Глава 47.
Минэко была очень заинтересована. Тамае взяла её правую руку, а во второй руке женщина держала очень острую железную палочку, сантиметра 2-3. Тамае медленно подняла свои глаза и посмотрела на немного встревоженную Мин.
–Будет немного неприятно, может даже больно, но не бойся, то, что я сейчас сделаю, пойдёт тебе только на пользу.
Острие скользнуло по тыльной стороне ладони, и образовало кровавую линию от начала костяшки среднего пальца до самой кисти руки. Линия была довольно глубока, но при этом, Тамае каким-то образом не повредила вену. Минэко ощущала боль и по сильнее, и поэтому не издала даже писка, но всё же это было неприятно. Госпожа делала это как можно нежнее, но при этом быстро, что бы не продлить мерзкие чувства.
Следующая линия образовала крест на руке. Эта горизонтальная линия, перечеркиваюшая первую, шла от корня большого пальца до конца ладони. Последнее, что "нарисовала " демонесса, был круг в точке пересечения. Он был довольно большим. И его создание оказалось самым худшим. Минэко даже сморщилась.
После окончания пыток руки Мин, Тамае вытерла платочком лишнюю кровь, а Юширо завязал истерзанную руку бинтиком, по самую кисть руки. Он сделал это очень быстро и качественно.
–Никому не показывай этот рисунок, до определённого момента. Учти, если кто-то, для кого эти вырезы не предназначены, увидит его, все свойства пропадут навсегда, – сказала строго Тамае. Минэко любопытно разглядывала руку, будто видела её впервые, а потом резко спросила у женщины, подняв на неё голову:
–А что это всё таки? Для чего или для кого это?
–Этот иероглиф был создан очень много лет назад. Он пришёл в Японию с одного очень дальнего, уже ныне не существующего острова четыре тысячи лет назад. Тогда ещё не появилась японская цивилизация. Но, на том островке жил один мужчина, вероятно,он и его племя были самой первой разумной жизнью на территории Японии. Он был пророк. Он увидел в будущем, как демоны будут терзать человеческий род. И, как рассказывают его современники, сами Боги послали ему способ спасти человека от безжалостного желания демона убить его. И Иззу, так его звали, вырезал на большом камне, на вершине единственной на острове горы, этот иероглиф. Он обозначал у них сразу четыре слова: Смерть, демон, жизнь, и человек. Мы ещё не до конца разобрались в смысле перевода. Этот знак впитал в себя с помощью Богов все силы окружающих его стихий. Он был выцарапан на камне горы, значит, он впитал в себя силу земли. Рядом тек горный ручеёк, и он впитал в себя силу воды, его окружал ветер, и он впитал в себя силу ветра, а потом, в росший неподалёку кустарничек по воле богов среди ясного неба ударила молния, и кустарник загорелся. И иероглиф впитал в себя последнюю силу. Силу огня. Затем, Иззу по приказу божеств вырезал такой же иероглиф себе на руке. Этот знак хранит в себе силу стихий, её ни один на свете демон побороть не сможет. Никогда. Спустя три тысячи лет, когда Кибуцудзи Мудзан стал Королём Демонов, тот остров на котором жил Иззу был уже глубоко в океане. Но макушку той самой горы, где нарисован оберег, ещё не захватила вода. Знак ждёт достойного человека, который сможет выдержать его силу, и противостоять сильнейшему из демонов. Последним достойным за последние столетия был Еричи Цугикуни, о нём я уже тебе рассказывала при первой нашей встречи. Но, оказывается, избранник Богов живёт и по сей день. Минэко, если ты обьеденишь энергию человека с энергией демона, то твоих сил будет предостаточно, что бы суметь овладеть силой знака Иззу!, – Лин, после увлекательного рассказа, стояла с удивлённым выражением лица.
–Вы хотите сказать, что я смогу управлять силой этого знака? – выдавила из себя кое как Минэко.
–Да, сможешь, но.... За это ты кое чем расплачишься.