Sixteen
- Не всегда... Ладно, сделанного не изменишь. Давай, лучше поедим.
И Тэхен полез на заднее сидение за пакетом, в котором лежали бутерброды и пепси. И Лиса поняла, что жутко хочет есть.
... Они с аппетитом перекусили, сидя на расстеленном Тэ пледе у края горохового поля, слушая, как звонко поют птицы, и радуясь еще не начавшему безжалостно печь, ласковому утреннему солнышку.
- Ну вот, теперь можно ехать дальше. По крайней мере, смерть от истощения нам в ближайшее время не грозит. - Тэ собрал пустые банки из-под колы и обертки из-под бутербродов и положил в пакет. Пока он складывал все это на заднее сидение, Лиса стряхнула и свернула плед.
- Положи его, пожалуйста, тоже назад. - Тэ сел за руль, чтобы завести машину.
Лалиса нагнулась, чтобы пристроить плед на заднее сидение. И вдруг ее взгляд упал на сумку, стоящую внизу. Она была приоткрытой, и Лиса разглядела небольшие баллончики.
- Это что, баллончики с краской?
Тэ обернулся.
- Да.
- Значит, это все-таки ты нарисовал букет ирисов возле моей квартиры.
- Выходит - я...
- Спасибо. Они очень красивые. - Лиса почувствовала, как щеки начинают краснеть и поскорее спросила:
- Получается, ты рисуешь граффити?
Тэ кивнул.
- А где?
- Да в разных местах. Возможно, ты даже видела мои рисунки.
В памяти Лалисы всплыл ряд ярких изображений, которые она встречала в соседних дворах на стенах заборов и которые ей нравились своей необычностью и насыщенным цветом. И когда она хотела уточнить, он ли их автор, Ви вдруг предложил:
- А хочешь попробовать порисовать?
Лиса сначала растерялась, а потом неожиданно для себя ответила:
- Да!
...Час спустя они уже стояли возле печально-серого забора автостоянки недалеко от их двора и совместно пытались сделать этот мир ярче, украсив его сказочными птицами, взмывающими в голубое поднебесье и парящими в лучах солнца высоко над землей. Тему рисунка предложила Лиса, а, как оказалось, весьма богатый художественный арсенал Тэ предоставлял все возможности для реализации задумки. Кроме того у Тэ нашлась старая, но чистая запасная рубашка, которую он убедил Лису натянуть поверх одежды, а также дополнительная маска, защищающая от запаха краски. И работа затянула в себя. Было интересно увлекательно необычно творить нечто потрясающе яркое и волшебное на скучной стене, когда вокруг разлиты тишина и спокойствие раннего воскресного летнего утра, обещающего жаркий солнечный день. И в тысячи раз необычнее и в тысячи раз более захватывающе было делать все это бок о бок с Тэ, хотя бы о капле внимании которого Лиса мечтала всего несколько часов назад!
- У тебя здорово получается, Лисенок! Ты классно рисуешь!
После небольшого инструктажа и нескольких не совсем удачных попыток дело у Лалисы начало продвигаться даже для нее самой неожиданно неплохо.
- Ты в художественную школу не ходишь случайно?
Лиса почувствовала, что снова краснеет.
- Нет, но я очень люблю рисовать. И постоянно рисую модели нарядов, которые собираюсь сшить или которые хотела бы когда-нибудь создать. Часто и узоры разные прорисовывать приходиться.
- А можно будет как-нибудь посмотреть? - Тэ бросил на нее заинтересованный взгляд.
- Да, конечно... - Лиса вспыхнула еще больше.
Некоторое время спустя они оба отошли от стены, чтобы полюбоваться своим совместным творением.
- Ви, как же это восхитительно! Никогда бы не подумала, что буду рисовать граффити!
Но тут волшебство момента нарушил лязг ворот автостоянки и визгливый вопль, видимо, только что проснувшегося сторожа:
- Это что еще вы тут делаете? А?! Никакого покоя нет! Уже с утра малюют! Я вот сейчас милицию вызову!
- Лисенок, бежим! - скомандовал Тэ и слегка дернул оторопевшую от неожиданности Лалису за рукав. Они быстро покидали краски в сумку и со всех ног кинулись прочь от выпускающего им вдогонку картечь отборной ругани сторожа.
Запыхавшись, они добежали до своего подъезда, иТэ открыл дверь.
- Я провожу тебя до квартиры.
Они стали подниматься по ступенькам: Лиса впереди, Тэ чуть позади нее, и уже дошли до межэтажной площадки, когда Алекс неожиданно произнес:
- Лисенок, постой...
Лиса повернулась. Она стояла у стены, а Тэ одной рукой придерживал сумку, повешенную через плечо, а второй уперся в стену рядом с Лисой, будто отгораживал ее от остального мира. Он был так близко. Сердце Лисы заколотилось, кровь хлынула к щекам, а ноги стали будто воздушными. Она прислонилась спиной к прохладной стене.
- Лисенок...
Тэ неотрывно смотрел ей в глаза своими зелеными кошачьими глазами, а Лиса казалось, что она сходит с ума: мысли путались, дыхание перехватывало, а в груди жгло.
- Лисенок... спасибо тебе за время, которое мы провели вместе...
Тэхен чуть наклонился. Сердце сбивчиво заколотилось где-то в горле. Лиса ощутила тупую боль в голове - так сильно она вжалась затылком в стену. "Если я сейчас упаду, он поймает меня?" - пронеслось в сознании. Теплое дыхание Тэхена уже едва коснулось ее лица. Еще чуть-чуть...
Звякнула дверь на втором этаже. Кому-то из соседей тоже не спалось в воскресную рань. Тэхен отпрянул.
- Пока, Лисенок... Я пойду к себе... - тихо и немного грустно произнес он. На лестничной площадке послышался кашель. Это сосед ЧанУк вышел покурить. Тэ повернулся и, быстро сбежав вниз по ступенькам, вызвал лифт...
И снова он уносился от нее на свой девятый этаж. Каждое удаляющееся пощелкивание лифта отзывалось в груди Лалисы ноющей болью. А она все также стояла у стены не в силах отделиться от нее и идти домой.
- Доброе утро, дочка! - перемежая свое приветствие хриплым кашлем, проговорил ЧанУк. И внимательно посмотрев на Лису, вдруг обеспокоенно спросил:
- С тобой все в порядке, деточка?
- Да... - чуть слышно пробормотала Лиса, с трудом отлепилась от стены и, слегка пошатываясь, стала подниматься к двери своей квартиры. Отчего-то ее тревожил последний взгляд Тэ. В нем была печаль...
... Вода душа, пущенная с большим напором, лилась, гулко ударяясь о поверхность ванны. Запертая дверь и шум воды отгораживали Лалису от всего мира. Горячие струйки окутывали ее, смывая со щек не прекращающие течь слезы. Но вот защитить ее от того, что творилось у нее в душе, смыть всю боль, которая была там, они не могли...
... После поездки в течение недели Лиса всего один раз видела Тэ. Они случайно столкнулись на первом этаже, когда Лиса спустилась, чтобы идти в магазин, а Тэ ждал лифт.
- Привет, Лисенок! - глаза Тэхена улыбались.
- Привет!
- Заходи как-нибудь навестить Твикса.
- Хорошо... - Лиса ощутила, как сначала сжалось, а потом бешено заколотилось сердце. - У меня твоя рубашка осталась. Заодно занесу...
Неожиданно дверь лифта раскрылась, и оттуда выплыла, сверля их назойливым любопытным и недобрым взглядом, баба ЧжиСон, соседка Тэ с девятого этажа.
- Иш, шпана куда метит... - пробурчала себе под нос она и заковыляла по ступенькам к выходу. Лалиса заметила, как по лицу Тэхена скользнула тревожная тень, и на мгновение во взгляде появилось то же выражение, что и тогда, при их последнем прощании.
- Ладно, ты, должно быть, спешишь. Не буду задерживать. - Тэ махнул рукой и вскочил в еще не успевшую закрыться дверь лифта...
...А потом наступило воскресенье следующей после поездки на дачу недели. День обещал быть жарким, и мама рано утром, чтобы успеть до солнечного буйства, ушла по магазинам. Лиса планировала зайти к Тэ. Нужно было вернуть ему рубашку, в которой она рисовала вместе с ним на стене. И, кроме того, он сам приглашал ее. Она очень надеялась, что он будет дома. В душе все замирало только от одной мысли, что сможет увидеть его. И от этого все утро она ходила сама не своя. Но вот вернулась мама, и Лиса сразу поняла: что-то произошло. Мама не смотрела на нее и ничего не ответила на вопрос о том, все ли смогла купить. Лиса почувствовала, как холодок пробежал по ее спине, а руки вдруг стали ледяными. Она не знала почему, но шестым чувством ощущала, что это как-то связано с Тэ. И она не ошиблась.