/Эрик пишет/

снова пустует лист, затухает день.
третий раз на столе остывает чай.
я сижу, склонившись. немая тень
давит весом своим, будто мир, с моего плеча.

снова изведен на месяц запас чернил,
а рваной бумагой впору кормить костры.
и все интересней: насколько же хватит сил?
и ярко грел так, но только теперь — остыл.

не манит к себе ничто, не дает начал.
и не обещает новой собой строки.
я, кажется, прежде, такое уже встречал.
в голове пустота, как назло, неустанному
вопреки.

и пронзает незримо дрожь, и дрожит рука.
что-то тянет внутри мелодию не свою.
закрываю глаза. и память — ее слова:
«когда ни о чем не пишется — я пою»