стихи.

их расстреляли на рассвете
когда ещё белела мгла,
там были женщины и дети
и эта девочка была.
сперва велели им раздеться,
затем к обрыву стать спиной,
и вдруг раздался голос детский
наивный, чистый и живой:
— чулочки тоже снять мне, дядя?
не упрекая, не браня,
смотрели прямо в душу глядя
трёхлетней девочки глаза.
«чулочки тоже..?»
и смятеньем эсесовец объят.
рука сама собой в волнении
вдруг опускает автомат.
и снова скован взглядом детским,
и кажется, что в землю врос.
«глаза, как у моей дочурки» —
в смятенье смутном произнёс,
овеянный невольной дрожью.
нет! он убить её не сможет,
но дал он очередь спеша...
упала девочка в чулочках.
снять не успела, не смогла.
солдат, солдат, а если б дочка
твоя вот здесь бы так легла,
и это маленькое сердце
пробито пулею твоей.
ты человек не просто немец,
ты страшный зверь среди людей.
шагал эсесовец упрямо,
шагал, не подымая глаз.
впервые может эта дума
в сознании отравленном зажглась,
и снова взгляд светился детский,
и снова слышится опять,
и не забудется навеки
«ЧУЛОЧКИ, ДЯДЯ, ТОЖЕ СНЯТЬ?»