Глава 28: Круассаны
Позже.
Утро будто вошло в дом заново.
Они не говорили о случившемся.
Просто перешли на кухню.
Свет. Корица. Видимость покоя.
Но Валерия знала: только видимость.
Кухня была залита светом.
Панорамные окна. Запах кофе, круассанов, корицы.
Она уже пришла в себя.
Села за дубовый стол. Отломила кусочек хлеба.
— Что-то тебя тревожит, — сказала она ровно.
— Ева... — Дима помолчал. — Она...
Он встал, прошёлся по кухне. Сжал кулаки.
— Я всё для неё сделал. Но ей этого мало.
Пауза.
— Постоянно что-то. Университет, сессии... А дальше что?
Я устал. Я ей не враг, но почему-то всё время чувствую себя им.
Он резко махнул рукой.
— Она боготворит этого "профессора". Для неё пропустить занятие с ним — как преступление.
Пауза. Боль. Разочарование.
Он опустил голос.
— Так больше продолжаться не может. Я больше не могу ждать.
Я должен заполучить её...
Фраза повисла в воздухе.
Дима резко замолчал.
Валерия едва заметно моргнула. Чуть напряглась.
Но лицо осталось прежним.
«Заполучу её?»
Звучало грубо. Будто речь шла о трофее.
"Если я не сделаю этого сейчас — её уведут..."
Дима почувствовал тяжесть в груди. Но что ещё он мог сделать?
Он попытался объясниться:
— Я просто... хочу, чтобы она поняла, что я — тот, кто ей нужен.
Но голос дрогнул.
Любовь? Или упрямство?
Я её хочу — или мне просто невыносимо её терять?
Он провёл рукой по лицу. Сел обратно.
Валерия смотрела.
Молча. Внимательно.
Слишком внимательно.
Чем больше он говорил, тем яснее она понимала:
он не хотел любви — он хотел покорности.
Чтобы его выбрали.
Чтобы доказать, что он победил.
Её молчание было согласием.
Но не с его словами — с его слабостью.
Теперь она знала, куда давить.
Пальцы сжали ложку. Металл врезался в кожу.
Но боль помогала держать лицо.
Ты не видишь, кто рядом по-настоящему.
Она медленно положила ложку обратно.
— Вы прекрасная пара. Вы должны быть вместе, — произнесла мягко. Почти ласково.
А в голове уже созревал план.
Вечеринка была идеальной возможностью.