9
Было трудно поверить в то, что Ёнджун и Субин уходят. Им было ужасно трудно оставлять в этом месте одного Бомгю, но выхода больше не было, поскольку школьника ждала учёба, а старшего — подготовка к университету. Обещая, что они будут приходить, парни собрали вещи и выписались. Жизнь показалась совершенно другой. Оказавшись в больнице, их взгляд на жизнь поменялся с ног на голову, что даже не верилось в то, что они идут по улице и им не надо снова обходить врачей и проверку состояния. Теперь они снова предоставлены лишь самим себе и заботиться о себе должны сами.
В школе все радушно встретили Ёнджуна и поздравляли с поправкой, а вот сам Чхве словно и не хотел поправляться, ведь понимал, что эти люди просто для выгоды показывают ему свои светлые стороны. А вот настоящие друзья сейчас далеко. Субин жил в пятнадцати километрах от него, а Бомгю был в больнице, где время посещения ограниченное и попасть в этот промежуток времени будет очень трудно из-за учёбы. Этот ритм жизни казался серым и скучным, тут нет никаких эмоций и жить даже не хотелось. Теперь парень понял, почему он часто ходил такой хмурый до того, как попал в больницу. Тут нет такого адреналина и страха за близких, тут одна рутина, ты уже знаешь, что будет завтра.
Субин старался возвращаться в привычную жизнь, где он — лишь пешка, над которой другие могли смеяться и передразнивать его за его же болезнь. Наркоплексия вызывала у других не ужас и не страх за состояние парня, а смех и задорный хохот. Поэтому Чхве крайне не желал возвращаться в прежнюю жизнь, где никто не понимал, что болезнь — не шутка. Чувствуя, что где-то живёт Ёнджун, который поддерживает всегда друга, и Бомгю, который борется за свою жизнь, шатен чуть успокоился и выдохнул. Закрыв учебник, посмотрел в окно, за которым чудесная погода. Самое время перестать переживать из-за учёбы и передохнуть.
Казалось, жизнь наладались, но после того ада всё вокруг стало словно ещё хуже, ведь нет рядом их — тех, кто бы поддержал и пришёл бы сразу же.
Бомгю лежал на койке и держал в руке браслет. Это был браслет из бисера, который ранее находился на запястье Кая. Закрыв глаза, представлял, как они, все пятеро, бегают по всей больнице и задорно смеются, словно ничего не случалось и всё прекрасно. Вошедший врач напряг брюнета и он как-то с обидой посмотрел в глаза мужчины, который держал в руке бумаги.
— Стадия переходит на третью...
*****
Встретив шатена около кафе, парень в шапке тут же заулыбался и, убрав наушники в карман, помахал, высоко вытянув руку. Усмехаясь с такого забавного Ёна, старший подошёл и, ударив кулаком кулак друга, открыл дверь, чтобы брюнет прошёл первым. Они давно не виделись, а ведь Субин уже студент, а Джун — ученик выпускного класса. Прошёл год и им обоим ужасно стыдно перед Бомгю, ведь они даже не знают, жив ли он. Они не могли никак увидеться и пойти в больницу, а сейчас, казалось бы, подходящее время для этого, но при этом стыд и совесть заставляли чувствовать себя неудобно, что даже в глаза другу смотреть не хотелось. Сердце разрывалось от одного воспоминания, где был длинноволосый паренёк.
Вспоминая времена, когда их было пятеро, парни наплакались, наполнились ностальгией и выговорились полностью. Казалось, что они смогли читать мысли друг друга, что в головах обоих был лишь оставшийся в той больнице. Им надо его навестить. Если он, конечно, жив. Что очень маловероятно, учитывая, как он отказывался от химиотерапии, не желая расставаться с волосами. Интересно, почему он этого так боялся? Им никогда этого не понять.
Садясь в машину, парни продиктовали адрес и, кусая губы, ехали в полной тишине. Сердце разрывалось, а сами молодые люди не находили себе места, чувствуя, как их поедает совесть. Как они могли бросить Бомгю одного? Это ужасно, смеять после такого себя друзьями называть — грех. И так считали оба.
До жути знакомое здание, пробирающее до мурашек. В нём произошло столько всего, да и происходит по сей день, ведь таких, как они — не один десяток. Войдя внутрь, прошлись по знакомому направлению и уже стояли рядом с этими дверьми. Те самые палаты, где были они. Вздрогнув, переглянулись и заглянули в окошко. Там лежали двое незнакомых мальчишек, которые, по всей видимости, были близнецами. Сзади подошёл врач и, узнав парней, удивлённо раскрыл рот.
— Господин Пак?— улыбнулся Ёнджун и, осмотрев, убедился, что это действительно Пак Сонхун, который ранее лечил его. Поклонившись, парни снова посмотрели в окно, где лежали незнакомые мальчики,— Здравствуйте. Мы хотели узнать, что с Бомгю?
Сердца обоих словно остановилось, как только мужчина вздохнул и сжал бумаги. Казалось, он что-то пытается умолчать, тем самым позволяя им самим понять ответ. Неужели не смог? Неужели так и покинул этот мир со своими роскошными волосами? Как же он глуп, считая, что причёска куда важнее жизни. Что за бред вообще? А самое ужасное и обидное то, что они не попрощались. Они не увидели его, не обняли. Оставили одного здесь. А вдруг он искал их? Вдруг нуждался в них? Стыдно...
— Он...— посмотрел на часы, затем осмотрел коридор,— пошлите.
Кивнув в сторону, мужчина пошёл вперёд, а за ним и напуганные парни, которые еле держались на ногах и ничего не понимали. Войдя в последнюю палату, где ранее находился Гю, врач указал на койку, на которой лежал пациент в шапке и с телефоном в руках. Подняв взгляд, тот расширил глаза и радостно отбросил гаджет, желая поскорее обняться с друзьями.
— У Вас четвёртая стадия патоморфоза, это значит, что все злокачественные клетки умерли и Вам осталось пройти курс лечения после химиотерапии,— оповестил, на глазах каждого находившегося в палате наполнились слезами.
Ёнджун глянул на Субина, а тот улыбался и держал слёзы, не позволяя им показываться. Бомгю же соскочил с кровати и крепко обнял друзей, не веря во всё происходящее, ведь только недавно на его глазах умерли двое его близких людей, а сейчас объявили о конце. Конце войны с болезнями и теперь они втроём могут продолжать жить и бороться уже внутри общества, чтобы стать кем-то, сделать свою личность индивидуальной. Это место дало незабываемый опыт и эмоции, посему забыть то время будет невозможно. Было больно вспоминать Тэхёна и Кая, но моменты с ними были самыми счастливыми. За это парни им безмерно благодарны.
— Ты выйдешь из больницы, отрастишь волосы до самого пола и я буду заплетать тебе косички пока руки не отвалятся!— заявил Ёнджун и присутствующие засмеялись,— боже, Бомгю, ты молодец! Большой молодец. Спасибо, что решился на это...
— Я согласился только чтобы увидеть вас снова и больше никогда не видеть на ваших лицах горькие слезы,— шмыгнул носом парень и крепко обнял двоих, глянув на Пака и потянув руку к нему,— присоединяйтесь.
Вытерев щёки рукавом, Пак бросил бумаги на тумбу и тоже обнял парней, понимая, через какой ад они прошли.
Конец.