Глава 39
Долгожданный выходной с самого утра не задался у Юонг. Сначала она забыла кошелёк, потом, идя по улице, её окатили водой с верхнего этажа какого-то дома, после она открыла бутылку с водой в автобусе, да так, что почти вся вода оказалась на ней. Она проверила свой гороскоп - последняя по рейтингу удачи. А было только двенадцать дня. Юонг старается прислушиваться к гороскопам и берёт с собой всюду свой счастливый камень аметист. Иногда на неё накатывает волнение из-за того, что она не взяла камень, но тогда она старается решать проблемы без него. Придя домой она заваривает ромашковый чай и садится за кухонный стол, включая свежий фильм.
Джисон подъезжает к дому Ченлэ и видит машину Лукаса. Он облегчённо выдыхает и решает зайти в дом, чтобы хотя бы извиниться за вчерашнее. После звонка дверь открывает Лукас и довольно улыбается, переводя взгляд на мопед, который стоял рядом с машиной.
-Так вот куда ты убежал... Знаешь, Ченлэ разнервничался из-за этого и как-то расстроился даже. Но ты не переживай, поговори с ним, он должен понять.
Джисон кивает и проходит во внутрь. Дома, на удивление, чисто и всё стоит на своих местах. Дойдя до комнаты хёна он прокручивает примерный диалог у себя в голове, после чего неуверенно стучит в дверь. После тихого 'входите' Пак заходит и неловко улыбается. Ему стыдно, при чём уже постоянно. Неужели возможно столько раз ложать перед людьми? Ченлэ как-то недовольно смотрит на него, отчего хочется встать на колени и отчаянно просить прощения. Но он сдерживает себя. Они оба всё прекрасно понимают, но ведут себя как дети малые - один много обижается, а второй не всегда договаривает.
Джисон наконец сдаётся и проходит внутрь комнаты, подойдя к кровати Ченлэ и смотря на того сверху вниз. Тот пытается встать, чтобы быть на равных с ним (но этого никогда не будет из-за разницы в росте), но ему не позволяет рука младшего, которая оказывается на его бедре, немного вжимая того в кровать. Чжун бросает взгляд сначала на ладонь, потом медленно переводит его на Джисона, который смотрит так непривычно и с некой надеждой. Ченлэ не помнит точно, сколько они вот так молчат и смотрят неотрывно, но по ощущениям проходит вечность. Пак садится на корточки, не отрывая взгляд от него.
-Спасибо, что не бросил меня, ну, после этого, - нарушает тишину Ченлэ, указывая взглядом на перебинтованную руку.
-И почему это я тебя должен был кинуть?
-Ну знаешь, психическая неуравновешенность, острая реакция на происходящее...я тебе могу ещё много диагнозов назвать, которые врач диктовал Лукасу, пока я собирал вещи и, конечно же, подслушал.
-Главное чтобы ты реагировал на меня должным образом.
Китаец вопросительно смотрит и его передёргивает с собственных мыслей от его фразы.
-В смысле такими же горящими глазами, дурак.
Смущение и недовольство накрывает его с головой и даёт ещё время на барахтание, но он тонет в этом окончательно после того, как Джисон приближается к нему непозволительно близко и дотрагивается губами до шеи, потом до подбородка, и, напоследок, накрывает его губы своими. Ченлэ сидит красный до кончиков ушей и смотрит за спину младшего, чтобы не покраснеть вообще всем телом.
-Почему ты мне не всё рассказал? - спрашивает Джисон, обиженно надувая губы. Чжун наконец встречается с ним взглядом и вопросительно смотрит. От него пахнет спиртом и медикаментами и этот запах начинает щекотать нос, отчего очень хочется чихнуть, но Пак сдерживается.
-Почему ты не сказал, что ты не дельфин, а рак?
Пак широко улыбается, отчего его глаза становятся совсем крохотными и похожими на полумесяцы, но эта шутка не разряжает атмосферу, а наоборот заставляет покраснеть Ченлэ ещё больше, ведь что-то определённо не так с его головой, 'из-за Джисона' - так отмахивается он и выходит из комнаты в ванную, чтобы хотя бы умыться. По пути встречается с Лукасом, на котором был тёмно-синий костюм с чёрным галстуком. Он выбежал из своей комнаты по направлению к выходу. Чжун возвращается обратно в комнату и наблюдает за ним из окна. Тот, в свою очередь, прыгает в машину и торопливо уезжает от дома. Ченлэ придчувствует что-то неладное, как и, кажется, всё в этом доме.