Эмма
Всё же Эмма сейчас отличается от большинства этих людей на вечеринке. Она не получает того же удовольствия от происходящего: ей не хочется пить до потери сознания или танцевать на столе, прыгать в одежде в бассейн и играть в какие-то пошлые игры. Наверное, это новый женственный образ так влияет на неё. Более того, Эмма весь вечер напоминает себе о том, что нельзя расставлять ноги слишком широко, как она привыкла делать это в любимых спортивках, и не забывать держать спину ровно, а не как всегда.
— Отстой, — подумала Эмма, не заметив как произнесла это вслух.
— Согласен, дорогая! Я бы предпочёл и дальше сидеть в общаге, а не наблюдать за тем, как Кукла Чакки сосётся с Гомесом Аддамсом! — раздраженно подметил Ник.
В доме вдруг резко сделалось жарко, душно. И тому было быстро найдено объяснение: в и без того небольшом зале толпилось уже человек тридцать, если не больше. Воздух пропитался сладкими духами, алкоголем, и запахом дешёвых сигарет. Оставалось только надеяться, что остальное бесчисленное количество студентов во дворе не решит забежать в дом.
— Чей это дом вообще? — спросила Эмма.
— Чёрт его знает, но могу сказать одно, — Ник похлопал по дивану ладонью, — Хозяину стоило бы поменять обивку дивана. Её уже так пропердели, что аж дырки появились!
Ребята рассмеялись, и не сразу заметили, как перед ними появился какой-то парень. Высокий, широкоплечий, с удивительно зелёными глазами и рыжими кудрями, спадающими на лоб. Одет он был совсем не по теме вечеринки: капитанская джерси и джинсовые шорты.
— Вечер добрый. Как отдыхается? — поинтересовался незнакомец, потягивая из трубочки свой коктейль.
— Как видишь, вечеринка в самом разгаре! — саркастично ответил Ник, указывая открытой ладонью на своих друзей с кислыми рожами.
Тот в ответ хихикнул, и резко вспомнил об этикете:
— Меня зовут Зак, Зак Миллер. Капитан хоккейной команды Вэстфилда, — он сделал короткую паузу, видимо ожидая реакции в роде "ааа!", "ооо!", но когда той не последовало, продолжил, — И...да, я учту момент с обивкой дивана.
Ник неловко улыбнулся и окинул взглядом зал:
— Сколько ты позвал человек? Сто?
— Сто двадцать семь, если быть точным.
— Ты просто безумец, чувак. К утру этот дом разберут по кирпичикам!
— Поверь, к утру я тоже пожалею об этом решении.
Где-то на втором этаже раздался такой грохот, будто завалился шкаф.
Все подняли головы.
— Вот, уже начинается, — обречённо вздохнул Зак.
— Это было дорогое "начинается" или дешёвое? — уточнил Мэтт.
— Судя по звуку, долларов на шестьсот, — Зак хлопнул себя по ноге, — Ладно, вообще-то, я пришёл по делу. Ищу самых адекватных и трезвых для игры в "Было\не было". Присоединитесь?
— Приглашение принято, — кивнул Ник, — Потому что через полчаса здесь будет невозможно дышать.
Зак повёл их через кухню, где кто-то пытался поджечь маршмеллоу над конфоркой, и дальше по коридору, в сторону боковой двери. С каждым шагом музыка становилась глуше, но шум дома всё равно тянулся за ними. Эмма почувствовала, как чужая рука обвила её талию, и подняла взгляд на Криса. Он не посмотрел на неё, и жест его теперь выглядел больше машинально, чем спонтанно.
Зак отворил дверь в гараж, и перед ребятами открылось, как это не удивительно — просторное помещение вполне опрятного вида. С крашеными в зелёный стенами, угловым диваном, креслами, деревянным столиком и удивительного вида арт-объектом, который представлял из себя башенку из четырёх шин, обвитую рождественской гирляндой.
— Это что, ёлка такая? — спросил Мэтт с нескрываемым восхищением в голосе.
— Ага, — кивнул Зак, — С Нового года ещё стоит.
Он махнул рукой, приглашая их ближе к столу, на котором уже стоял набор новых рюмок, стаканов, бутылки с разным алкоголем и закуски. Все разместились на диване в привычном порядке, но в этот раз можно было не жаловаться на недостаток места: этот диван куда больше того, на котором они сидели до этого.
Зак сел в кресло напротив, и вид у него сделался такой, будто он готовился допрашивать своих гостей.
— Итак, чего изволите? — он стал вращать перед ними разные бутылки с алкоголем, — Макаллан, Блантонс, Бельведер?
— На последней тусовке мы хлыстали коктейли с водкой за двадцать девять долларов, а ты предлагаешь нам Макаллан, — Ник посмотрел на этикетку дорогостоящего виски, — Двенадцатилетней выдержки?
Рыжий коротко кивнул. Ник тут же пожал плечами, как будто его в миг всё перестало волновать.
— Мэтт, херачь нам всем Бельведер! — приказным тоном обратился Ник к брату.
Мэтт придвинулся ближе к краю дивана, потёр ладошки и принялся распечатывать горлышко бутылки, поговаривая:
— Интересный ты человек, Зак. Изолировался от вечеринки в собственном доме, и решил напоить незнакомцев алкоголем за несколько тысяч баксов. В чём твоя загадка?
— Нет никакой загадки, меня просто раздражает шум.
— По-моему, это не совсем реалистичная отмазка для того, кто устраивает у себя вечеринку на сто человек.
— Сто двадцать семь, — поправил Зак.
— Пусть так, — Мэтт уже наклонил бутылку, и прозрачная жидкость полилась в рюмку тонкой струйкой, — Но, выходит, ты собрал всех этих людей, а сам заперся в гараже.
Водка заполнила первую, вторую, третью рюмку. Мэтт разливал эту святую воду как настоящий профессионал: везде был одинаковый уровень. А Зак всё так же молчал, наблюдая за выверенными движениями гаражного бармена.
— Признаться, сегодня мой первый раз.
— Ого! Поздравляю! И кто она? — Ник по-воровски оглянулся.
— Я не об этом, — Зак повертел головой, — Я ещё ни разу в жизни не пил алкоголь.
Все глаза в гараже теперь смотрели только на него, и читалось в них легкое недоверие. Да кто, в самом деле, в студенческие годы не пьет? Этот парень либо обманщик, либо...
— Спортсмен же, все дела. Как вы себе представляете, что капитан хоккейной команды будет пить, как это ты сказал — он кивнул на Ника, — водку за двадцать девять долларов, а потом блевать в бассейн? Мне, знаете ли, какую никакую репутацию нужно сохранять в глазах своих гостей.
— У тебя же куча дорогого пойла! — возразил Крис, чуть сильнее сжав бок Эммы, отчего та ахнула — К тому же, никто ведь не говорит, что нужно ужираться в стельку.
— В одиночку я пить не хочу. У меня так-то и компании нет, — признался он, чуть съёжившись в своём кресле, отчего из уверенного тотчас стал выглядеть неловким.
— Как это нет? Ты капитан команды, по тебе наверняка девчонки сохнут, парни дружить с тобой хотят. Дома у тебя вечеринка на сто человек...
— Сто двадцать семь.
Ник закатил глаза так, что мог увидеть собственный затылок, и заговорил:
— Задолбал. Сто двадцать семь! Ну так? В чём проблема-то?
— Я ни с кем не общаюсь. Только с ребятами на хоккее, и то, вне поля мы друг другу почти что чужие люди. Видишь ли, моя жизнь по сути своей довольно скудна, как бы хорошо не выглядела эта обёртка. Учёба, хоккей, соревнования. Ничего больше, совсем.
— А девушка? Девушка есть?
— Нет.
Эмма уставилась на Зака, его острые скулы, аккуратный нос и зелёные глаза, обрамлённые длинными ресницами. С такими внешними показателями иметь проблемы с девушками? Невозможно. Только если у него ужасный характер, чего пока никто из них не заметил.
— Либо ты лжец, либо девчонки в университете слепые.
— Может, дело совсем не в девушках.
На несколько секунд повисла тишина.
Крис нахмурился, пытаясь понять, что именно тот имел в виду. Мэтт задумчиво покрутил свою рюмку, разглядывая причудливую гравировку. И только Ник уловил этот посыл мгновенно.
Очень медленно его брови поползли вверх.
— А-а-а...
— Даже не начинай, — предупредил Зак.
— Я ничего не сказал.
— Но собирался.
— Возможно.
Уголок губ Зака дёрнулся.
— Пу-пу-пу...За это и выпьем! — Ник подпрыгнул на диване, придвинулся ближе к столу и схватил свою рюмку с ещё ледяной водкой.
Все подняли рюмки над столом, осторожно чокаясь. Ник запрокинул голову так, что в рюмке не осталось и капли. Мэтт выпил свою в два подхода, потому что с первого глотка обжёг горло. Крис выпил свою и громко выдохнул, а Эмма опустошила рюмку молниеносно, даже не скривившись.
И только Зак всё ещё держал у губ этот изысканный хрусталь, никак не решаясь наконец прикоснуться к этой настоящей студенческой жизни, где алкоголь затуманивает разум и раскрепощает даже самых скромных.
— Ну же, — Ник улыбнулся ему и подмигнул, — Пора.
Как по команде, Зак опустошил свою рюмку и тут же скривился.
— Ну и дрянь.
— Надо было начинать с дешевой и теплой, у тебя тогда вовсе глаза из орбит повылезали бы!
— Спасибо, но мне ещё рано умирать, — Зак занёс пальцы в рыжую копну волос и взъерошил их. Огненные локоны теперь выглядели не так опрятно, но оттого не менее привлекательно, — Итак, пора начинать игру.
Пока Мэтт обновлял всем рюмки, старший завопил:
— Чур, я первый начинаю! — подскочил Ник, и не желая слышать возмущений, выпалил: — Я никогда не целовался с парнем!
Конечно, конечно Ник целовался с парнем, и не раз! Потому сразу опустошил свою рюмку. Крис посмотрел на Эмму и удивился, что та не потянулась за водкой. Это им ещё предстояло обсудить, но позже, не здесь.
Каково было всеобщее удивление, когда Зак потянулся за бутылкой, и начал хлыстать водку с горла.
У Мэтта, Криса и Эммы натурально отвисли челюсти. Не только от того, что Зак, который до этого не пил вовсе, начал лить в себя водяру прямо с бутылки, сколько от его признания в собственной ориентации.
— Так и знал! — самодовольно выкинул Ник, закидывая руки за голову.