Сегодня я увидел слово
Сегодня я увидел слово.
Засело в моей голове одно простое, но не боле,
Мне не понятное до боли
То слово — смысл.
Его значение не ясно, и смысла, кажется, лишил
Я своей собственной рукой
Простейшее явленье — жизнь.
А может быть его не нужно
Лишать контекста и в очах
Оно всех наших вдруг восстанет
Как нечто большее предстанет,
Чем то, чем нам явилось без других
Не более понятных тем?
Я оторвал само явление,
Решился умом разобрать
Что значит жизнь, что значит смысл,
И без возможности отнять
Его из этой самой жизни.
Я взял два слова — смысл и жизнь,
Что мне бесформенно явились.
Десятки лет прошли с тех пор,
Но я не до понял до сих пор,
Что это значит. Может быть
Не надо мне понять ту быль,
Что всем явилась, но не мне?
Быть может, я один во тьме
Брожу, а остальные знают,
Что тут к чему нужно подставить.
Прошел ещё десяток лет.
Я понял форму, заучил
Где все ходы, ложбины, горы,
Но мне не ясно до сих пор,
К чему пути ведут всех тех,
Кто вдруг ступил на них в бреду?
Как оказалось, дело просто —
Ступил на первый я свой остров.
С него — другой, за ним же третий.
Шагать всё проще, там же дети
Плескаются под солнцем в лужах.
Кому что по душе, всем нужно
Однажды оказаться там. И я там был,
Но всё забыл.
Я знал, куда лежит дорога.
Она идёт туда, где много
Цветных полей, людей и чаш,
Что сотворил каждый из нас.
Так понял я, что значит жизнь —
Идти туда, где был не ты,
Но все другие там бывали,
И жизни смысл понимали.
Но вдруг понятен каждый день.
Я знал весь быт, в том был мой день.
Я утром шнуровал ботинки,
С людьми я ел там апельсинки,
И каждый вечер слушал песни,
А ночью отдыхал по чести.
Ну а зачем, никто не понял.
И каждый шел, и все без воли,
Одно лишь было на уме —
Не оказаться б в темноте.
И шли мы друг за другом так,
Пока я не попал в просак.
Я вновь подумал: в чем же смысл?
И вот, пятнадцать лет с тех пор,
Сидел я в кресле вечерком
И призадумался опять —
Зачем я продолжал шагать?
Какой в том смысл? Мне дал бы знать
Хоть кто-нибудь, кто поумнее,
Но оказался в кресле я, а, значит,
Тут умён был я.
Я призадумался серьезно, зачем
Придумала меня родить природа вот таким —
С большой душой, но с пустотой
Там, где положено быть знанью. Почему же не дала
Она мне знания всего, а лишь пустила одного
На эту землю без него?
И смысла смысл вдруг лишен,
И смысл тот жизни я нашёл.
Я был умён, и знал я всё.
Взглянул вдруг под ноги себе, а там та лужа,
По которой скакал ребёнком я давно.
А лужой оказалось море.
Я был умён, и я всё понял.
Ведь свобода не крылья, свобода не ласты.
Свобода — не топот, не бег ненастный.
Свобода — когда ты от тела свободен,
И нет нужды тебе в крыльях, чтоб стать птицей вольной.
Ведь жизнь твоя больше, чем гул в голове
Или тот трепет, что от качель в животе
Вдруг появляется, и там исчезает.
Свобода — всё то, о чём мы не знаем.
Оно всё больше тела, больше двух ног,
Больше тех рук, что в момент вдруг возьмут
Ни ложку, ни вилку, а пару сапог
Наденут, а те их вдруг унесут
Туда, где понятны всем стали вдруг
Ненастные мысли о смысле двух слов:
Что такое смысл жизни и зачем он нам тут?
Я не верил ни в душу, ни в тайну, ни в раскрытие чакр,
Ни даже в религию, что начало начал.
Я принял свободу от смысла познанья.
И не хочу знать, к чему мне сознанье.
Если б природа хотела, то я б догадался,
Но раз не случилось, то там я и остался.
Под вязью зелёной, под шелестом дуба
И под всем тем, что мне дарила природа.
Прошел я весь путь, все стадии горя,
И понял, что не нужны мне ни море,
Ни воздух, ни небо, ни пение птиц.
Один лишь Творца лик мне мил среди лиц.
А творцом тем был я, я сам всё придумал,
И потому строки те вам надумал.
Я создал всё сам, сам придал ему смысл.
Кому он не по нраву, тот чист, словно лист.
Тот готовь к обучению, к наставников речи,
Ведь лишь в познаньи кроются смерчи,
Что твое сознание направят сквозь течи,
Пожары, все крики, ступанье копыт
Над на мостовой, где когда-то я пил,
Жевал апельсины и вкушал жизни смысл.
Ни слов не понял, ни значения,
Но лишь всей жизни той теченье
Я вдруг познал, а вместе с тем
К концу пришел век старых тел.