Глава 21
Тайфун
Никогда себя глухим не считал — по жизни всегда привык взвешивать увиденное, услышанное. Анализировать и принимать самое рационально решение, но сегодня... был сам не свой.
Мало того что едва с братом войну не развязал, так ещё и на свадьбу Рэи опоздал. Вроде и пусть, для меня их человеческая церемония мало что значила, но оказалось, нет... Больно было видеть свою самку с другим.
По законам моего мира Рэя — МОЯ! И отдавать её не сбирался!
Но сегодня я был в чужом мире.
В чужом стане.
В чужом доме...
На чужой свадьбе...
Я вообще был здесь чужой!
А в чужие воды со своими правилами не заплывают.
Ничего. Я терпелив... и вынесу это.
И терпел... отвратительное по постановке празднование, где каждый, в кого не ткни, источал ложь, притворство, зависть, ненависть, высокомерие. Редкие гости были искренними, но это общей картины не исправляло.
Потому я держался в стороне и недоумевал, как можно жить в столь лживой стайке?
А вот отец Рэи мне понравился. Я думал, он будет как большинство людишек в зале, но она не обманула. От Станислава Шольц хоть и веяло волнением, но в отличие от других, с кем общался, он не скрывал интереса к теме, которую поднимал.
Он ей горел...
Так и было! В нём жизнь била ключом, как и в Мирэе.
Это подкупало, располагало.
Жаль, Рэя сразу не захотела уладить наш вопрос. Так бы я уже вернулся к отцу с принятым решением.
И с ней!
И всем моим родственникам пришлось бы смириться с моим выбором!
Но раз Мирэя пожелала играть в «чужую жену» — пришлось и мне подыгрывать.
Ломать такую упрямую женщину нужно постепенно, иначе, взбрыкнёт, хвостом ударит... и была такова. Как уже раз сделала, когда выбрала свободу и свой мир!
И плевать, что себе хуже сделала. Ей было главное показать, что у неё характер и она самодостаточна! Что сильная и выносливая.
Всё так, никто и не сомневался.
А если неспешно подводить к неизбежному, она сама признается, смириться, пример верное решение.
Да и мне полезно узнать о её мире больше.
И я, правда, так думал!
Пока не оказался в жутком, тёмном клубе, где дышать было нечем. Много людей, почти нет здравомыслящих.
Мужчины и женщины... одурманены, буйство в крови...
И много-много обнажённой плоти.
И почему Рэя меня убеждала в том, что люди всегда носят одежду?
Обманула!
Меня в клубе на диване окружили несколько очень красивых, разнообразных как цветом кожи, так и фигурами женщин, преимущественно с обнаженной грудью... Я бы со своим миром спутал, если бы не их ЛЖИВОЕ желание спариться. Если улыбки и жесты соблазняли, то в душах... было пусто. Да и тела... оставались холодным и безэмоциональными.
А меня такое не привлекало...
Зато очень грела мысль проучить за такую наглую ложь Рэю.
За обман с одеждой...
Вот такие мысли меня таранили, пока Рэя водила меня по первому этажу своего огромного наземного дома и что-то рассказывала.
Именно тогда я понял, что глух...
Она была слишком хороша.
Слишком близко.
Слишком желанна, чтобы отвлекался на бытовые мелочи, которые в другой момент жизни меня бы вполне интересовали.
Если её свадебный наряд долго стоял перед моими глазами, то с тех пор, как увидел Рэю в потрясающе красивом кусочке ткани небесного цвета: лёгком, подвижном, до такой степени нагло облизывающем её стройное тело, что у меня во рту сушило со страшной силой, я ещё и ослеп, а мои мысли обрели только одну направленность.
Я знал, что сделаю её своей, даже если она будет орать и сопротивляться. Теперь точно сделаю, потому что не могу более терпеть такого издевательства над собой и своими желаниями.
Она меня сводила с ума!
Её наряд, фигура, лицо. Её отказ...
ВСЁ!
Распущенные волосы, светлым водопадом ласкающие утончённую спину в такт быстрым шагам. И эти невероятно длинные ноги... на острых, бойко цокающих шипах...
Я как заворожённый смотрел на свою Рэю, иссыхая от желания.
Глох от дикого боя сердца. Моя кровь уже давно разгорячилась до состояния лавы.
Я реально был на грани сдохнуть от обезвоживания.
Видимо поэтому и не слышал уже ничего...
Только Рэю видел и хотел её...
Глупая не понимала, что со мной творила.
— Тай, ты, наверное, голоден? — искренне волновалась, расширенными глазами на меня глядя. Если её с трудом слышал, то очумелый бой её сердечка очень даже... и как себя чувствовал... её желание наравне с чувством ответственности.
Они сражались в ней. Но чем ближе к Рее был я, чем дольше на неё смотрел, тем быстрее «жена Стэфана» уступала место «моей Рэе».
Её голос становился хрипловатым, тихим, взбалтывающим ответные горячие потоки в моём уже давно готовом к спариванию теле.
И я подступил ближе.
Мирэя умолкла. Сморгнула напугано. Воздуха втянула.
И я еще ближе подступил, подпирая её к предмету мебели, который она нарекла «столом».
Мне нравился «стол». Казался очень удобным, крепким... и по высоте очень подходящим, чтобы на него усадить Рэю.
Даже не знаю, откуда родилась такая дикая фантазия, но Мирэя на этом столе, а я между её ног — не передать словами как возбуждающе.
И я склонился, намереваясь её губы захватить в плен, но Рэя проворно выскользнула из моего капкана.
Отстучала «шипами» по полу до настенного шкафчика. Нервно распахнула, порывисто взяла небольшую вытянутую посудину, очень напоминающую чашу, только мельче и с ручкой...
Дрожащей рукой сдвинула рычажок на тумбе с пустой ёмкостью и в неё ударила струя воды.
Рэя махом набрала чашу и протянула мне:
— Воды? — она явно не находила себе место и сейчас суматошно избегала близости со мной.
— Спасибо, — выпил его залпом и вернул прозрачную посудину Мирэе.
— Ого, — охнула она и набрала ещё: — Есть хочешь? Рыбу, мясо могу поискать в холод...
Я вторую порцию выпил так же быстро, как первую. И только теперь мне стало лучше. Организм от истощения перенапрягся, а теперь расслаблялся.
— Ч-что-нибудь хочешь? — промямлила, заливаясь краской и следя за моим жестом и губами.
— Тебя, — кивнул, опять взглядом зацепившись за длинные ноги Рэи.
НЕ шутил. Я так голоден, что был готов спариваться, где получится.
Машина мне очень приглянулась, но Рэя умело тогда ушла от темы и потушила назревающий гормональный взрыв. Вот теперь стол на кухне... Он мне тоже очень подходил, жаль девушка продолжала сопротивляться.
Причём её тело меня давно желало, а мозг... из последних сих орал об ответственности и колол сомнениями.
— Тай, — пощёлкала пальцами Рэя, нарушая картинку её идеальных ног, а я уже до округлых бёдер доскользил взглядом. Они у неё за этот год округлились. Конечно, не до такой формы, которая у человечки была, когда она ко мне попала в первый раз, но всё же чуть пышнее, чем когда её отпустил.
И мне до дрожи нравилась Рэя с формами!
— Тай, ты выглядишь... жутко... усталым... — сбивчиво бормотала. — Не в себе... Возьми с собой воду, — ещё одну порцию в чашу набрала и почти впечатала в меня, когда к ней подступил, чтобы, наконец, поставить точку в этой игре «голодная акула — вялая селёдка». — Пошли, покажу комнату, — как-то истерично вышло: Рэя торопливо вильнула мимо меня к выходу из помещения.
Я пошёл...
Шёл, словно меня невидимым течением за ней утягивало. Её голос фоном лился, а я думал только о том, какая она вкусная и готовая к спариванию.
Это сводило с ума. Впервые я понял животные инстинкты людей, желающих плодиться и размножаться всегда и везде. То ли я подцепил сухопутную болезнь, то ли... именно Рэя стала для меня взрывом сознания и ломанием стереотипов.
Так ли это, не знаю, но никогда таким голодным и озабоченным себя не ощущал.
Спаривание с самками амфибий — это простой процесс, необходимый для зачатия потомства, а человечку я дико хотел... Меня аж закручивало в водоворот какой-то неизвестной, очень тягучей и сладкой боли от желания.
— А здесь можно помыться, — кое-как вынырнул из пучины похотливых мыслей, запоздало среагировав на голос Рэи и знакомый звук... воды.
Меня окатило свежестью. Я вздохнул полной грудью...
— Я сейчас... полотенце дам, — отчиталась тихо, почти под нос Рэя. Покраснела подозрительно, взгляд отвела и шагнула прочь, намереваясь меня в этой помывочной комнате оставить одного. Но я бы этого уже не позволил даже под угрозой смерти.
За руку поймал на шаге и дёрнул к себе...
— Ты же не думаешь, что я позволю тебе провернуть этот манёвр в третий раз? — тихо вкрадчиво, теряя последние капли самообладания.