Страшный Человек

Пролог

Когда я был ребёнком малым,
Мог засидеться у окна,
В ответ так грустно и устало,
Глядела на меня зима,

В мои холодные глаза.

Мы были оба одиноки,
Она творила снег и краски,
А я писал, сгорая в страсти,
Получая вслед упрёки.

Да, мы были страшно одиноки.

Но, спустя все прожитые годы,
Спустя весь пройденный сумбур,
Вырвав у судьбы свою свободу,
Я не забыл любимую зиму.

Теперь, я, медленно шагая,
Гляжу на снег вокруг себя.
И мы оба падаем, не зная,
Что упадём мы в никуда.

I

С наступлением той самой ночи,
Я ринулся искать аптеки.
Искал я крохотный кусочек,
Моей единственной утехи.

Бежал я от одной к другой,
Смотря на лица продавцов -
Учтивые и добрые собой,
Они продали мне бутыли снов

В смертельной дозе.

Возвращаясь каждый раз домой,
Тонул ночами сам в себе,
Выходя на утро свежий и сухой,
Сейчас тонул я насмерть в этой тьме.

Выпил зелья пять бутылок,
Головой кружа и всё пьянея,
Битый гул стучал в затылок,
А мне мерещилась судьба Энея.

Мечты про верный, добрый дом,
Где любят и где понимают,
Я так же плыл по морю кораблём,
Пожары Трои покидая.

Но так и не нашёл свой дом.

Ноги ослабели,
Упустил и сигарету -
Руки онемели,
И под последний лучик света,

Я закрываю веки.

В этом странном царстве тени,
Я был как свой, хоть и чужой
И, поддавшись зову лени,
Упал перед большой стеной.

Человек явился предо мной,
Кривой и сотканный из тьмы,
Он назвал себя Герой,
И велел зажечь огни.

Я смотрел как сквозь него,
Никак не понимая,
Разве к этому меня вело?
Ведь я желал ворота рая,

Или хотя бы ада.

А это разве смерть,
Гордая и величавая?
Кончилась уже земная твердь,
Так где же ты, костлявая?!

Я бежал вперёд него,
С ужасом в своей груди,
Но за спиною стало вдруг тепло,
И загорелись яркие огни.

И свет, проходя через меня,
Отбрасывал на стены тени,
И, с теплотой огня,
Они играли, как на сцене.

II

Я шагал по арке всех воспоминаний,
Тени вились в форме колеса.
Средь роя вычурных созданий,
Я искал родные голоса.

Моё имя сгорало на губах,
Забываю, что да как.
Память выгорала на глазах,
Как горит в устах табак.

Я увидел ту, которую любил,
Чуял её мягкий запах.
Нежный запах, что её сгубил
В чужих и грязных лапах.

Видел засохшие слёзы,
Кровь и синяки по телу.
В этих самых грёзах,
Видел всё, как в самом деле.

- Твоя вина, не так ли?
Заговорил со мной герой.
- Просто сцена из спектакля,
Что ты унёс с собой.

Ты здесь, чтобы проститься,
А не искать ответы.
Тебе живым не очутиться,
Так что отпусти всё это.

Я шёл впереди него,
Ища её голос в тени,
А его кривое тело плыло,
За мной похищая огни.

Те локоны рыжих волос,
И простые голубые глаза,
С ними горечь от пролитых слёз,
И то, что не вернуть назад.

Я жаждал ощутить те чувства,
Столь слабые сейчас,
Они горели хоть и тускло,
Но всё равно в последний раз.

- И зачем стараешься?
Возьми да отпусти.
Ты больше ей не нравишься,
Ведь оба вы мертвы.

Но я не знал, что я отвечу.
Я смотрел в её глаза,
Зная, что больше их не встречу,
И не вернусь назад.

...

В конце аллеи стоя
В душе так тихо стало,
И лицо того Героя
Мне моё напоминало.

Я представил своё тело,
Холод ночи из окна,
Зима в окно летела,
Пряча тело под снега.

Мне вспомнилась её улыбка,
Солнце, яркость дня...
Это ведь моя любимая ошибка -
Продолжать любить тебя.

Я стал кричать что силы:
- Пускай она уже мертва,
Всё равно чертовски милы,
Её тоскливые глаза!

С ней живу я каждый вдох,
Идя к смерти шаг за шагом,
С тупой улыбкой в гуще суматох,
И не расстанусь с этим даром!

Я то, что ещё живо,
И любит этот мир,
Который дал её
Всего...на миг.

Эпилог

Я проснулся через сутки,
Не помня, где я был.
Но я был в своём рассудке,
Когда себя сгубил.

Почему не умер я?
Хоть выпил столько яду.
Почему горит моя щека,
И я чувствую отраду?

В хаосе, я понял лишь одно:
В том сне решал я, спать или проснуться.
Пускай и при смерти, я всё равно
Решил во что бы ни было очнуться.