошноту сдерживать становилось всё труднее. — Раз тебя не съели, то ты умер от истощения? — он осмотрелся и заметил новый мешок с перчатками. — Давай подружимся. Кто знает, может я тоже здесь откинусь, — разорвав целлофановый мешок, Остин достал хлопковые перчатки. Приложив несколько штук к кровотечению, он наложил жгут куском этого же плотного целлофана. Остин сел на пол и выдохнул. На третий этаж он решил не подниматься, но запах стоял невыносимый, поэтому Эхо вернулся на лестницу и обосновался там.

Выстрелы шли один за другим. С неба начали падать хлопья снега. Когда всё стихло, Мэйн почувствовал напряжение в челюсти. В этом городе никак не получается экономить патроны. Сейчас на звуки выстрелов слетятся «мутанты», как мухи на мёд. Он не ожидал, но новички действительно довольно хороши. Особенно Камилла, у которой даже руки не дрожат. Тонкий слой снега начинал покрывать землю, что совсем не радовало. От этого будет только больше проблем.

— Вы как? — он резко обернулся.

— Порядок, — Элиот показал большой палец.

— Дана не отвечает, — Мэйн пробормотал себе что-то под нос. — Мы дошли до торгового центра. Она не говорила, куда дальше?

— Нет, — Габриэль прошёлся глазами по зданию торгового центра. Рекламные щиты всё ещё были яркими, но брошенные машины на дорогах говорили о том, что город нежилой.

— Через часы попробовать? — Мэйн поднял свою левую руку. — Ладно, нам не впервые портить оборудование, — он вздохнул, закатив глаза и вернулся к часам.

— Что ты делаешь? — Элиот закинул руку на плечи Мэйна и повис на нём.

— Включаю режим отслеживания устройства.

— Тебе Роджер растрепал?

— А тебе Остин, — что-то щёлкнул и экран часов потух. — Два сапога — пара, — по кисти руки Мэйна прошлась вибрация и высветились две точки на карте.

— Два сапога пытаются найти друг друга, — Элиот рассматривал экран часов.

— Они оба довольно близко к нам.

— Та, что не двигается, вероятно, и есть Остин.

— Роджер уже ищет его. Зря только часы испортил.

Ветер усилился, и снежинки стали раскручиваться в воздухе, создавая один большой, холодный поток. Выстрелы в городе стали ещё более редкими. Продвигаться тихо не слишком помогало. Пара жужжащих нов привлекали гончих звуком. Прежде чем успеешь понять, крылатый монстр уже выпрыгивал неизвестно откуда. Видимость снизилась из-за непрерывно бегущего снега. Улицы словно расплывались, а границы домов становились нечёткими.

— Неужели было так трудно проверить погодные условия? — не успел Мэйн высказаться, как кто-то толкнул его в спину. Камилла оттолкнула его, едва не повалив на землю. Быстро собравшись, она выстрелила. Гончая не двигалась. Мэйна охватил ужас, что он даже не услышал её приближения.

— Там ещё один монстр! — Камилла уверенно развернула дуло РИН, и новый снаряд попал в гончую у машины. Второй выстрел был точно в цель. Далее начались непрерывные выстрелы, но не со стороны Камиллы. Каждый выстрел попадал точно в цель, и новы оказывались лежать на земле.

— Отряд «Эс»,— женский голос был знакомым. Из примечательного в девушке были её розовые волосы, которые промокли от снега. — Не удивлена, что именно вы выжили, — она опустила оружие и подошла ближе. — Правда, смотрю, вас поубавилось.

— Кристелл, где твой отряд? — почему-то слова девушки показались Мэйну оскорбительными.

— Многие погибли, — в глазах Кристелл читалась усталость, а может быть это было отчаяние. Они холодные, безжизненные и пустые, как у истощённого человека. — Мирай не выходит на связь, — Крис прошлась глазами по трупам монстров. — Это были мои последние патроны.

— Если куратор отряда «Мира» мёртв, то и наш, возможно... — Гейб заметил на себе неодобрительный взгляд Мэйна, но продолжил. — Мы должны вернуться!

— Даже ваши новенькие живы, — Крис усмехнулась. — Однако он прав. Куда вы идёте?

— За Остином.

— За его трупом?

— Он жив, — Элиот наконец-то смог выдавить из себя хоть что-то. — Мы заберём его и уйдем из города.

— Он на ближайшей стройке, — Мэйн прикрыл ладонью часы.

— Здесь есть стройка, — Крис, приподняв брови, направила взгляд на его руку. — Если Остин там, то мы быстро найдём его.

Хлопки, словно кто-то иглой пронзает до краёв заполненные шары, отражались в голове. Ледяной воздух исходил от бетонных стен, пронизывая каждый капилляр. У холода нет запаха, как и у лабораторного стекла, но Остин ощущал их. Холод пахнет чистотой, смешанной с ароматом ели и мокрого асфальта. Зимой, выходя из дома, чувствуешь запах дыма на улице. Воздух может пахнуть электричеством, может звучать гром, но ведь выстрелов быть не должно? Остин быстро открыл глаза, и тьма рассеялась. Как он мог отключиться в таком месте? Выстрелы смешались с голосами, и парень решил, что пора спускаться по лестнице обратно. Только от мысли об этом заныла рана на ноге.

— Роджер, где твой РИН? — Мэйну казалось, что его собственные руки ослабли. Иначе почему попадать по гончим стало так трудно?

— У меня! — Оливия словно пыталась перекричать снег, который и так не издавал ни звука. — Свой я потеряла!

— Шутишь?!

— Как я... — Оливия прервалась, нажав на спусковой крючок. — Могу в такой ситуации?

— Это был не вопрос, — пробурчал Мэйн.

Всё стихло так внезапно, что хотелось лечь на землю и лежать несколько часов. Стрелять намного легче, чем размахивать холодным оружием. Оливия обернулась и прищурила глаза. Внутри недостроенного здания, около лестницы, находился знакомый человек. Девушка сделала шаг навстречу, пошатнувшись. Остин прислонился к квадратной, широкой колонне и тяжело дышал.

— Просил же не приходить.

— Думаешь, мы бы смогли тебя оставить? — вместо Оливии ответил Элиот. Его одежда была покрыта пятнами крови монстров, волосы мокрые и слипшиеся от снега, а выражение лица какое-то непонятное. Он обеспокоен?

— Ты притащил их? — Остин тут же обратил внимание на Роджера.

— Мы только что встретились! — парень принялся защищаться.

— Иди сюда, — Элиот позволил Остину опереться на себя.

— Я так рад вас видеть, — внезапно взгляд Остина упал на Крис. — Даже тебя.

— Заткнись уже.

— А где те двое? — Роджер обратился к Мэйну.

— Оставили их в одной из квартир. Сейчас вернёмся за ними, — Мэйн махнул рукой, но не ясно кому. Роджер, конечно же, собрался спуститься вслед за ним.

— Роджер, останься, — Элиот остановил его. — Я не смогу сейчас защитить себя и Остина одновременно, — он заметил на себе взгляд Оливии, который сам по себе ничего не выражал, но Элиот догадывался, о чём она думает. — Прости, Лив, не то, чтобы я тебя недооценивал... — Рэд отвёл взгляд. Он знал, что новы не станут нападать на Роджера и шансов у него больше.

— Я схожу с ним, — Оливия и Роджер смотрели друг на друга пару секунд, но девушка первая прервала зрительный контакт, последовав за Мэйном.