измена
Ледяной виски, обжигал горло
И взрывался внизу живота.
Взрывная волна доходила до мозга, прогоняя озноб из тонкого тела. Обнажённая Анна стояла у окна глядя на грязный снег по которому сновали люди, такие же грязные как снег по которому они шли. Тонкие губы изказила злая ухмылка, в глазах горел огонёк презрения ко всему, к этим людям, к этому серому небу которого не видно из за бесконечных проводов, несущих человечеству его бешеную жизнь, глупую и мерзкую, мерзкую как ю дешёвый виски который она пила, но зато он быстро пьянил, очень быстро. И сейчас в голове Анны уже плыл этот белый сладкий туман алкогольного опьянения. Но даже он не освобождал от горького чувства разочарования, мерзости и грязи собственного тела. Измена. Как же больно осознавать что твоя любовь нечего не значила для человека, твоя преданность растоптана. Хотя наверное так тебе и надо, слишком любила, верила, доверяла. Так бывает всегда, с этим надо смириться, и пусть внутри как будто сгнила душа, может теперь она наконец-то поймёт, что хватит верить людям, они предают, все предают всех, она знала это, она сама передавала, и предавали её, и все кого она знала предавали и терпели предательство. Мерзкие люди, они не умеют по другому. Анна сделала ещё глоток и надела чёрное платье прямо на обнажённое тело, сверху тонкое, не по погоде пальто, а о чем ей заботиться? Заболеет? Прекрасно, ей совершенно плевать даже если умрёт, сейчас она пойдёт в клуб, а потом переспит с каким нибудь пьяным парнем, только что бы забыться на одну ночь. Ещё немного, она знала что скоро станет легче, но сейчас было паршиво, очень паршиво, и она не будет заставлять терпеть и делать вид что все хорошо, о нет, она выпьет эту боль, эту грязь, что он дал ей до дна. Чтобы потом забыть все как сон, страшный, очень похожий н реальность сон. Ну, а сейчас ей ещё больно, и она сполна насладиться этой болью.