Это невозможно.

   — Ты помнишь этот лес, Арс? Тот самый, куда мы так любили ездить на пикник. Уезжая на много километров от города и останавливаясь возле нашего тихого рая. И он был только наш. Ты помнишь вечно зелёную листву? А помнишь ветер? Временами он был так силён, что ты кричал на него: «Парень, прекращай, ты мешаешь мне целовать Шастуна!»— Антон хрипло смеётся и устремляет взгляд в абсолютно белый потолок. — Но там было так тихо. И мы были вдвоём. И еда, куда же без неё, — вновь хриплый смешок. — Но главное, не было городской суеты, осуждённых взглядов, непонимания. Мы были одни. И мы были собой...