Ей
Я стою в кровавой своей глуби, нас связала тревожно нить, заставляя с колен подняться,
И пускай я бессмертен, но смертна ты, и дыханием мёрзлым ты греешь пальцы.
Ты - простая девчонка, не труслива и не глупа, но я что-то в тебе нашёл, Хиёри,
И за этим чем-то свой путь, догоревший уже дотла, я отправил, чтоб снова увидеть море.
И в глазах твоих плещутся искры твоих богов, открывая немую безбрежность дали,
Я могу разорвать сколько хочешь цепных оков, только в сердце есть что-то острее ожившей стали.
Мы когда-то встретились, сразу на рубеже, и к тебе крылатой мглой протянулась нить,
Я иду быстрым шагом по нашедшей восход меже, почему же ты, почему ты должна забыть?
Я останусь на небе, я паду в ширину, я рукой зачерпну эту дальнюю синь и высь,
Я куда ни иду, всюду вижу одну войну, разный шёпот: тебе - «уходи», ну а мне - «крепись».
Я останусь здесь, обескрыленный болью седой пегас, наложу я на сердце швы, ну а память убита нами -
Так сожму твою руку в ладони я в самый последний раз и согрею клинок обездвиженными руками.