1
Каждый хоть раз в жизни принимал спонтанные решения. Это может быть покупка шоколада неизвестной фирмы, поездка в горы, вместо теплого моря, поход в клуб среди недели, внезапное увольнение с работы или же наоборот, неожиданный набор персонала в необычных местах и ещё куча различных вариантов. Но стихийные решения всегда могут обернуться в не менее стихийные проблемы. Великая удача, если за невкусным шоколадом последует отказ от фирмы его изготовившей. А, если это человек? Если спонтанность коснулась человеческой жизни? Пойти на попятный – будет крайне проблематично.
Прокуренность клуба, световые эффекты и громкая музыка давно не влияют на общение. Мин Юнги достаточно пьян, чтобы быть уверенным в своём умении читать по губам.
- Это моя суперспособность, - перекрикивает он музыку.
- Круто, - откликается незнакомый парень, сидящий рядом на диване, касающийся бёдрами бёдер Юнги. Пьяный мозг почему-то регистрирует пухлые губы, острые ключицы, длинные ноги, выпуклость в паху. Руки тянутся проверить, но Юнги пока в состоянии их контролировать, меняет траекторию движения, цепляя стакан с янтарной жидкостью.
- Так что ты там говорил? – спрашивает Юнги, забыв, о чём был разговор минуту назад, пока он не начал хвастаться своей способностью.
- Говорил, деньги нужны срочно. В клубе недостаточно платят, сейчас не сезон, - говорит парень.
- Ясно, - кивает Юнги, вспоминая, что разговор ему наскучил, и он пытался сменить тему.
- Мне пора на сцену, - зачем-то предупреждает парень и встаёт. Оказывается, Юнги уже долгое время опирался боком на своего соседа и теперь заваливается на диван, потеряв опору.
- Да-да, вали, - обиженно кряхтит он из положения лежа. Встать в этой жизни Юнги не собирается, потому что, во-первых, не видит смысла, а во-вторых, не в состоянии. Он опрокидывает в себя остатки рома, и прикрывает глаза, в надежде уснуть в шумном клубе.
Голос побуждает открыть глаза и резко подняться. Парень, чуть раньше сидящий рядом, возвышается над всеми, смотрит в зал, зачитывает тяжело, агрессивно. У Юнги кружится голова, пересыхает в горле, он бы подозвал официанта и закал себе ещё выпить, но голос и текст гипнотизирует, парализует. Парень со сцены ухмыляется развязно, понимающе, осознает, какой эффект производит. Юнги кажется, это адресовано ему.
После того как выступление заканчивается, Юнги ещё долго смотрит в пустой стакан и пытается найти себя в пространстве и времени.
- Ну как? – выводит его из транса голос, парень смотрит сверху вниз, дублируя ухмылку со сцены.
Юнги без слов цепляется за руку и тут же оказывается влекомым в сторону туалетов.
В туалетной кабинке тесно и неудобно. Юнги прижимают к стенке, руки беспорядочно шарят по телу, сталкиваются друг с другом. Непослушные пальцы парня расстегивают одну за другой, пуговицы на рубашке Юнги. На последнюю не хватает выдержки, отрывают. Она падает на пол и одиноко катится по кафелю из кабинки. Губы у парня горячие, целуют шею, оголенную грудь. Юнги сжимает в нетерпении задницу, спьяну путает и сначала свою.
- Нужны деньги, говоришь, - выдыхает Юнги.
- Ммм, - мычит что-то нечленораздельное парень. У него взгляд безумный, пожирающий, и у Юнги объективности хватает лишь напомнить про презерватив.
* * *
Юнги открывает глаза. Перед ним потолок его квартиры. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним зубная щетка с пастой на ней. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним спасительная таблетка аспирина. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним громко болтающий водитель такси. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним дверь в его кабинет. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним рабочий стол. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним смутно знакомый парень. Закрывает глаза.
Юнги открывает глаза. Перед ним чашка кофе. Глаза больше не закрывает.
Теперь он готов воспринимать информацию из вне.
- Вы кто? – спрашивает у парня, сидящего напротив и уверенно пихающего в руки лист бумаги.
- Резюме, - представляется он.
- Приятно познакомиться, - врёт Юнги, и наконец смотрит в предложенный лист. Вероятно, он ещё не до конца проснулся: лист – резюме, а парень напротив – Ким Намджун.
- Мне тоже, - окликается Намджун, убедившись, что теперь его имя знают.
Юнги внимательно вглядывается в приложенное фото, а потом поднимает глаза и осматривает оригинал. Парень становится сильно знаком. Ключицы его дурацкие, выглядывающий из ворота, выцветшей футболки, губы пухлые, полуоткрытые глаза, смотрящие слегка самодовольно – он вполне может оказаться давно позабытым знакомым или одноклассником.
- Ты кто такой? – вновь спрашивает Юнги.
- Ты не помнишь? Мы вчера в туалете трахались? Ты мне работу предложил, а я согласился.
Сонные глаза, словно в замедленной съемке, расширяются, стреляют в сторону приоткрытой двери. Юнги экстренно обдумывает, что важнее закрыть: рот или дверь. В результате решает в пользу болтливого парня. Рука прикрывает губы, Юнги осторожно огибает стол и тащит за собой Намджуна к двери, не отрываясь ото рта.
- Ты бы ещё громче говорил? – шипит Юнги.
- Я могу.
Юнги смотрит по сторонам, проверяя наличие «лишних ушей». Ранее утро, и его подчинённые такие же сонные мухи, как и он. Повезло.
- Даже не думай, - угрожает Юнги, наконец, прикрыв дверь.
- Резюме, - напоминает Намджун. – Ты меня на работу к себе позвал, помнишь?
- Кем позвал? – готовится к худшему Мин, - Архитектором?
- Не, уборщиком.
- Круто, - успокаивается Юнги.
- У меня и визитка есть.
- У уборщика есть визитки?
- Не, твоя. Ты мне дал, - Намджун протягивает уголок.
- Это что? – вопрошает Юнги, разглядывая клочок бумаги, на котором «Мин» без «Юнги» и «архит» без «ектор».
- Визитка. Только она порвалась при не самых интересных обстоятельствах.
Если бы у Юнги была прокачана интуиция, то сейчас бы она уже в подозрении приподняла бровь.
- Ай, ладно, - машет Мин рукой на свого нового подчинённого, - вали к руководителю по подбору персонала.
Раз обещал, так обещал.
* * *
Всё начинается с мелких происшествий, нестоящих внимания. Однажды утром Юнги находит у себя на столе дверную ручку, которую потерял минутой раньше со своёго логичного и законного места.
- Это твой новый работник работал, - спокойно говорит Тэхён, но будто предъявляет, что его-то работник, секретарь Чимин, ничего не ломает, вот такой он молодец.
- Ты просто завидуешь кропотливости Намджуна, - огрызается Юнги, вставая в защиту нанятого собой работника.
Тэхён смотрит понимающе и приходится добавить:
- И он не мой.
* * *
Проходит около недели после первого происшествия, как вдруг Тэхён предупреждает Юнги:
- Намджун только, что вышел из твоего кабинета, - смотрит хитро. – Будь осторожнее.
- Не смешно, - фыркает Мин, но на всякий случай проверяет наличие дверной ручки - на месте.
Наличие поломок визуальным путём не обнаруживается. Юнги с мыслями о том, что Тэхён - дурак, а в прошлый раз с дверной ручкой у Намджуна произошла разовая случайность, расслаблено плюхается на стул, и вместе со сломанной спинкой валится на пол. Перед глазами проносятся лучшие моменты жизни: тихий час в детском саду; сиеста, когда он путешествовал по Испании; обычный ночной сон. Его жизнь могла так резко оборваться, а ведь он ещё не даже не наспался.
- Намджун, мать твою! – орёт Мин Юнги и беспомощно барахтается вверх ногами, как перевернувшаяся черепашка.
- А ведь я предупреждал, - засовывает своё донельзя противное довольное лицо Тэхён. - Чимин, смотри, - видимо, перехватывает вне зоны видимости Мина, секретаря, - Юнги-ши со стула навернулся.
- Серьёзно? – появляется вышеупомянутый секретарь в дверях и далее Юнги слышит смех.
- Я вам тут клоун что ли? Свалили!
Из-за них выплывает Намджун и садится как ни в чём не бывало напротив временной черепашки.
- Звал? – спрашивает он.
Тэхён и Чимин сваливают от греха подальше.
- Ты меня бесишь, - признаётся Юнги, - обязательно только мой кабинет ломать?
Он ожидает что-то вроде: «Я не только твой кабинет крушу», но слышит другое:
- Ок, я попытаюсь, - а потом решает, что этого не достаточно и выдает фантастическое: - Пойдём на свидание.
Юнги задыхатся от негодования и подумывает ответить резко и дерзко, но он тут босс и сохраняет лицо:
- С подчинёнными не имею личных отношений.
* * *
Как и было обещано, кабинет Юнги больше не страдает. Что не даёт никаких гарантий целостности всем остальным помещениям. Громкий треск, глухой звук и последующий ойк – не оставляют сомнений в причастности рукожопного уборщика.
Намджун похоже берёт новые высоты. В глаза бросается разгром подвесного потолка. Часть плит валяются вокруг, одна в руках Чимина. Юнги даже не хочет знать, как это могло произойти, но почему-то подглядывает и подслушивает.
- Мне жаль.
- Ничего страшного.
- Там была муха.
- И она пала перед такой мощью, - хихикает Чимин и обхватывает предплечье и мнёт кимовский бицепс.
Намджун в ответ гладит голову, лохматит волосы, смотрит своим мягким, уютным взглядом, извиняюще улыбается.
Юнги с ужасом осознаёт, что это ему не нравится. И это не ревность, нет. Просто Чимин Тэхёна, а это будто предательство. Именно такая причина и никак иначе. В теле что-то неприятно дёргается и колбасится. Юнги бы решил душа или сердце, бабочки, в конце концов, если бы думал в это направлении. Но он придерживается мнения не смешивать работу и личную жизнь, поэтому обвиняет некачественный салат, который был у него на обед.
- Ким Намджун, - зовёт он уборщика, - зайдите, пожалуйста.
- Я ничего у вас не ломал, - напоминает Намджун о договоре.
- Зайдите, - настаивает Юнги.
Намджун выглядит на редкость не провинившимся. Юнги так не чувствует.
- Ваше поведение аморально.
- Мы на вы?
- Да.
- В плане?
- В плане деловых отношений.
- Я имею в виду в плане аморальности, - поясняет Намджун.
Юнги призадумывается. У него много чего есть сказать, но «ты не должен трогать Чимина» - это не то, что должен говорить руководитель подчинённому. Поэтому отвечает крайне нейтрально:
- Вы свободны.
Намджун хмыкает:
- Если тебе есть, что сказать, говори.
- Не трогай Чимина, - внезапно просит Юнги.
- С чего вдруг?
- Пожалуйста, - как причина.
- Ни он, ни я тебе не принадлежим, - рубит жестокую правду-матку Намджун и не видит больше смысла задерживаться в кабинете.
* * *
Целый месяц Юнги приглядывает за Намджуном. Нет, не шпионит, именно приглядывает. Чтобы мебель была цела, чтобы Чимин был не цел, конечно, но не цел об Тэхёна.
Это случается однажды утром, а Юнги думает, что хотелось был бы не против, если бы никогда.
- Я тут пыль протирал на мфу, - начинает с порога Намджун.
Прошлый уборщик так зашёл и сообщил, что нашёл там копию чьего-то пениса и использованный презерватив. Потом был очень длинный и нудный разговор с Тэхёном и его секретарём о нравственности и морали.
Но это говорит всё ещё Намджун, поэтому приходится дослушать до конца, и пособолезновать компании об утрате такого нужного и горячо любимого аппарата.
- Кнопки запали и теперь бесконечно печатают чью-то задницу.
Без Тэхёна дело всё же не обошлось.
- Ты вытащил бумагу?
- О!
- Чёрт.
Намджуна он не уволит. Скорее Чимина, секретаря Тэхёна.
В спешке спасти аппарат, они быстро оказываются в той маленькой комнате с упомянутым мфу, где пол усыпан распечатками чье-то задницы. Она такая графичная, что может быть только Чимина. Юнги почему-то радуется в именно этот момент тому, что в прошлый раз не видел члена. Хоть тогда с ним судьба не сыграла, как всегда, в пользу себя.
- А вон там презерватив, - указывает куда-то Намджун.
Юнги не настолько любопытен, чтобы посмотреть, разве, что одним глазком:
- Фу! Тупой Тэхён!
- Клёвый Чимин, - вздыхает Намджун.
- С чего клёвый он, если это я этих двоих ещё не уволил за их выкрутасы?
- Он рисковый.
- Тебе тоже хочется? – фыркает Юнги, мыслями уже раздевается, ведь он тоже смелый, ещё какой.
- Я бы не отказался, - говорит Намджун.
- Если хочешь, надевай.
- Его? – кривится Намджун в сторону использованного презерватива.
- Его, - подтверждает Юнги.
- Не, у меня новый есть.
И ведь достаёт, демонстрирует, но не надевает.
Юнги ни о чём не думает, когда тянется к Намджуну первым. Они целуются до одури, пока хватает воздуха в лёгких, а потом уже так на пределе, что не находят ничего лучше, чем просто совместно подрочить.
Юнги приходится повторить:
- Я не завожу отношений в офисе.
- Окей, - тянет Намджун, и выглядит так, будто понимает.
* * *
Тэхён ждёт ответа. Решать сложные задачи компании – это то, что входит в прямые обязанности Юнги. Но сложно спрашивать с того, кто даже не может взять под контроль личную жизнь. Взгляд сконцентрированного на проблеме Юнги направлен вдаль, пытаясь всё-таки разглядеть у облачного горизонта ответ на поставленный Тэхёном вопрос, но вниз пролетает нечто большое в черной раме и прозрачное. Мысли о работе сразу отходят на второй план, и он вопрошающе глядит на Тэхена, который не мог пропустить эту огромную бандурину за окном, потому что сейчас также, как Юнги, смотрит в окно, но есть ещё нечто такое неуловимое, присущее знающим людям. Когда Тэхен открывает рот, Юнги уже не хочет знать.
- Это было окно, - и решает, что в конце необходимо добавить, - да-да.
Вокруг слишком много людей. Собралась приличная толпа. Ну правильно, не каждый день окна падают, если их протирать начинают.
Глаза Юнги сами ищут Намджуна. Натыкаются, а лучше бы нет. Стоит воркует с Чимином. Глаза у обоих горят. Обманчиво скромная улыбка Чимина. Тэхён тоже на неё всё время реагирует, как Намджун, все реагируют так на улыбку. Кроме Мин Юнги. Почему-то отношения с Чимином, выбешивают сильнее, чем выбитое окно. Он злится и не против высказать свои претезии Намджуну. И это становится последней каплей.
- Какого чёрта, Намджун? - предъявляет Юнги за Чимина, уже не заботясь, что подумают о нём сотрудники.
- Я случайно, - объясняет Намджун про окно.
- Это, блин, окно! - "Это, блин, Чимин!".
- Оно не в твоём кабинете, - "В чём проблема?".
- Ты бы мог вообще не прикасаться к нему? - "Чимин Тэхёна!".
Намджун понимает, о чём речь.
- Что ты хочешь этим сказать? - "Я не обязан".
- Я тебя просил, ничего не ломать, - "Не трогать Чимина".
- Я выполнял свою работу, - "Я могу делать всё, что хочу".
- Плохо выполнял, - "Не делай так".
- Как могу, - "Моё право".
- Если ещё раз что-то пострадает от твоих рук, будешь уволен, - Юнги дышит зло и имеет в виду: "Ещё раз подойдешь к Чимину, я за себя не отвечаю".
- Я увольняюсь, - "Ты задолбал".
- Ты не можешь уволиться, - "Я не разрешал тебе".
- Я могу, - "Я всё ещё не принадлежу тебе".
Юнги ответить нечего, Намджун говорит верно, нет никаких прав.
- К чёрту! - бросает Намджун и выходит, под молчаливые и осуждающие начальника взгляды сотрудников.
Юнги не смотрит, как уходит Намджун и никак это не комментирует.
- Дождь, кажется, начинается. Отодвиньте столы подальше от окна, чертежи могут намокнуть.
Тэхён держит за руку Чимина чуть позади себя, вроде как защищает. Юнги на него плевать, на них на всех плевать. Главное работа. Она превыше всего.
- Работаем, работаем, - говорит он подчинённым, всё чего-то ожидающим, шоу им подавай со швырянием вещей на пол и битьём мебели.
Все тут же начинают шевелиться, усаживаться на места, расходиться по своим рабочим кабинетам; переполненный зал пустеет. Юнги всё стоит и смотрит на начавшийся дождь, и намокающий бетонный пол, на который попадает вода.
- Ты так всё и оставишь? - спрашивает Тэхён, вероятно, об окне, но никто не даст гарантий, что не о Намджуне.
Мин Юнги нужен был толчок, какой-то знак свыше о том, что сейчас происходящее в корне не верно, и он теряет больше, чем рядового горе-сотрудника, а что-то дорогое ему. Юнги срывается с места даже раньше, чем приходит хоть к каким-нибудь выводам для себя. Он не может и не хочет оставить всё так.
Юнги достигает первого этажа и выхода на улицу, когда уже, как в глупых романтических дорамах льёт дождь, как из ведра. Намджун не мог далеко уйти. Юнги кидается наугад в сторону, пробегает немного, вглядывается в лица прохожих похожих, непохожих. Он отбегает слишком далеко, точно должен был встретить. Значит выбрал не ту сторону. Матерится страшно. Что же у них всё так коряво?
Юнги бегом возвращается обратно. Дождь хлещет в лицо, глазам сложно различать что-либо, когда они вечно закрываются. Ему приходится руку подвести к лицу, на подобии козырька. Паника подбрасывает идеи, Намджун мог бы уже поймать такси, но здравый смысл отвергает. Ему нужны были деньги, он не начнёт тратиться на такси. А есть ли у него машина? Что Юнги вообще знает о Намджуне? Хочет ли он узнать о нём больше? А всё?
Юнги решает, что всё уже бесполезно, он на беготню не в ту сторону потратил слишком много времени, Намджун уже ушёл. Всё зря. Но замечает размытый силуэт впереди, ещё не точно прорисованный, интуиция молчит, но Юнги упрямо бежит к нему.
- Намджун! - кричит Юнги.
И это оказывается Намджун. Стоит под дождём, ждёт, когда Юнги до него добежит. Без зонта, мокрая чёлка висит, одежда потемнела от пропитавшей её воды. Юнги останавливается рядом. Речь нет, он не придумал, что говорить, он лишь точно знает, что не хочет упустить момент, не хочет отпустить Намджуна.
- Что? Ты что-то ещё хочешь добавить?
Юнги молчит. А вот, действительно, что? Расказывать о том, что Юнги собственник и эгоист и так ясно, что хочет Намджуна только себе - тоже. Наговорив много плохих вещей как то сложно начать разговор. Наверно, нужно сначала извиниться, чтобы хоть как-то начать.
Намджун усмехается и целует.
Юнги вновь чувствует параллель с типичной дорамой. Дождь смывает с Сеула пыль, удушливость, чистит природные краски, а Юнги стоит посреди улицы в эпицентре разбушевавшейся стихии и целуется со скандально уволенным, самым прекрасным и разрушительным уборщиком.
- Я же так ничего и не сказал, - шепчет Юнги в губы.
- Ты последовал за мной, а это должно значит что-то. Зная тебя, это значит многое.
Юнги смотрит, удивляется, как Намджун за такой короткий срок смог его понять. А Юнги так и не понял что за разрушительной способностью может скрываться великая мудрость.
- Ты же придёшь завтра на работу? - спрашивает он несмело.
- Так я же уволился.
- А деньги?
- Я накопил нужную сумму, - и ударяет рукой по ржавой сомнительного вида калымаге, машиной это язык назвать не поворачивается.
- Поработай ещё немного, - предлагает Юнги, брезгливо разглядывая транспорт.
- Неа, - ухмыляется Намджун. - Ты не смешиваешь работу и личную жизнь. А я хочу смешать, долго и приятно.
Пойти на попятный – будет крайне проблематично. Ведь это коснулось человеческой жизни. Было бы великой удачей, если бы Юнги выбрал для своего спонтанного решения невкусный шоколад в магазине и, впоследствии, отказался от фирмы его изготовившей. Стихийные решения всегда оборачиваются в стихийные проблемы. Это могло бы до сих пор быть всё, что угодно от покупки шоколада неизвестной фирмы до поездки в горы, вместо теплого моря, от похода в клуб среди недели до внезапного увольнения с работы и ещё куча различных вариантов от и до. Но Юнги выбрал Намджуна. Каждый хоть раз в жизни принимал спонтанные решения.