Глава 41
Лукас подбросил ВинВина до дома, на что тот любезно пригласил на чай.
"Сближение с ним может пригодится в дальнейшем", - думает Вон и проходит в дом. Он не ожидал, что дом приближённого Джонни окажется таким простым во всех смыслах - небольшой одноэтажный домик цвета слоновой кости, окошки с персиковыми шторами, уютная гостиная с белым диванчиком, - казалось, что тут живёт молодая девушка лет двадцати, а не двадцатилетний китаец. ВинВин разливает в один стакан барбарисовый чай, в другой - красное вино. Лукас понимающе кивает и принимает из чужих рук горячую чашку. У него в голове крутится много вопросов, которые хочется высыпать на своего собеседника, но он держится и выжидающе смотрит на его волосы.
-Это сделал не я, а Джонни... Ну, если быть точнее, его ребята. Я никогда не красился, но и не думал, что первый раз будет такой.
-Тебе...идёт.
Он непонимающе смотрит на Вона, после чего отпивает из чашки.
-Если только нормально уложить...то, вполне нормально.
Юкхэй встаёт с места и подходит к китайцу, поправляет причёску и достаёт телефон, включая фронтальную камеру и передаёт её собеседнику. Тот долго рассматривает себя, после чего как-то грустно улыбается и отдаёт телефон.
-Ты не такой уж и отвратительный человек, Лукас. Джонни отзывался о тебе не лучшим образом.
-Я пошёл против системы. Он должен был убить меня, но он не расчитал свои силы. Точнее, вас.
-Ах да... Прости за всё, что я сделал. Это...
-Ты просто выполнял приказ, я всё понимаю.
ВинВин кивнул и сделал ещё пару глотков из чашки. Лукас думает, что ко всему можно привыкнуть, даже к странной причёске на твоей голове, даже к вину вместо барбарисового чая, даже к новому знакомому.
-Если тебе не трудно, то...не мог бы ты рассказать, что сделал Джонни? Я не хочу на тебя давить, просто хотя бы знать, за что мстить.
Его собеседник допивает содержимое чашки и идёт к столешнице, чтобы заполнить её вновь.
-Ты...правда собираешься сделать это? Из-за меня?
-Если он сделал что-то настолько отвратительное - то да, конечно.
Старший садится на место и делает глоток. "Собирается с мыслями," - подмечает Лукас про себя и готовится выслушать его.
***
-Где он так долго пропадает?! - возмущается Ченлэ и уже какой раз подходит к окну. Стрелка часов давно перевалила за полночь, а старшего всё ещё нет. На сообщения и звонки не отвечает, в сети не появляется. За это время Чжон успел прогуляться, купить продуктов, приготовить ужин и сделать уроки. Он попросил Джисона остаться, потому что 'вдвоём спокойнее'. Джисон сам не меньше волнуется, но ему совершенно всё равно, что ему завтра скажут родители. Он не ставит их в приоритет, потому что считает, что они подают отвратительный пример. С их стороны нет ни поддержки, ни отдачи, ни ласковых слов, лишь сухие, доведённые до автоматизма фразы 'есть будешь?', 'уроки сделал?', 'доброе утро' и 'доброй ночи'. Они тот тип людей, которых поглотила рутина - работа, отчёты, конференции, да ещё сын дома, откуда на него время? Это, скорее, грустно и их становится жалко.
Входная дверь громко хлопает, отчего кажется, что весь дом дрожит. Ребята быстро спускаются на первый этаж и видят не лучшую картину : Лукас с синяком на щеке, кровью из губы, избитыми костяшками, порванными брюками стоял, облокотившись о стену в прихожей. Младшие без слов понимают и помогают сначала раздеться, а потом обработать больные места. На теле оказывается множество синяков разных размеров. Сейчас не очень хочется допрашивать Вона, поэтому они укладывают его к нему в комнату. Утром он сможет объяснить всё достаточно доходчиво и просто.