Глава 17. Амелия
Марта застегивает молнию на моем платье, пока я поправляю макияж, большой пушистой кистью рассыпая в воздухе десятки маленьких крупиц от пудры. В свете ламп туалетного столика виден клубок пыли. Но без стойкой штукатурки на лице сегодня пережить этот вечер не получится. Пока Алекс ждет нас в моей гостинной, готовя свои фирменные алкогольные коктейли, мы с Мартой активно собираемся, увлечены разговорами о насущном. Марта наклоняется ко мне, смотрит в зеркало, рассматривая себя то с одной стороны, то с другой.
- И как тебе только удается, Эм?
- Что именно? Бейкинг? - поднимаю на нее свои глаза, сверху подведенные тоненькой коричневой стрелкой, тушь, как и тени, я тоже выбрала коричневую, блестяшка на центре века с розовинкой, при ярком свете ее почти не видно, а вот в темноте при хаотичной подсветке блестки видно из космоса.
- Нет, парней так охмурять, что не отвязаться потом.
- Не поверишь, но я никаких усилий не прилагала. И не могу назвать это каким-то хорошим достижением. Если честно, я больше кайфую от того, что я одна.
- Вот поэтому ты их обоих морозишь. - буркнула Марта и плюхнулась позади меня на кровать. - Если тебе в кайф быть одной, зачем надежду им давала?
- Наверное, просто хотела попробовать, каково это, когда тебя любят...Ты из отношений не вылезаешь, то один у тебя, то другой. Наконец-то ты остановилась на Алексе. Я, правда, за вас очень рада.
- Во всех моих отношениях - однодневках я никого не любила, Эми. Всегда к Сашке душа лежала, просто из-за характера, ты ж меня знаешь, приоритеты немного не так расставила. - курит, я не вижу этого, но до меня доносится запах чего-то сладкого, беру телефон и делаю селфи, сразу пощу в историю под ненавязчивую песню.
- Ты хотя бы уверена в том, что любишь его...
- И ты уверена, Эм, что втюхалась в Стацкого.
- Нет! Не правда. Он мудак и от него одни проблемы. От стресса я себе всю руку чуть ли не до крови разодрала. - одно слово "Стацкий" и у меня заболела голова, загорелись щеки, надуваю губы недовольно, Марта хихикает сзади.
- Правда - правда. Тебя Рус сегодня бросил, а тебе хоть бы что. Даже долго упрашивать пойти на концерт не пришлось, ты и не отказывалась. Вон, какой букет красивый подарили! - в углу комнаты у кровати стоит огромная корзина свежих пионов, я снова не понимаю, откуда Стацкий раздобыл их посреди зимы. Кажется, он способен делать для меня невозможные вещи, что не может не тешить мою самооценку. Марта, хоть и правду говорит, не стесняясь в выражениях, но иногда, клянусь, я чувствую в ее голосе какую-то издевку, подкол. И от этого становится неприятно.
- Это тебе Руслан сам рассказал?
- Ага, дозвонилась днем до него. Сказал, что учится, выбрал себе уник. Но опять там что-то с творчеством, то ли актерство, то ли что-то другое...Я уж и не помню. Пригласил нас с матерью на день открытых дверей весной. Я его на концерт тоже звала, а он сказал, что нашел себе другую девушку, а с тобой порвал. - Марта закашлялась. - Ну, я и не удивилась, молодой он еще. Все эти "люблю, куплю" еще не для него. Пусть отучится, работать пойдет, тогда уже серьезное что-то можно делать.
Мое внутреннее чутье подсказывало, что что-то здесь не так. Во всем. Может, Марте виднее, она лучше знает своего брата и все такое, но мне точно во время звонка показалось, что Руслан темнит, не договаривает. Он буквально на руках меня носил, в глазах читалось обожание...Постоянно говорил мне, как сильно и долго я ему нравлюсь, как он счастлив. А потом такое: бросает меня. Не странно, нет? Мне странно. А еще странным кажется то, что Руслан умудрился рассказать об этом Марте и ни слова про армию. Я застегиваю косметичку, откладываю ее на край стола и встаю.
- А больше ничего Руслан не сказал?
- Русик? Не-а, попросил вас лбами больше не сталкивать и все.
Марта также поднялась, на цыпочках прошлепала к шкафу, подняла корзину с пионами и начала фотографироваться, когда она закончила, подала ее мне.
- Теперь ты.
- Что?
- Ну, бери цветы, стань как-нибудь красиво, я тебя сфоткаю.
- Зачем? Я сегодня...
- Ты обалденно выглядишь, Эм! Встань к окну.
Я обхватываю корзину двумя руками и подхожу к шторам, Марта отодвигает ночную, затем двигает меня за плечи так, как ей надо, помогая выставить правильный ракурс.
- Сначала глаза закрой, нет, опусти. А потом открой. Ага. И еще раз, но медленнее, видео запишу.
Марта так смешно раскорячилась передо мной, ее короткая обтягивающая юбка задралась и уже доходила до талии казалось, будто на ней только черные колготки и широкий пояс. Я не сдержала смех, прикрыв рот ладонью.
- Вот! Отличный кадр! - Марта улыбается, вернув мне телефон, поправила юбку на место.
- Все? Пойдем теперь вниз, Алекс уже спился, пока нас ждал.
- Подождет. Меня он с универа ждал, столько лет уже! - Марта выдыхает сладкий дым. - Так, давай коллаж выставим.
Под мои отказы и нытье, мы загрузили в историю с моего аккаунта коллаж, состоящий в верхней части из двух фотографий, где я смотрю прямо в камеру, мило улыбаясь, и на второй я смеюсь, вспышка сделала свое дело, превратив эти фотографии в безумно романтичные. На нижней части замедленное видео, где я закрываю и открываю глаза. Марта принудила меня поставить песню Стацкого, где он поет о неразделенной любви.
"В мире так много мест,
Давай сходим куда-нибудь, где мы еще не были.
У нас молодые лица,
Но мы постоянно возвращаемся к старым событиям.
Давай сделаем что-то, о чем не будем жалеть и что сможем вспомнить?
Ведь однажды мне придется ждать тебя.
А что, если...
А что, если я попрошу тебя остаться?
А что, если...
А что, если твое сердце слишком дорого стоит и у меня не хватит денег?
Раздень мою душу догола,
Выверни все, переверни дом вверх-дном.
Давай сделаем что-то, о чем не будем жалеть и что сможем вспомнить?
Ведь однажды мне не придется ждать тебя."
Шалость удалась после того, как Марта отметила профиль Стацкого в моей истории и добавила подпись курсивом "Поздравляю с выходом песни. Я так долго ее ждала".
- Ты сумасшедшая!
- Нет, это ты сумасшедшая, Эм! - сгорая от стыда, я спускалась на первый этаж под смех Марты.
- Девчат, что за шум, а драки нет? - улыбается Алекс, ловя на лету Марту с моим телефоном в руке.
- Отдай! Это стремно!
- Бегать от своей судьбы стремно! - смеется она, целует Ала в щеку. - Да? Сашенька.
- Маш, потише, чуть в плиту не влетела. Что там? - Марта показывает ему историю. - Ну, красиво все. А че не так?
- Ал, тебя не смущает, что на фотках цветы от Стацкого, его песня...И то, что там написано вообще, это ужас!
Алекс смеется, Марта выждала, пока историю лайкнут и посмотрят 68 человек, только после этого вернула мне мобильный. Мы допили по третьему коктейлю от Ала, состоящего из водки, персикового сока и спрайта. Вызвали такси и поехали на концерт.
Я: Рус, все же было нормально, почему ты так...со мной?
Руслан меня заблокировал, я не смогла отправить ему сообщение. Возникшая из ниоткуда уверенность в себе жаждала встречи с Русланом, хочу еще раз поговорить с ним один на один и все обсудить, слишком откровенно он врал, когда говорил про свою девушку...Раз он соврал Марте так просто на тему своего поступления, значит, так же ловко соврал и мне. Решил, точнее, что хорошо врет, но меня не проведешь. Марта попросила водителя включить нашу любимую попсовую песню, я невольно сравнила ее с песней Стацкого...Драматичный гитарный бой, тихий, перерастающий в мощное соло бас-гитары, сопровождающийся барабанами и...если не ошибаюсь, там скрипка? Я ходила в музыкальную школу с пяти лет, в 13 уже закончила, но с тех пор так ни разу и не практиковалась ни в игре на гитаре, ни на фортепиано. Разве что, пою, бывает, в душе, как все нормальные люди делают или спьяну, как сейчас, подпеваю Марте. Слышу голос Ноя, хрипловатый, глубокий бас...Таким голосом, но с более ласковым тоном он будил меня с утра со словами "Просыпайся, моя принцесса. Самая красивая и милая девочка на свете.". А еще он любил говорить, что соскучился за ночь по мне, поэтому принимался будить уже через час, после того, как проснется сам. Я скучаю по этим моментам, но не могу сказать, что скучаю по самому Ною...Кажется, будто я жила лишь одними эмоциями, которые получала рядом с ним. Как только вижу его в живую, все сразу сводится к тому, что он меня раздражает. Появляются неприятные картинки, нарисованные моим воображением, как он обнимает ту блондинку, как он целует ее, трогает там, где не позволяла я...От этого сразу гаснет все то светлое, что мы имели, когда были вместе. Имею ввиду, хорошие моменты.
Нарядно одетая в белую выглаженную блузку и черную юбку, хостесс, стуча высокими каблуками, проводила нас на летнюю крытую террасу второго этажа, где для нас троих уже был забронирован столик. Наши вещи унесли в гардероб, официант подал меню. Алекс принялся советоваться с нами, на каком алкоголе мы сегодня будем веселиться, Марта фотографировала себя на фоне красивых зеленых лоз, это не искусственные цветы, от них пахнет свежестью, грунт в больших горшках влажный. Так же под потолком сплетены гирлянды, мы будто попали на светское мероприятие, а не на концерт рок-звезды. Опускаю голову, нервно закусываю губу и выпрямляю спину, осматривая гостей, которые одеты каждый во что-то приличное, длинные коктейльные платья, на некоторых девушках накинуты бежевые пледы, ведь за панорамными окнами зима. Мужчины в костюмах, кто-то уже успел выпить, несколько мужчин разных возрастов скинули свои пиджаки на спинки плетеных стульев и расстегнули верхние пуговицы на рубашках. Я не нахожу виновника торжества, нам вскоре объявляют, что нужно подождать совсем чуть-чуть. Мы под аплодисменты чокаемся с друзьями хрустальными бокалами и начинаем наш вечер с шампанского.
Ной активно общается с публикой под свист и шум толпы, его барабанщик отбивает ритм, гитарист иногда тянет за струны, пока Стацкий пьет воду из бутылки. Девушки визжат, тянутся к огромной сцене, вокруг вспышки от телефонов, кто - то просит скорее начать следующую песню. У края сцены я вижу двух девушек, одна из которых - знакомая блондинка, в изящных черных очках с золотой оправой она без конца кривляется, снимая и выкладывая истории, танцует, виляя ягодицами в коротком платье. Девушек от толпы отделяют трое амбалов, которые неподвижно стоят и смотрят в никуда, в их ушах специальные наушники, под пиджаками вижу что-то, похожее на огнестрельное оружие. Как все серьезно. В отличие от Ноя, который поливает себе на голову воду и, подпрыгнув к краю сцены, берет свой микрофон и начинает новую песню, вода стекла по оголенному торсу, из-за чего на татуированном теле стали поблескивать блики от софитов. В первых рядах у сцены, как я понимаю, находится вся его свита, все друзья и знакомые, а мы почему-то сидим за этими столами. Марте уже стало хорошо и она стала зазывать нас с Алексом на танцпол. Алекс не мог отказать ей по объективным причинам, ну а я решила проветриться. Выхожу из концертного зала под пристальный взгляд седого мужика, который сначала не сводил с меня взгляда целый вечер, на что мне даже Марта намекала, толкая в колено под столом, а потом и вовсе засобирался и вышел на улицу прямо за мной.
Потеплее укутываюсь в плед, молясь, чтобы не простудиться на утро или, того хуже - не испортить макияж, ведь вокруг сильный снегопад. Глазами ищу кого-то, у кого можно стрельнуть сигарету. Какое бы событие не происходило в клубе - ощущения после него каждый раз одинаковые: жар на улице сменяется на холод, отрезвляя все органы чувств, начинаешь ощущать и боль в висках, и тошноту. Общество богатых кошельков мне никогда не нравилось, хватило всех этих приемов в детстве, родители, до того, как уехали из страны и оставили меня на попечение бабушки с дедом, часто приводили меня с собой во все рестораны и ивенты столицы. Людям почему-то нравилось со мной сюсюкаться, а мне совершенно не нравилось в конце вечера засыпать на стульях или диванах в ожидании, пока родители навеселятся.
Морщинистая мужская рука протягивает мне сигарету. Благодарю странного мужика, следившего за мной весь вечер и беру у него зажигалку. Сразу отворачиваюсь в другую сторону, делая несколько шагов от дверей клуба.
- Извините, вы не Лия Новинская?
Так меня называли только родители. В кругу семьи и родственников никогда не было Амелия, Эм или Эми. Только Лия. Я оборачиваюсь, смотрю на мужчину в упор.
- Мы знакомы?
- Я тебе на каждый праздник отправлял конфеты "Альпы", помнишь? Я Виктор Иванович Стацкий.
Вот - те на. Так это он конфетами меня баловал? Родители всегда передавали мне те самые красные пакеты с элитными конфетами, перевязанные золотыми шнурками, но никогда не рассказывали мне, что это от читы Стацких...Я молчу, растерянно хлопая ресницами, нервно делаю вторую затяжку.
- Лиичка, как твои родители? Они так быстро уехали, даже адреса не оставили. - закуривает он.
- Все нормально, созваниваемся. Извините, я совсем вас не помню...
- Столько лет прошло, еще бы! Ты такая взрослая выросла, красивая! Не замужем еще?
- Нет, пока нет. - Марта с Алексом просто упадут в обморок, когда я расскажу им, что, оказывается, знала отца Стацкого еще с детства, просто не знала, как его зовут и как он выглядит. Смольные волосы уже тронула седина, у Ноя от отца такая же форма ровных густых бровей. Внешне они очень даже похожи, наверное, так Ной будет выглядеть в старости, но только с татуировками. Виктор Иванович своей улыбкой располагает к себе. Но я все же чувствую подвох, неспроста же он смотрел на меня весь вечер.
- А ваш сын, женился? - зачем-то спрашиваю я, вызывая улыбку у Стацкого старшего.
- Как видишь, нет. Продолжает кривляться в медиа, концерты, вызывающий вид и это...поведение. - последнее слово он небрежно выплевывает. - Когда вся эта пытка закончится, я вас познакомлю.
- Не стоит, мы с друзьями после концерта сразу должны ехать домой. - мягко улыбаюсь, стряхиваю пепел на снег.
- Тогда, может, в другой раз? Приглашаем тебя на ужин! Оставишь мне свой номер? Нам нельзя теряться.
Да что ж это такое, ну, я уже дала номер одному Стацкому, что уж теперь, набираю на экране его дорогого телефона свой номер и он делает мне дозвон, знакомый ход.
- Запиши мой номер, Лиичка! И, сделай одолжение, напиши номер своего отца. - выдыхает мне дым прямо в лицо, от чего в глазах неприятно защипало. - У нас с ним есть одно незаконченное дело.
Мне не составило труда, даже будучи пьяной, сложить два и два, чтобы смекнуть, именно так это и называется, смекнуть, что родители не просто так оборвали контакты со всеми, с кем были знакомы в этом городе. Я обязательно узнаю у мамы, причастен ли Стацкий к их внезапному выезду из страны, ну, а пока...
- Ой, Виктор Иванович, у меня его номер на другом телефоне! У меня их два, сегодня взяла с собой рабочий. - хлопаю ресницами, наигранно улыбаясь. - Но я вам отправлю его позже, хорошо? - ничего я тебе не отправлю, коршун. Если бы у отца с ним было незаконченное дело, то он бы держал связь, не в стиле отца бросать что - либо недоделанным.
- Конечно, милая! - я выкидываю недокуренную сигарету в урну и машу ладонью новому старому знакомому. - Не простудись, Лиичка! - подмигивает мне и начинает кому-то звонить. Поднимаясь по лестнице обратно в зал я вижу, как Стацкому старшему выносят его куртку, подъезжает машина, он садится в нее и больше не возвращается на концерт.