Мышкинские Хроники

Болото. Тишина, прерываемая лишь хрустом инея под ногами и тяжёлым дыханием Снежки. Воздух звенит от мороза, но Ядвига стоит неподвижно, её тёмные глаза горят, как угли в печи. Она не просто проверяет силу — она ищет слабое звено.

Снежка ступает на замёрзшую трясину, её босые ноги оставляют следы, мгновенно покрывающиеся узорчатым льдом.

— Ты дрожишь, — замечает Ядвига, не двигаясь.
— От холода? Или от страха?

Снежка сжимает посох, и кристалл на его вершине вспыхивает голубым светом.
— От ожидания, — отвечает она. — Я знаю, что вы не будете меня жалеть.

Ядвига ухмыляется.
— Правильно.

Резким взмахом посоха она вызывает из тумана десять ледяных копий, сверкающих, как алмазы.

Но Ядвига не уклоняется. Она ловит одну из них в воздухе и разжимает ладонь — копьё тает, превращаясь в пар.
— Прямолинейно. Как твоя тётя. — Ведьма делает шаг вперёд. — Но я не твой враг. Я — испытание.

Снежка не отвечает. Вместо этого она стучит посохом о землю — и болото взрывается ледяными шипами, окружая Ядвигу со всех сторон.

Ядвига взлетает, избегая ловушки, но Снежка уже ждёт её в воздухе.

— Замерзай.

Ледяной вихрь сбивает ведьму вниз, и она падает на колени, мгновенно покрываясь инеем.

На секунду кажется, что битва окончена.

Но потом Ядвига смеётся.

— Неплохо.

Она встряхивается — и лёд трескается, осыпаясь с неё, как стекло.

— Но ты забыла одну вещь.

Ядвига поднимает руку, и тьма сгущается вокруг Снежки.

— Холод — это отсутствие тепла. А что будет, если я заберу у тебя даже его?

Снежка чувствует, как её собственная магия обращается против неё. Лёд на её руках трескается, кожа синеет.

Она падает на колени, задыхаясь.

— Сдаёшься? — спрашивает Ядвига.

Снежка закрывает глаза.

— Нет.

И тогда она вспоминает — не заклинания, не боевые приёмы, а тот день, когда дедушка впервые показал ей, как лёд может быть красивым.

Она выдыхает — и лёд вокруг неё расцветает, превращаясь в гигантский кристаллический цветок.

Ядвига отступает, поражённая.

— Хорошо.

Снежка сидит на земле, дрожа, но с улыбкой.

Ядвига подходит и кладёт руку ей на плечо.

— Ты победила.
— Нет, — Снежка качает головой. — Я просто поняла.
— Что?
— Что лёд — это не оружие. Это… память.

Ядвига смотрит на неё, и в её взгляде впервые появляется что-то похожее на уважение.

— Ты готова.

Когда они возвращаются к остальным, Алёнка бросается к Снежке, обнимая её.

— Ты была потрясающей!

Но Маша замечает тень в глазах Ядвиги.

— Что-то не так? — шепчет она.

Ядвига не отвечает сразу.

— Она сильна. Но тьма… тоже.

И где-то вдали, в зеркале болотных вод, мелькает отражение с красными глазами.

После триумфа Снежки воздух над болотом сгустился, наполняясь ароматом мха и свежераспустившихся цветов. Маша сделала шаг вперед, её босые ноги мягко касались земли, словно сливаясь с ней. Ядвига наблюдала за ней с интересом — в отличие от Снежки, Маша не нуждалась в посохе. Её оружием была сама природа.

— Ты не похожа на других, — заметила Ядвига. — Они борются. Ты — слушаешь.
Маша улыбнулась, проводя пальцами по траве.
— Я не хочу сражаться.
— Но тебе придётся.

В тот же миг корни вырвались из-под земли, обвивая ноги Маши, но она не сопротивлялась. Вместо этого она прикоснулась к ним, и они расцвели, превратившись в гирлянды полевых цветов.

Ядвига нахмурилась.
— Ты отказываешься атаковать?
— Нет. Я просто выбираю, как отвечать.
Маша закрыла глаза и опустилась на колени, положив ладони на землю.

— Роалзо… помоги.

И лес ответил.

Деревья наклонились, образуя живую арку над болотом, словно охраняя его.
Трава зашептала, сплетаясь в узоры древних рун, словно сама природа писала свою магическую тайнопись.
Ветер принёс шёпот листьев — голоса природы, которые только Маша могла понять, словно шёпот скрытых знаний и забытых сил.

Ядвига ощутила давление — не физическое, а духовное. Земля не атаковала её напрямую, но отказывалась подчиняться, словно сопротивляясь её власти.

— Ты пытаешься лишить меня опоры? — усмехнулась ведьма, её голос был полон едва заметной насмешки.
— Нет. — Маша мягко, но решительно произнесла. — Я прошу землю не помогать тебе.

Внезапно Ядвига резко топнула ногой. Трещины побежали по болоту, изрыгая чёрный дым, словно сама земля протестовала.

— Если не хочешь атаковать, тогда защищайся! — крикнула она, и из разломов полезли тени — мертвые корни, обугленные и злые, как осквернённые духи. Они потянулись к Маше, пытаясь опутать её, словно темные змеи.

Но Маша не отступила. Она вдохнула глубоко, и вокруг неё взошла стена из папоротников, каждый лист которого сверкал, как изумруд, отражая свет магии.

— Корни-упыри впивались в зелень, — прошептала она, — но не могли пробиться. Растения регенерировали быстрее, чем тень могла их уничтожить.

Ядвига раздражённо щёлкнула языком, её глаза вспыхнули ярче.

— Ты просто прячешься! — злобно произнесла она.

Маша открыла глаза. Они засияли зелёным светом, как заря на рассвете.

— Нет. — Она спокойно сказала. — Я жду.

Ядвига вскинула руки, и тьма сгустилась, готовая раздавить защиту Маши, словно черный шторм.

Но в последний момент Маша улыбнулась — спокойная, уверенная.

— Вот и всё.

Она развела руками, и папоротники расступились, открывая один-единственный цветок, который вырос прямо перед Ядвигой.

— Это… — ведьма застыла, словно ошарашенная.

Цветок дрогнул, словно живое существо, и расцвёл, испуская мягкий, золотистый свет.

Ядвига резко отпрянула, словно увидела в нём что-то ужасное, непостижимое.

— Как ты… — прошептала она, голос её тёк с оттенком трепета и недоумения.

Маша тихо встала, её лицо было спокойным, словно она знала что-то, что недоступно другим.

— Ты говорила, что земля — моя сила. — Маша мягко, но с убеждённостью произнесла. — Но она не только моя. Она — всех, кто к ней прислушивается, кто чувствует её дыхание и слышит её шёпот.

Ядвига молчала, словно поражённая, её взгляд был полон недоумения и, возможно, немного — признания.

— Ты не победила, — наконец произнесла ведьма.
— Я знаю. — Маша кивнула. — Но ты тоже не смогла победить меня.

В её голосе звучала тихая сила, которая сливалась с мягкой теплотой.

Ядвига рассмеялась, и в её смехе впервые прозвучала искренняя теплота, словно она признала силу другого.

— Хороший ответ.

Она повернулась к остальным. Алёнка прыгала, как заяц, от нетерпения, а Варя скрестила руки, оценивающе смотря на происходящее.

— Кто следующий? — спросила она, её голос был полон вызова.

Когда Маша отошла к подругам, Снежка шепнула:

— Что это был за цветок?

Маша пожала плечами, улыбаясь.

— Он показал ей то, чего она боится вспомнить.

Глубоко в лесу, в тенях, наблюдал за ними Роалзо — Леший, и в его глазах мелькнула тревога, словно он чувствовал что-то важное, что-то, что может изменить ход событий.

Варя уже сделала шаг вперёд, скрестив руки на груди, её глаза сверкали холодной решимостью.
Но прежде чем она успела что-либо сказать, Алёнка выскочила вперёд, размахивая руками, словно готовая к бою.

— Я следующая! — заявила она, подпрыгивая на месте, её голос был полон ярости и волнения.

Варя закатила глаза.
— Алёнка, ты даже браслета не носишь. Ты уверена?

Ядвига молча наблюдала за ними, а затем неожиданно достала из складок своего плаща знакомый браслет с рубином — тот самый, что она хранила так долго.

Алёнка застыла, уставившись на украшение, словно видела его впервые.

— Откуда он у тебя?! — выдохнула она, глаза расширились от удивления.

Ядвига усмехнулась, её лицо было спокойным, но в глазах — тень загадочности.

— Дитя, от меня ничего не утаить.

Она бросила браслет в воздух, и тот сам обвился вокруг запястья Алёнки, вспыхнув ярким алым светом.

— Он… тёплый, — удивлённо прошептала Алёнка, поглаживая камень.

— Потому что он ждал тебя, — мягко ответила ведьма. — Но помни: это не игрушка. Огонь — самая опасная из стихий.

Алёнка сжала кулаки, и между пальцами заиграли крошечные огоньки. Она тут же начала махать руками, пытаясь раздуть их в пламя, но огонь гас так же быстро, как и появился.

Ядвига наблюдала, склонив голову, и в её взгляде читалась насмешка.

— Ты боишься его. — произнесла она.

— Нет! — фыркнула Алёнка. — Просто… он иногда выходит из-под контроля.

Ведьма взмахнула рукой — и в воздухе возникли три огненных шара, словно живые искры.

— Поймай. — приказала она.

Алёнка ахнула, инстинктивно потянулась к ним, готовая поймать, но шары зависли в воздухе, словно прислушиваясь к её внутреннему состоянию.

— А-а-а, горячо! — воскликнула она, едва не отдернув руку, но в последний момент сжала кулак.

И тогда шары остановились, зависнув в сантиметре от её кожи, словно ждали её решения.

— Получилось! — закричала она, в восторге, её лицо сияло.

Ядвига кивнула.

— Хорошо. Теперь — отрази.

Она резко толкнула огненные шары вперёд.

Но Алёнка успела выставить руки — и волна пламени отразилась, разбившись о землю рядом с ведьмой.

— Видишь? Ты можешь! — подбадривала Снежка, стоявшая у края поля.

Но тут Алёнка почувствовала что-то странное. Браслет на её руке стал горячее, а в ушах зазвучал шёпот — словно сам огонь говорил с ней, шепча тайны и предостережения.

— Что это?..

Ядвига нахмурилась, её голос стал серьёзным.

— Остановись. Ты не готова.

Но было уже поздно.

Алёнка вскрикнула, и из её рук вырвался столб пламени, который взмыл в небо, озаряя всё вокруг ярким светом.

Ведьма взмахнула руками, и огненный вихрь рассеялся, превращаясь в искры.

Алёнка рухнула на колени, дрожа, словно вся её энергия иссякла.

— Я… я не хотела… — всхлипнула она, глядя на огонь, что всё ещё пылал в её руках.

Ядвига подошла, мягко положила руку ей на голову.

— Знаю. Но пока ты не научишься слушать огонь, он будет сжигать не только врагов.

— Почему ты не атаковала меня по-настоящему? — спросила Алёнка, когда они отошли к остальным.

Ядвига вздохнула глубоко.

— Потому что огонь нельзя торопить. Он придёт тогда, когда ты будешь готова.

Алёнка посмотрела на браслет. Рубин светился тускло, но тепло исходило от него.

— Значит… я слабая?

— Нет. — мягко ответила ведьма. — Ты — как уголёк. Сейчас ты тлеешь, но однажды вспыхнешь ярким пламенем.

Пока подруги обсуждали бой, Варя осталась в стороне, её пальцы беспокойно барабанили по рукаву.

— Ты следующая, — тихо сказала ей Маша.

Варя только кивнула, её взгляд был прикован к браслету Алёнки.

— Да. И я не подведу. — прошептала она, решительно.

В глубине леса что-то шевельнулось — словно сам ветер затаил дыхание.

Тишина.

Не та тишина, что окутывает покой, а та, что висит в воздухе перед приближающейся бурей — густая, звенящая, наполненная невысказанными словами.

Варя сделала шаг вперёд.

Болото замерло. Даже стрекозы перестали трепетать крыльями, словно сама природа зат

аила дыхание в ожидании.

Она не помнила, как оказалась у фонтана той ночью.

Не помнила, кто стер её память.

Но чувствовала — в глубине её сознания шевелится что-то тёмное, чуждое, словно чьи-то пальцы всё ещё копошатся в её мыслях, пряча правду за завесой тумана.

— Ты дрожишь, — прозвучал голос Ядвиги.

Варя резко подняла голову.

— От ветра, — солгала она, сжимая кулаки.

Ведьма усмехнулась.

— Ветер не дрожит, дитя. Он ревёт.

Ядвига не стала ждать.

Она взмахнула рукой — и воздух вокруг Вари взорвался, превращаясь в невидимые кнуты, хлеставшие со всех сторон, словно невидимая плеть, готовая разорвать всё на части.

Первая волна ударила в спину — Варя пошатнулась, но не упала. Вторая — прорвала рукав, оставив на коже тонкую кровавую полоску.

— Защищайся! — крикнула Снежка, её голос был полон тревоги и решимости.

Но Варя не шевельнулась.

Она закрыла глаза.

И вспоминала.

Обрывки образов. Тени, мелькающие в темноте.

— "Ты не должна помнить", — чей-то голос. Мужской? Нет… скорее кошачий — мягкий, таинственный, шелестящий как шёпот ночи.

— "Они используют тебя", — шепчет ветер, словно шёпот затаившейся тени.

— "Варя!" — крик Алёнки где-то далеко, за границами её сознания.

Боль. Темнота. Глаза Вари вспыхнули серебром.

— Я… не… ИГРУШКА! — выкрикнула она, и её голос прозвучал как раскат грома.

Она вскинула руки — и весь мир взорвался.

Ураган, рожденный из ничего, — листья, ветки, капли воды закрутились в бешеном танце, сливаясь в единую стену между ней и Ядвигой.

Ведьма отшатнулась — впервые за весь бой.

— Интересно… — прошептала она, её голос звучал с оттенком удивления и тревоги.

Варя не атаковала. Она дирижировала.

Каждым взмахом руки — и воздушные клинки прорезали пространство, оставляя глубокие раны на земле.

Ядвига парировала, но отступала — её плащ трепетал, словно парус в шторме.

— Откуда ты это знаешь?! — закричала ведьма, её голос полон ярости и удивления.

Варя не ответила.

Потому что сама не знала.

Ядвига хлопнула в ладоши.

Гром — оглушительный, раскатистый.

Ударная волна поглотила ураган, швырнув Варю на землю, словно куклу.

Тишина заполнила пространство.

— Довольно, — сказала Ядвига, её голос был полон власти и усталости. — Ты вышла за рамки испытания.

Варя медленно поднялась, вытирая кровь с губ.

— А вы — за рамки моей памяти.

— Что это было? — прошептала Алёнка, её глаза широко раскрыты, в них — смесь удивления и тревоги.

Маша молчала, глядя на свежие шрамы на земле — они складывались в знак, похожий на перевернутую руну, словно руны, запечатлевшие магию древних Хранителей.

Ядвига отвернулась, но внутри её трепетали руки, словно она боролась с невидимой силой, которая сжимала её сердце.

— Завтра тренировки продолжатся. — произнесла она тихо, с оттенком упрямой решимости.

А в тени деревьев, словно укрытый от всего мира, прикусил хвост Кот Ученый. Он знал этот почерк. Он чувствовал… Это была магия Хранителя Ветра.