Ten
Лиса кивнула, ощущая, что говорить пока не в состоянии, и вся превратилась в слух, пораженная тем, что Тэ сам пишет песни. А он заиграл печальную мелодию и запел о большом городе, лабиринте улиц и о маленьком человеке в нем, о его одиночестве, о тоске и боли... Его голос стих, растаяли последние звуки музыки.
- Почему такая грустная?.. - Лиса, не отрываясь, глядела на лицо Тэ. Он поднял на нее глаза и чуть заметно улыбнулся.
- Просто настроение такое было, когда писал. О грустном отчего-то пишется легче, чем о веселом. - Он снова опустил глаза. А Лиса неимоверно захотелось подойти к нему и обнять, прижать его голову к своей груди, провести ладонью по его темным непослушным волосам.
- Хочешь, я тебе нашу библиотеку покажу? Может, почитать что-нибудь возьмешь.
Дымка печали развеялась, но Вероника почувствовала, что осталась тоненькая ниточка, связавшая их души во время этой песни, которую никто до нее не слышал, и, спев которую, Тэ открыл Лиса часть себя...
... Придя домой, Лиса сообщила, что пристроила котенка Розэ знакомому, которого мама не знает, и никаких вопросов больше не возникло. А на следующее утро, когда Лиса вышла из квартиры, чтобы идти в школу, она обнаружила на стене между вторым и третьим этажами нарисованный краской из баллончиков букет фиолетовых ирисов. Яркое пятно рисунка на кремовой скучной, местами облупившейся стене, сразу же привлекло ее внимание. Как завороженная, она поднялась по ступенькам и встала напротив цветов. Букет был восхитительным, словно настоящим. И на какое-то мгновение Лалисе показалось, что она даже чувствует тонкий аромат, источаемый этими волшебными цветами. Она очень любила ирисы. И вчера, когда они обсуждали с Алексом какую-то книгу, она упомянула об этом... Неужели это он? Тэ? Вероника понятия не имела, рисует он или нет. Это было граффити. Может, он увлекается граффити? Сердце колотилось, как сумасшедшее. Она поискала какие-нибудь надписи, указывающие на Тэ, или на то, что букет посвящается ей. Ничего не было. Но она была уверена, что это Тэ, и что цветы для нее. Весь день она думала о фиолетовых ирисах на стене, вспоминала вечер, проведенный вместе с Тэ, мечтала о том, что может произойти дальше. А вдруг он пригласит ее на свидание? От этой мысли все замирало внутри, а голова начинала слегка кружиться. Рози быстро заметила, что Вероника сама не своя. Но как не старалась, причину данного явления выпытать у Лисы не смогла. Лиса сама не понимала до конца почему, но рассказывать об Тэ е ничего не хотела, даже Розанне. Это было очень личное, очень важное и очень дорогое. И касающееся только ее и ... его.
... Но прошла неделя, прошла другая, и ничего не происходило. Лиса ни разу не видела Тэхена за все это время. Может, нужно было заглянуть к нему и поблагодарить за рисунок. Но Лисе было как-то неловко. А вдруг это все-таки не он нарисовал? Правда, он, вроде как, приглашал ее заходить навещать котенка. Но она стеснялась. И даже не просто стеснялась, а немного боялась, толком не понимая чего. А спустя две недели Лиса шла по школьному коридору во время перемены и натолкнулась на группу старшеклассников, среди которых стоял Тэхен. И, хотя, она знала, что может увидеть его в школе, и, мало того, постоянно искала его глазами в многолюдных коридорах, она неожиданно для себя сильно разволновалась и растерялась. Она шла мимо, безумно стараясь не показать того, что творилось у нее в душе, но при этом не могла оторвать от него взгляд. Тэ заметил ее и снова лишь слегка взмахнул рукой, улыбнувшись своей едва заметной, ютящейся в уголках губ, улыбкой. Но взгляд его зеленых глаз был теплым и задержался на Лалисе чуть дольше обычного. Однако, возможно, ей это всего лишь показалось. Чего не померещится, когда голова забита всякими романтическими фантазиями и мечтами! Эта короткая встреча выбила ее из колеи на весь день. Она ругала себя за то, что настроила воздушных замков совершенно на пустом месте, и злилась на Тэ, который мог бы подойти и узнать, как у нее дела. Хотя, с какой радости ему это делать?! Он же поздоровался, а не проигнорировал ее. Так что все в полном порядке. А рассчитывать на большее опрометчиво, да и просто глупо.
А потом наступили каникулы, в которые Лиса ни разу не видела Тэ. Компания, где его можно было встретить, по-прежнему собиралась в подъезде или на улице, но его в ней не было. Возможно, он куда-то уехал. Потом полетела последняя четверть уходящего восьмого класса. Усиленная учеба, контрольные работы, подготовка к экзаменам. Вероника видела его три раза: два раза в школе и один на улице. Но все время он был не один, а с кем-нибудь из ребят. Все тот же взгляд зеленых глаз, мягкий, теплый, и вправду немного задерживающийся на ней (видно, все же не показалось), та же полуулыбка и взмах руки или легкий кивок головы. И больше ничего. Да и кто она для него, чтобы претендовать на что-то еще? Маленькая девочка, наивная восьмиклассница, соседка со второго этажа, которой он однажды помог открыть дверь. Ему, должно быть, котенок Твикс (если, конечно, его все еще так зовут) гораздо интереснее и ближе, чем она. Да и вообще, у него, возможно, девушка есть. Даже не возможно, а, скорее всего. При его то внешности. Убеждая себя таким образом, Лисе все же удалось вытеснить мысли об Тэ если и не совсем из головы, то, хотя бы на второй план. Думать о парне во время сдачи переводных экзаменов не самое лучшее подспорье в получении приличных итоговых оценок, тем более, что по мнению мамы, результаты обязаны были принимать форму пятерок, никак не меньше.
Но, как известно, все проходит. Прошли и экзамены. А директор школы вдруг расщедрился и решил устроить дискотеку для старших классов в конце мая. Те, у кого экзамены уже закончились, отмечали конец учебного года, а для тех, кому еще предстояла сдача, это был маленький перерыв, возможность перевести дух. Для восьмых же классов во всем этом самое замечательное было то, что им, вообще, разрешили прийти. В новогодней дискотеке им категорически было отказано, как еще не достигшим достаточного возраста.
Лиса и Рози критически изучали гардероб. Рози притащила с собой кучу шмоток, которые они могли бы надеть на долгожданное мероприятие. Лиса вытащила свои. Был выходной. Мама Лисы настороженно и с явной ноткой неодобрения поглядывала на их занятие. Накануне она даже попыталась отговорить Лису идти на дискотеку, выразив свои опасения по поводу хулиганства и возможности появления там пьяных. Но отец посмеялся над ее доводами и поддержал желание Лисы. Так что теперь она пребывала в предвкушении новых впечатлений.
После многократных примерок, неустанного верчения перед зеркалом и бурного обсуждения каждого придуманного наряда, выбор все-таки был сделан. Рози решила надеть узкую короткую (по мнению Лисы, даже чересчур, но кто бы прислушивался!) юбку и яркую блузку, которую Лиса сшила себе на лето. Она была просторная и подошла Рози. А Лиса, наоборот, подобрала себе облегающий верх (благо грудь за эти полгода, хоть и небольшая, но все же появилась) - серебристую серую блузку с рукавом до локтя и красивым вырезом на шее и черную с серебряным шитьем пышную юбку собственного производства.
- Ох, и везет же тебе, что ты шить умеешь! - завистливо вздохнула Рози. - Такую красоту если и купишь в магазине, то только за хорошие деньги. Сюда еще туфли на высоких каблуках и все - полный отпад.
- Нет уж! Больше я высокие каблуки не надену, да еще, к тому же, на дискотеку. Я в них танцевать даже не смогу! С меня прошлого раза хватило. Хорошо, что ни ноги, ни шею себе не переломала.
Рози с сожалением покачала головой.
- Ладно, твое дело. Но краситься-то ты собираешься?
- Да, но не броско.
- Говорят, там свет отключают, только подсветка остается. Так что тебя будет не разглядеть.
- Ну и пусть. Не люблю из макияжа устраивать боевую раскраску индейского племени. А кому надо и так увидят! - пылко воскликнула Лиса.